Ночные кошмары - Нора Робертс

– Сомневаюсь, что он сам знает ответ на этот вопрос. Может быть, это было его манией. И теперь он просто не может остановиться.

Уловив не то какое-то движение, не то перемещение цвета, он повернулся. И увидел Сэма Тэннера, уходящего в лес. Ной вскочил, схватил Оливию за руку и рывком заставил ее подняться.

– Иди на базу, найди моего отца и оставайся там.

Оливия тоже заметила Сэма. В тот момент, когда он на мгновение остановился на дальнем конце автостоянки Они молча смотрели друг на друга, как делали когда-то, стоя в разных концах залитой кровью комнаты.

Потом он повернулся и быстро пошел к деревьям.

– Найди моего отца, – повторил Ной и быстрым движением снял с ее пояса нож. – Расскажи ему о случившемся. И никуда не уходи. – Он повернулся и крепко взял ее за плечи. – Ты слышишь меня, Лив? Оставайся там. С моей матерью. Позвони тете. Она недавно приехала. Предупреди ее, чтобы никуда не выходила и заперла дверь.

– Что? Тетя Джейми?

– Она приехала, когда я уходил. Ступай.

Она тряхнула головой, пытаясь прийти в себя, и с ужасом увидела, как Ной пристегивает к своему поясу ее нож.

– Нет, не ходи за ним!

Он бросил на Оливию стальной взгляд и подтолкнул ее к базе.

– Ступай.

– Ты не найдешь его! – крикнула она и схватила шагнувшего прочь Ноя за руку. – Ты не знаешь, на что он способен!

– А он не знает, на что способен я. Черт побери! – Ной повернулся к ней. Его лицо затвердело от гнева. – Любви недостаточно. Ты должна доверять мне. Ступай к своему копу, а это дело предоставь мне.

Выбора не было. Оливия смотрела, как он побежал к деревьям и исчез.

Ною пришлось полагаться на свои чувства. Он вслушивался, пытаясь понять, где трещат кусты. Справа, слева? Нет, прямо. Он прошел дальше. Призрачный зеленый полумрак сбивал с толку. Ной напряг зрение, чтобы увидеть хоть какое-нибудь движение – еле заметное покачивание низко растущей ветки или ползучей лозы.

Он был моложе, быстрее, но лес прятал и жертву, и охотника.

Ной двинулся в глубь леса, пытаясь дышать медленно и ровно, чтобы этот звук не отвлекал его. Ботинки бесшумно погружались в мох. И тут до него донесся низкий раскат грома.

Приближалась гроза.

– Тэннер, бежать бессмысленно! – крикнул он и положил ладонь на рукоятку ножа Оливии. Ной не собирался думать, что будет, если он им воспользуется. – Все кончено! Вам до нее не добраться! Вы не сможете тронуть ее пальцем!

Собственный голос вернулся к нему спокойным и тихим эхом, за которым последовали пронзительный крик какой-то птицы и шелестение ветра в вершинах деревьев.

Начался дождь. По хвое стекали тонкие струйки, которые жадно впитывала покрытая зеленью земля.

– Она ваша дочь. Что это вам даст? Зачем вы снова хотите причинить ей вред? Какой в этом смысл?

– Никакого. – Сэм вышел из-за толстой ели. Пистолет, который сжимала его дрожащая рука, отливал тусклым серебром. – Никакого смысла. Никакой причины. Я думал, ты это понял.

Оливия распахнула дверь, влетела в холл и ошеломленно осмотрелась. Постояльцы сновали туда и сюда или сидели на диванах и в креслах. В ушах звенело от голосов.

Она не знала, где искать Фрэнка. В столовой, в библиотеке, в его номере, на одной из террас. База напоминала улей. В ней было полно комнат и мест, где гости могли проводить досуг.

Ной уже был в лесу. У нее не оставалось времени.

Оливия резко развернулась и подошла к портье.

– Марк! – Она схватила за руку молодого служащего. – Ты видел моих дедушку и бабушку?

– С час назад. Они прошли с какими-то людьми. А что случилось? В чем дело?

– Слушай меня. – Паника клокотала внутри ее, пытаясь вырваться наружу. – Слушай внимательно, это важно. Мне нужно, чтобы ты нашел Фрэнка Брэди. Он здесь гость. Найди его как можно скорее. Скажешь ему… Ты слушаешь меня?

– Ага. – Марку передалось волнение Оливии. – Конечно. Фрэнк Брэди.

– Ты найдешь его, и найдешь быстро. Скажешь ему, что Сэм Тэннер пошел в лес. На восток, по Равнинной тропе. Повтори.

– На восток. По Равнинной тропе.

– Скажешь, что Ной пошел за ним. Понял? Пусть кто-нибудь позвонит нам домой. Там моя тетя. Она должна оставаться в доме. Очень важно, чтобы она оставалась внутри и ждала моего звонка. Никто не должен входить в лес. Объяви об этом. Никто не должен входить в лес вплоть до моего возвращения. Сделай все, что в твоих силах, чтобы гости оставались на базе или около нее. Все, что в твоих силах.

– Оставались на базе? Но почему?

– Выполняй! – бросила Оливия. – И поскорее! – Потом она оттолкнула его и вошла в кабинет.

Ей было нужно какое-нибудь оружие. Средство обороны.

Она лихорадочно шарила по столу, открывала ящики и заглядывала в них.

Оливия увидела ножницы с длинными серебряными концами и схватила их. «Будет ли это правосудием? – думала она, глядя на свои дрожащие руки. – Или просто судьбой?»

Оливия засунула ножницы за пояс концами вниз и выскочила на улицу.

Едва она бегом миновала поляну и углубилась в лес, как полил сильный дождь.

Сознание Ноя было ясным, как стекло. Он не обращал внимания на оружие и смотрел только на Тэннера. Брэди сознавал, что может умереть здесь, в зеленой полутьме, но продолжал идти вперед, к человеку, который был его судьбой уже двадцать лет.

– Нет смысла, Сэм? Значит, все эти годы вы просидели в тюрьме только для того, чтобы мы с вами сегодня стояли здесь и мокли под дождем?

– Вот так удача. Я не рассчитывал на новую встречу. Оставил ленты с записями. Для книги.

– Все еще хотите стать звездой? Этого не будет. Думаете, я позволю вам уйти отсюда и причинить ей новую боль? Вы больше никогда не прикоснетесь к ней.

– Уже. – Сэм поднял свободную руку и потер пальцы. – Я был близко. Ощущал ее запах. От нее пахнет только мылом. Она выросла хорошенькой. У нее более сильное лицо, чем у Джулии. Не такое красивое, но сильное. Она смотрела на меня. Смотрела прямо на меня и не узнала. Почему? – пробормотал он. – Почему она должна была меня узнать? Я умер для нее тогда же, когда умерла ее мать. Двадцать лет назад.

– Так вот для чего вы все это устроили? Чтобы прийти к ней живым? Начали с меня, чтобы я оживил старые воспоминания. Заставил ее вспомнить вас, чтобы вы после выхода из тюрьмы могли наброситься на нее?

– Я хотел, чтобы она помнила меня. Черт побери, я ее отец. Я хотел, чтобы она помнила меня. – Тэннер снова поднял руку и поднес ее к виску, в котором начала пульсировать боль. – Я имел на это право. Хотя бы на это.

– Вы потеряли права на нее. – Ной подошел ближе. – Вы больше ей не отец.