Давай поспорим - Дженифер Крузи

Он не донес стакан до рта.

– Вы меня выбрали?

– Конечно. Я видела вас на площадке в баре. Моя подруга Лайза первой вас заметила и уступила мне.

– Какая заботливая подруга! – удивился Кэл. – Так что, вы ждали, когда я подойду?

– Ну хватит. – Она решительно отодвинула от себя хлеб. – Заберите, а то я сама себя обманываю.

Он придвинул хлеб к себе.

– Тогда почему у нас с вами дело не идет? К чему эти сложности?

Мин фыркнула:

– Да разве это сложности? Вряд ли женщины доставляли вам много хлопот, если вы так говорите.

– Ну, по крайней мере не в первые минуты знакомства. Они приберегали все свои шпильки на будущее.

– У нас с вами нет никакого будущего. – Мин с вожделением взирала на хлеб. – Мне надо быть предусмотрительной.

Кэл снова подтолкнул к ней хлебницу.

– Почему нет будущего? – на всякий случай спросил он, хотя понял это в первые же пять секунд знакомства.

– Потому что мне не нужен секс. – Она съела еще кусочек, и Кэл опять увидел на ее лице выражение неописуемого удовольствия.

«Врешь», – подумал он.

– А значит, у вас не может быть ко мне интереса.

– Вот как! – сказал он, задетый. – Почему ж вы думаете, что меня только секс интересует?

– Потому что вы мужчина. – Она снова отщипнула кусочек хлеба. – По данным статистики, мужчин интересуют три вещи: карьера, спорт и секс. Вот почему они любят профессиональных заводил из групп поддержки.

– Ну, это сексизм.

Мин слизнула с губ крощки, и его раздражение исчезло. На нее приятно было смотреть, когда она не злилась: молочная кожа, широко поставленные темные глаза, небольшой носик и сочные розовые губы.

– Может быть, – согласилась она. – Но ведь это правда.

– Что именно? – Кэл старался не упускать инициативу в разговоре. – Ах да, спорт и секс. Вовсе нет. Сейчас двадцать первый век, и мы достаточно развиты эмоционально.

– Кто – вы?

– Да я, например. Сначала чувства, а постель уже потом.

Она удивленно посмотрела на него: Кэл взял бутылку и налил ей вина.

– Не могу. Слишком много выпила в баре. – Он подвинул к ней бокал.

– Не сомневаюсь, что вы благополучно доберетесь до дома.

– А кто даст гарантию, что я от вас выберусь благополучно? – спросила Мин.

Кэл поставил бутылку.

– Удар ниже пояса. – Ответ прозвучал резковато. Мин кивнула:

– Верно, вы пока этого ничем не заслужили. Прошу прощения. – Она нахмурилась, будто вспомнила что-то. – В самом деле простите. У меня сегодня неудачный вечер: сперва бросил любовник, а буквально через полчаса подошли вы.

– Понимаю, – посочувствовал Кэл.

– Я была просто в ярости. А потом немного остыла и сама удивилась, зачем я вообще с ним связалась. Оказывается, сердилась-то я на себя, на свою тупость.

– Вы совсем не тупая, – возразил Кэл. – Ошибки происходят не от тупости, они учат нас.

Мин бросила на него смущенный взгляд.

– Как бы то ни было, этот вечер – не ваша ошибка. То есть вы тоже не безгрешны, но за другого расплачиваться не обязаны. Простите.

– Ладно, забудем, – тоже смутившись, предложил он. – Давайте выпьем.

Он так и не понял, какие грехи она ему приписала. Мин похвалила вино. Кэл обрадовался:

– Ну и отлично. Будем и впредь сюда заходить. – И тут же пожалел о своих словах: не будут они никуда заходить.

– Опять перемена тактики, – заметила Мин без всякого сарказма. – Вы же знаете, что это невозможно. Что с вами? Увидели женщину и сразу размякли?

– А это тоже из-за вашего бывшего дружка? Я ведь не параноик. Вы совершенно меня не понимаете.

– Не к лицу вам жалобы, – произнесла Мин и отломила немного хлеба. – У вас такое прекрасное лицо и тело, при виде которого у женщин слабеют ноги, а вы ещё хнычете.

Кэл улыбнулся:

– И у вас слабеют?

Мин откусила хлеб, не спеша прожевала, проглотила и только тогда ответила:

– Слабели, пока вы не захотели меня разжалобить. Теперь очарование прошло.

Кэл наблюдал, как она облизывает пухлую нижнюю губу. Явно сказывались два месяца воздержания.

– Дайте мне шанс. Спорю, что мне удастся вернуть это очарование.

Кончик языка замер у нее на губе, глаза их встретились, и миг этот длился целую вечность; казалось, вспышка молнии озарила их, и все звуки растворились в тишине. Каждая клеточка в ней трепетала и пела: «Вот она, твоя судьба».

Наконец язычок исчез, и она помотала головой, чтобы прояснить мысли.

– Я никогда не спорю, – сказала Мин. – Статистика показывает, что азартные игры – непрактичный способ получения дохода.

– Это не способ получения дохода, – возразил Кэл, – это образ жизни.

– Мы совершенно несовместимы, – заключила Мин.

– Отчего же?

Ее взгляд скользнули мимо него, она затаила дыхание.

Кэл обернулся и увидел Эмилио, принесшего цыпленка-марсала: золотисто-коричневое филе и огромная порция жареных грибов, плавающих в темном винном соусе. Аромат был необыкновенный.

– О Господи!.. – восторженно простонала Мин. Эмилио поглядывал на нее, пока выставлял блюда на стол.

– Приятно обслуживать людей, которые знают толк в еде. Попробуйте.

Мин с явным удовольствием взялась за цыпленка. Веки ее были прикрыты, лицо порозовело. Минуту спустя девушка взглянула на Эмилио восхищенными глазами.

– Фантастика! – воскликнула она, а Кэл подумал: «На меня смотри, на меня».

– Возьмите грибов, – предложил Эмилио, сияя как медный таз.

– Убирайся, – сказал ему Кэл, но тот не послушался и дождался, когда она попробовала грибов и назвала его гением.

– Можно заранее пригласить вас сюда еще? – спросил Кэл, когда Эмилио исчез.

– Да, – ответила она. – В ресторанах вы знаете толк. А теперь не отвлекайте меня от еды.

Кэл вздохнул и прервал общение до окончания ужина.

Когда они собрались уходить, возникла небольшая стычка. Мин очень хотела заплатить за себя, но Кэл проявил твердость:

– Я пригласил, я и плачу. Не вмешивайтесь.

Она попыталась спорить, но потом согласилась и от души поблагодарила его за чудесный ужин. Впервые за весь вечер он почувствовал, что его усилия оценены.

На прощание она расцеловала Эмилио в обе щеки со словами:

– Хлеб у вас чудесный, а цыпленок – просто произведение искусства.