Венгрия для двоих - Барбара Картленд

– Нет, конечно. Я подождала, пока он уедет, а потом села на следующий поезд в Лондон и купила себе билет на корабль прямо в Тильбюри.

Мистер Хейвуд неодобрительно поджал губы.

– И вы не уведомили меня об этом только потому, что знали, что я отошлю вас обратно?

– Конечно, – согласилась Алета. – А те­перь я умоляю вас помочь мне.

– Неужели вы думаете, что я соглашусь на это? – раздраженно поинтересовался управляю­щий. – Вы не хуже меня знаете, что вам нужна компаньонка, и один только Господь знает, где мы возьмем ее в Вене!

– Компаньонка не понадобится, – тихо ска­зала Алета.

Мистер Хейвуд устремил на нее удивленный взгляд.

– Что вы хотите сказать? Вы должны пони­мать, что вы всего лишь дебютантка, и если о вашем поступке когда-нибудь станет известно, ваша репутация будет погублена навеки!

– Никто не будет знать о том, что приехала леди Алета Линг, разве только вы расскажете об этом, – позволила себе дерзость Алета.

Мистер Хейвуд не отводил взгляда, и она по­яснила:

– Вам, наверное, интересно будет узнать, что меня зовут мисс Алета Линк и я – ваша внучка!

Наступило ошеломленное молчание. Внезапно мистер Хейвуд оглушительно рассмеялся.

– Этого не может быть! – повторял он. – Мне все это снится!

– Вы должны понять, что это весьма веское объяснение нашему совместному путешествию, – произнесла Алета. – Кто в Венгрии знает, есть у вас внуки или нет? А меня никто уж точно не примет за дочь моего отца.

– Вы сами сочинили эту сказочку? – спро­сил, отсмеявшись, мистер Хейвуд.

– Это совсем не так глупо, как вам, кажет­ся, – резко ответила девушка. – Герцог Буклингтонский попросил вас купить для него лошадей. Кого будет волновать, если вы приедете с женой, дочерью или внучкой!

При этих словах она заметила в глазах мисте­ра Хейвуда огонек. Внезапно Алета поняла, что, несмотря на возраст, управляющий прекрасно вы­глядел и вовсе не ожидал появления внуков.

Словно догадавшись о ее мыслях, он произ­нес:

– А вы оригинальны, леди Алета.

– Просто Алета, – поправила его девуш­ка. – Леди Алета умрет сразу же после того, как мы пересечем австрийскую и венгерскую гра­ницы.

– Иными словами, – сказал мистер Хей­вуд, – вы едете по собственному паспорту.

– Именно так, – ответила Алета. – Впро­чем, если вы считаете это опасным, я уверена, что смогу исправить «Линг» на «Линк» и вместо «леди» написать «мисс».

– Думаю, это будет ошибкой, – ответил мистер Хейвуд. – Будем надеяться, что офице­ры на границе не заинтересуются вами настолько, чтобы повсюду рассказывать о вашем прибытии.

Алета слушала его, и сердце ее пело.

Она поняла, что мистер Хейвуд принял пра­вила задуманной ею игры.

Это было все, что Алета могла сделать.

Она нагнулась над столом, за которым, по сча­стью, никто больше не сидел.

– Прошу вас, позвольте мне заниматься толь­ко лошадьми, – попросила она. – Не могу по­верить, что вам придется разъезжать по приемам или терять время с владельцами скакунов.

Хотя отец Алеты и обращался с мистером Хейвудом, как с джентльменом, для остальных управ­ляющий оставался просто человеком герцога Буклингтонского. Никто не стал, бы приглашать его на всевозможные увеселения или знакомить со своей женой.

– Это так, – к немалому удивлению Алеты, согласился мистер Хейвуд.

Девушке снова показалось, что он читает ее мысли.

– И все же, – добавил управляющий, – роль моей внучки может показаться вам не слиш­ком удобной. Вам придется на равных встречать­ся со многими людьми, которые будут обращаться с вами совсем не так, как вы привыкли.

– Меня интересуют только лошади и ничего больше, – повторила Алета. – Больше всего в мире мне хотелось бы увидеть Венгрию!

– Надеюсь, вы не будете разочарованы, – сухо заметил мистер Хейвуд. – И не забывайте, что когда вы вернетесь домой, вам придется пере­жить Судный день.

– Мне хотелось бы вернуться раньше па­пеньки, – ответила Алета.

– А что, если вам это не удастся? – спро­сил мистер Хейвуд.

– Тогда он будет очень сердит, – признала Алета: – Но я уверена, что он никому не рас­скажет о моей выходке, потому, что это может сильно испортить мне репутацию.

Мистер Хейвуд снова рассмеялся.

– Вы неисправимы! – заявил он. – Очевидно, вы продумали все до мелочей. Честно го­воря, я не вижу иного способа отослать вас домой, кроме, как самому сопровождать вас.

– И вернуться без лошадей?! – воскликну­ла Алета. – Подумайте, как будет расстроен папенька, узнав, что не сможет удивить импе­ратрицу!

Мистер Хейвуд молча, продолжал свой завт­рак.

Алета понимала, что выиграла бой – или, по крайней мере, взяла четвертое препятствие.

Она была очень довольна собой.

Вернувшись в поезд, мистер Хейвуд зашел в купе Алеты, где прислуга уже успела прибрать постель.

Когда они сели, мистер Хейвуд сказал, что на следующей остановке собирается пообедать.

Алете хотелось знать гораздо больше.

– Сколько мы пробудем в Вене? – спроси­ла она.

– Всего одну ночь, – ответил мистер Хей­вуд. – Ваш отец хотел, чтобы я повидал ди­ректора испанской школы верховой езды. У него есть довольно много венгерских лошадей.

– Я тоже хочу увидеть их! – воскликнула Алета.

– Думаю, что этого делать, как раз не сто­ит, – заметил мистер Хейвуд. – Директор пре­красно знает вашего отца и, увидев вас, наверняка упомянет об этом, когда будет писать его светло­сти письмо о том, что рад был помочь ему.

Алета вздохнула:

– Такая была возможность!

– Прекрасно вас понимаю, – согласился ми­стер Хейвуд. – В то же время, если вы не соби­раетесь еще ухудшить ваше положение, позвольте мне решать, что будет лучше для вас.

Алета улыбнулась:

– Что ж, вы выиграли! И позвольте побла­годарить вас за доброту, которую я вовсе не за­служила.

– Я боюсь одного, – произнес мистер Хей­вуд, – что вы попали в ситуацию, которая будет иметь далеко идущие последствия.

– Вы хотите сказать, что мне не позволят выезжать в свет? – спросила Алета. – В таком случае я просто стану работать в конюшнях Линга или со скаковыми лошадьми в Ньюмаркете, и пускай обо мне забудут.

– Вряд ли это произойдет, – сказал мистер Хейвуд. – Но на время путешествия, леди Але­та, я попрошу вас запомнить, что вы очень краси­вая девушка, а венгерские мужчины бывают весьма романтичными и пылкими.