Сосед! Не грози-ка дочке генерала - Катя Морошка

— Мамуль, привет. А я к вам в гости завтра собираюсь. Не одна… — говорю, добавив в голос игривых ноток. — Папа тут намекнул, что с женихом моим познакомиться хочет. Вот, приведу знакомиться.

— Так быстро? — недоверчиво уточняет мама.

— Мы с ним уже три месяца вместе. Говорить не хотела. Ну мало ли, не срослось бы, а я уже вас обнадежила.

— Тогда понятно, — голос мамы смягчается. — Конечно, веди, знакомь. Будем рады. Ох, доченька, как же вовремя ты с хорошими новостями…

— Что случилось?

Начинаю всерьез тревожиться от протяжного вздоха мамы.

— Да папу на работе достают. На нервах весь, ходит, покрикивает. Уже на коньяк вечерами поглядывает.

— Косячат что ли?

— В том и проблема, что нет. Нахал какой-то своевольный появился, управы на него не найти. Вот папа и бесится. Так что очень ты вовремя, Оксана. Может, хоть сменит гнев на милость, а то я уже и сама устала от его рычания.

— Может… Тогда завтра к шести мы приедем. Рагу приготовишь?

— Приготовлю. Пойду папу обрадую. До завтра, доченька.

Мама сбрасывает вызов, и я выдыхаю. Осталось пережить завтрашний вечер, и дело будет в шляпе. Обман родителей теперь выглядит практически благим делом. Порадую любимого папочку сперва налаженной личной жизнью, а потом буду рассказывать об успехах новой кондитерской.

Вечер и утро трачу на то, чтобы отдать заказы. Пока что вынуждена делать их дома, но греет то, что это ненадолго. Совсем чуть-чуть потерпеть.

В половине шестого я выхожу из своей двери на площадку в тот же момент, как отворяется соседская дверь, и раскрываю рот.

Миша стоит передо мной в распахнутом черном пальто, под которым белеет идеально выглаженная рубашка. Брюки со стрелочками, волосы аккуратно расчесаны, только не побрился, но ему так даже к лицу. Практически не похож на неотесанного соседа, даже лицо стало немного мягче, интеллигентнее.

— Ты… не переборщил? — спрашиваю с сомнением. — Мы не в ЗАГС идем, а домой к моим родителям.

— Так в том и суть, цыпа. Дело-то ответственное.

Его “цыпа” меня отрезвляет, выдергивает из-под воздействия мужского шарма. Вслед за ним спускаюсь к такси, по дороге рассказывая нюансы наших “псевдоотношений”, но когда мы доходим до первого этажа, Миша недовольно разворачивается ко мне:

— Избавь меня от нужды запоминать все это. Все равно забуду. И не хочу. Я в импровизации профи.

— Да погорим же!

— Не ссы, салага. Будет тебе и жених, и кондитерская. Прыгай.

Открыв передо мной дверь машины, он уаживается следом и до самой квартиры родителей загадочно отмалчивается, а я все сильнее нервничаю. Шанс только один. И если что-то пойдет не так, второй раз в быстрого жениха папа уже не поверит.

— Маму зовут Ольга Николаевна, папу — Сергей Викторович, — напоминаю, когда стоим у двери и ждем, что нам откроют.

— Я помню, — кидает недовольно через губу.

Замок щелкает, дверь распахивается. Рот Миши тотчас складывается в широченную улыбку, а папа меняется в лице.

— Ж… ж… ж… — папа вдруг начинает странно заикаться.

— Сереж, ну ты чего застыл? — мягко окликает его мама. — Впускай гостей.

— Ж… ж…

— Пап…

Лицо папы багровеет, я перестаю что-либо понимать. Смотрю на Мишу, который в отличие от нас всех, продолжает скалиться, а потом широко разводит руки в стороны и торжественным тоном выдает:

— Ну здрасьте, папа. Будем знакомы.

— Ж-жданов… Сука… — цедит папа сквозь зубы, а мама хватается за сердце.

— Мама, добрый вечер. Мне говорили, у вас тут рагу отменное.

И этот наглец по-свойски хлопает папу по плечу, целует ручку маме и проходит внутрь. Только сейчас до меня доходит, почему он согласился, когда узнал, чья я дочь. Еще и канючил, чтобы я думала, что сама его уговорила!

— Ну… Похоже, знакомить вас не нужно…

Вот теперь мне уж точно хана. Но отступать поздно.

Глава 10

Жданов… Напрягаю память и вспоминаю, как слышала эту фамилию вперемешку с матом, когда пришла в кабинет папы на разговор. Тогда еще влетело и майору, и подполковнику. А следом за ними и мне…

Выходит, этот капитан и стал виновником папиного плохого настроения, из-за чего мне в очередной раз перепало. Из-за него я, сбившись с ног, искала жениха, чтобы не похерить мечту.

— Ну где ты потерялась, ватрушечка? — Миша возвращается из комнаты в прихожую, где, по-прежнему застыв, стою я и родители.

Папа, кажется, лишился дара речи напрочь, ко мне эта способность возвращаться тоже не спешит. Первой приходит в себя мама.

— Оксана, доченька, проходи за стол. Сережа, не стой столбом, надо хлеб с кухни принести.

— Так давайте, я сбегаю, — предлагает Жданов. — Мне по приказам бегать-то не привыкать. Кухня там?

Мама только кивает и зачем-то указывает рукой в том же направлении, куда указал и Миша. Жданов скрывается в кухне, мама вспоминает о салфетках и уходит в комнату, а папа хватает меня за локоть.

— Оксана, это что за выходки?

— Какие выходки? — вовремя беру себя в руки и делаю невинное лицо.

— Ты зачем сюда этого Бармалея привела?

— Не Бармалея, а Мишу. Ты сам говорил, что тебя тревожит мое одиночество. Все, можешь больше не тревожиться. Мамуль, тебе помочь?

Пользуясь тем, что в дверном проеме мелькнул мамин силуэт, выскальзываю из хватки папы и иду в комнату, чтобы вместе с мамой разложить приборы.

Стол накрыт, как всегда, с шиком и маминым широким гостеприимством. Она и рагу приготовила, и салат с грибами, нарезки, фрукты в вазе разложила. Даже шашлычки на шпажках запекла к приходу будущего зятя. Только вместо обещанной радости на ее лице я вижу панику.

— Ну как тебя угораздило-то, дочь? — бурчит она, пока кроме нас в комнате никого нет. — В огромном городе выбрала того, кто папе поперек горла…

— Так я ж не папе жениха выбирала, а себе. Мне Миша нравится.

Вспоминаю все свои эмоции за период знакомства со Ждановым и потираю плечо, косясь на дверь. Да уж, папину реакцию я понимаю отлично. Но вместе с тем не он ли виноват, что поставил меня в такие рамки. Остается надеяться, что “жених” не забудет, зачем он здесь, и продолжит играть роль.

— Вот и хлеб, —