Украденные ночи - Виктория Холт

— И это еще не все, Сэйра, — продолжала Клития. — Клинтон очень болен… очень тяжело болен.

— Что ты хочешь этим мне сказать?

— У него на лице была открытая рана. Он порезался во время бритья. Через этот порез яд попал в его кровь.

— Значит, спасая меня, он отравился сам?

— Да. Высасывать яд из раны всегда опасно и сопряжено с риском для жизни. На это отваживаются только самые смелые.

— Я должна быть с ним, — сказала я.

— Пока нет. Он без сознания. С ним врач. Мы послали еще за одним врачом.

— Значит, он очень плох?

— Он очень сильный, Сэйра.

— Клинтон! — произнесла я и еще раз повторила его имя.

Мне трудно было в это поверить. Клинтон пожертвовал собой ради меня! Из-за этого он теперь опасно болен…

— И это еще не все, — продолжала Клития. — К тебе из Индии приехал друг. Он приплыл из Бомбея вчера вечером на «Ланкарте». Сюда он приехал еще утром, но я сказала ему, что ты больна и принять его не сможешь. Но он и не подумал уезжать. Он сказал, что будет ждать. Он так переживал и так настаивал. Он утверждает, что должен сообщить тебе что-то необычайно важное. Мы сказали ему, что с тобой произошел несчастный случай, и после этого он еще сильнее начал настаивать на свидании с тобой.

— А он сказал, как его зовут?

— Да. Тобиас Мэндер.

— Тоби! — воскликнула я. — О, конечно, я должна его увидеть. Я должна немедленно с ним увидеться!

Я была счастлива, встретившись с ним. Он опять изменился, стал старше, загорел, но в его глазах по-прежнему светились веселье и доброта, и я видела, что передо мной прежний Тоби.

— Сэйра! — воскликнул он.

Он подошел ко мне и взял меня за руки. Потом склонился ко мне, а я обхватила руками его шею.

— Ах, Тоби! — воскликнула я. — Мне было так страшно. Ты не отвечал на мои письма.

Он опять взял меня за руки и посмотрел мне в глаза.

— Сэйра, это ужасно, — заговорил он. — Как только я обо всем узнал, я отправился на Цейлон. Тебе угрожала опасность… страшная опасность. Что ты думаешь о моем последнем письме?

— О каком письме, Тоби? Я так и не дождалась твоего ответа. Ты не ответил на мое письмо.

Он отшатнулся.

— Как? Я писал тебе дважды. Я рассказал тебе о своих подозрениях.

— Подозрениях? Каких подозрениях?

— Позволь, я все тебе объясню. В Дели я встретил Бонингтонов. Ты же знаешь Бонингтонов. Какое-то время Джон Бонингтон был священником в Эпли, а потом он женился на мисс Эффи Кэннон.

— Конечно, я их помню.

— Я видел его только на похоронах твоего отца, но мы вспомнили друг друга. Миссис Бонингтон рассказала мне, что ее муж стал миссионером, и они всего на несколько дней остановились в Дели по пути… куда-то там. Она очень удивилась нашей встрече, потому что только накануне они встретили другого человека, с которым познакомились в Эпли. В их отеле, «Шалимар», остановилась некая Селия Хансен, путешествующая со своей кузиной. Бонингтоны провели там всего одну ночь, после чего переехали к друзьям, но им было очень приятно снова повидаться с Селией.

— Как странно, что Селия ни разу не сказала мне, что встретилась с Бонингтонами. Мы очень часто вспоминали нашу жизнь в Грейндже.

— А вот теперь самое странное. Я так сильно хотел поговорить с кем-нибудь о тебе, что отправился к мисс Хансен в отель «Шалимар». К своему удивлению, я узнал, что никакой мисс Селии Хансен в отеле нет и никогда не было. Я растерялся и сказал, что, должно быть, произошла какая-то ошибка, после чего продолжил свои расспросы. Возможно, у них остановилась какая-нибудь английская леди в компании с другой английской леди? В конце концов мне удалось выяснить, что у них-таки останавливались две английских леди. Только они уже уехали. Их звали мисс Джессика и мисс Сесилия Херрингфорд.

— Херрингфорд!

— Когда-то, очень давно, я вместе с отцом побывал в загородном имении Эверарда Херрингфорда. Он изредка приглашал к себе гостей, а тут моему отцу для воплощения какого-то проекта понадобилась помощь правительства. Как бы то ни было, но мы провели там уик-энд. Я помню, что у него была дочь, которую звали Сесилия. Понимаешь, Сэйра, женщина, прибывшая в Грейндж под именем Селии Хансен, женщина, которая приезжала к тебе на Цейлон, на самом деле была Сесилией Херрингфорд. Мне показалось очень странным, что такая леди была у тебя гувернанткой, но она уехала, и говорить тут было не о чем. Потом ты написала мне о странных событиях, происходящих в твоей жизни. В этом же письме ты упомянула то, что у тебя гостит Селия Хансен. И вот тут я запаниковал.

— По линии матери в этой семье передается безумие, и я подумал, что оно могло достаться и одной из дочерей. Она вернулась к тебе, и вместе с ней в твою жизнь вошли необъяснимые происшествия. Я тут же тебе написал и рассказал все, что узнал в Дели, а именно, что твоя Селия Хансен и Сесилия Херрингфорд являются одним и тем же лицом.

— Но я не получила этого письма.

— А не могла ли она его перехватить? Ведь ей было известно о том, что ты мне написала.

— Она не знала о твоей встрече с Бонингтонами в Дели, — покачала я головой. — Я не верю в это, Тоби. Даже если она и была дочерью Эверарда Херрингфорда, я не верю, что она приехала сюда, намереваясь меня убить. За что? Я ничего плохого ей не сделала. Мне кажется, я знаю, чьих это рук дело. Здесь неподалеку живет женщина, которая прежде была любовницей Клинтона. Она искушена во всевозможных благовониях и снадобьях, а также, вне всякого сомнения, ядах. У нас в доме работает ее сестра. Она сделает все, что ей прикажет Анула. Но Тоби, я так рада тебя видеть! И ты проделал весь этот путь из Индии!

— У меня было предчувствие, что я должен спешить. Один раз я уже приехал слишком поздно. Я не хотел опоздать снова.

— Я счастлива, что ты приехал.

— Ты должна знать, — произнес он, — что если я тебе понадоблюсь, я приеду с другого конца света.

Я подошла к постели Клинтона. Он был очень болен. Его блестящие глаза остекленели, кожа приобрела бледно-желтый оттенок, а волосы безжизненными прядями рассыпались по подушке. Он улыбнулся мне своей привычной беспечной улыбкой, но сейчас при виде ее у меня сжалось сердце.

— Привет, Сэйра, — произнес он. — Вот мне и конец пришел. Кто бы мог подумать?

— Нет, — решительно заявила я. — Ты все это преодолеешь и обязательно выздоровеешь.

Он покачал головой.

— Я знаю этот яд, Сэйра. Он меня настиг. Правители древности использовали его для устранения своих врагов. У этого яда очень странный запах. Его можно почувствовать, только если ты с ним знаком. Его готовят из ядовитых растений, произрастающих в джунглях. Стоит ему попасть в твою кровеносную систему, и надежды нет. Ты можешь протянуть на сыворотках день-другой, но не больше… Он убивает.