По ту сторону Нила - Николь Фосселер

Однажды я друзей оставлю и уйду

Искать тебя в земле далекой,

Тебя, тебя (я находил отраду

В касаньях рук твоих и запахе волос),

О, божество моих ушедших дней,

Пусть изменили годы и печали

Твое лицо, вечерний полумрак

От глаз любви моей его не скроет…[24]

Руперт Брук

В дверь кабинета постучали, и Грейс подняла глаза от бумаг:

– Да?

На пороге показалась Лиззи. Из-под белоснежного чепца выбивались седые волосы.

– Простите, мисс Грейс. Не хотела тревожить вас сегодня утром, но к вам посетитель.

Грейс улыбнулась. Вот уже семь с лишним лет она официально звалась «миссис Данверс», однако для Лиззи это, похоже, не имело никакого значения.

– И кто же он?

– Лорд Грэнтэм, мисс Грейс. Я попросила его пройти в гостиную.

Первым делом Грейс представила себе отца Леонарда, однако тут же вспомнила, что его вот уже три года как нет в живых.

– Хорошо, я иду.

Она встала, подавив вздох. Очевидно, на сегодня с работой покончено.

Он стоял перед открытой стеклянной дверью в жемчужно-сером костюме и смотрел в летний сад, откуда доносился собачий лай, детские крики и смех.

– Привет, Томми, – сказала Грейс и невольно вздрогнула, когда гость обернулся.

Из нескладного долговязого подростка Томми вырос в красивого двадцатишестилетнего молодого человека со светло-голубыми глазами и льняными волосами. Он был тоньше своего покойного брата и лишен его солнечного обаяния, хотя выглядел, пожалуй, серьезнее, чему способствовали и модные усики над верхней губой. Тем не менее сходство между ним и Леном слишком бросалось в глаза.

– Привет, Грейс.

Повисла неловкая пауза. После смерти Леонарда прежней близости между Хейнсвортами и Норбери не было. Грейс знала, что леди Грэнтэм винит ее в смерти своего старшего сына, ведь именно из-за Грейс Лен отправился в Египет. Грейс и не снимала с себя этой ответственности, даже если и понимала ее иначе, чем леди Грэнтэм.

– Садись. – Она указала на диван. – Чай скоро будет. Или, может, пойдем в сад? Погода чудесная.

– Собственно говоря, – замялся Томми, поправляя узел галстука, – я хотел бы поговорить с тобой с глазу на глаз. Если такое возможно.

– Здесь, я думаю, нам никто не помешает, – сказала Грейс, приглашая гостя в комнату в задней части западного флигеля.

В оформлении ее интерьеров, выполненных в нежно-зеленых и желтых, оттенка примулы, тонах, безошибочно узнавалась женская рука. Лиззи быстро накрыла чай на столике у окна и откланялась, осторожно прикрыв за собой дверь.

– Несколько… необычно, – заметил Томми, указывая на два письменных стола, стоявших по диагонали комнаты.

Это был общий рабочий кабинет Бекки и Грейс. Хотя официально хозяевами Шамлей Грин считались леди Норбери и полковник, а Стивен по-прежнему числился лишь наследником, обе молодые хозяйки давно уже взяли бразды правления в свои руки.

Бекки занималась домом и почти полностью обновленным – после ухода Бена, Берты, Ханны и Салли на заслуженный отдых – штатом прислуги. Грейс взяла на себя земельные угодья и управляла ими по согласованию с братом, который, однако, почти не интересовался хозяйством, предпочитая сидеть за книгами в день ото дня пополняющейся библиотеке.

Грейс засмеялась, опускаясь в кресло.

– В самом деле, редко встретишь имение, находящееся одновременно в ведении двух хозяек. Присаживайся!

– Спасибо. – Томми заметно нервничал.

– Как Сесили? – спросила Грейс.

Томми вздохнул.

– Если честно, то неважно. Рано или поздно ты в любом случае обо всем узнаешь. Недавно она вернулась в Гивонс Гров. Она… она несчастлива в этом браке. – Лицо Томми омрачилось. – Вероятно, предстоит развод.

– Мне жаль, – искренне ответила Грейс.

Томми поднял на нее голубые глаза.

– Ты не хочешь ее навестить? – осторожно спросил он. – Она была бы очень рада. Не думаю, что у нее осталось много друзей.

– Как твоя мать? – уклонилась от ответа Грейс.