Победитель остается один - Пауло Коэльо

— На всех языках самые важные слова звучат коротко.«Да», например. «Бог». «Любовь». Эти слова легко произносятся и заполняютпустоты в нашем мире. Но есть и еще одно краткое слово, которое мне всегда былоужасно трудно выговорить. Но сейчас я это сделаю.

Она посмотрела на подругу: — Нет.

Похлопала ладонью по кровати, приглашая сесть рядом.Погладила по голове.

— У этого слова репутация чего-то бездушного,себялюбивого, неприятного. Когда мы произносим «да», то кажемся себе милыми,отзывчивыми, вежливыми. Но все-таки я говорю тебе «нет». Я не пойду на то, очем ты меня просила, к чему обязывала, твердя, что так будет лучше для меня.Конечно-конечно, ты скажешь, что мне всего девятнадцать лет, и я понятия еще неимею о том, что такое жизнь на самом деле. Но знаешь — хватило всего однойсегодняшней вечеринки, чтобы раз и навсегда понять, чего я хочу, а чего — нет.Ни за что. Ни при каких обстоятельствах.

Я никогда не хотела быть моделью. Более того — никогда недумала, что смогу влюбиться. Знаю, что любовь может жить только на свободе, нокто сказал тебе, будто я — чья-то невольница? Я — рабыня собственного сердца, ав этом случае гнет невесом, а бремя сладостно. Я выбрала тебя еще раньше, чемты — меня. Я ввязалась в авантюру, казавшуюся невозможной, и готова была неропща принять все ее последствия — от предрассудков, до сих пор живущих вобществе, до сложностей с моей собственной семьей… Я преодолела все, чтобысегодня вечером быть в Каннах рядом с тобой, наслаждаясь победой навеликолепном дефиле и зная — будет еще много возможностей. И я обязательновоспользуюсь ими — вместе с тобой.

Подруга вытянулась рядом с нею, положила голову на грудьЖасмин.

— Задуматься обо всем этом меня заставил один человек,которого я встретила там, на ужине. Я была там одна, я растерялась в этоммноголюдье, я не знала, что говорить… Спросила, кто он, а он сказал, чтопотерял свою любовь и пришел сюда, чтобы вернуть ее, но сейчас уже не уверен,что хочет именно этого. Он попросил меня посмотреть по сторонам — нас окружаютлюди, непреложно уверенные в себе, в своей правоте, в незыблемости своей славыи своих побед. И заметил: «Они ведь не веселятся. Ибо считают, что достиглисвоей жизненной вершины и, значит, предстоит неизбежный спуск. И он их пугает.А о том, что есть еще целый мир, открытый для покорения, они позабыли. Потомучто…

— Потому что привыкли.

— Вот именно. У них есть все что угодно — и почтисовсем не осталось стремлений и желаний. Все их проблемы решены, все проектыодобрены, все предприятия процветают, не требуя никакого вмешательства. И этимлюдям остается лишь бояться перемен, и вот они кочуют с вечеринки на вечеринку,с банкета на банкет — лишь бы только не оставалось времени думать. Лишь бывстречать там одних и тех же людей и полагать поэтому, что все идетпо-прежнему. Уверенность заменяет страсть.

— Разденься, — сказала подруга, чтобы хоть что-тоответить.

Жасмин приподнялась, стянула с себя платье и снова юркнулапод простыню.

— Ты тоже разденься. И обними меня. Мне нужночувствовать тебя — сегодня днем показалось, что ты позволишь мне уйти.

Подруга гасит свет, ложится. Жасмин засыпает сразу. А онаеще лежит некоторое время без сна, глядя в потолок и думая о том, что девушкадевятнадцати лет во всей невинности своей оказывается иногда мудрее взрослойопытной женщины вдвое старше себя. Да, как ни страшно ей, как ни зыбко ееположение, ей волей-неволей придется развиваться и крепнуть. Они нажили себемогущественного врага — XX, несомненно, сделает все возможное, чтобы недопустить ее к октябрьской Неделе моды. Прежде всего он попытается купить еебренд, а поскольку это невозможно, — станет дискредитировать ее передФедерацией, обвиняя в том, что она не сдержала слова.

Следующие месяцы будут тяжкими. Но Хамид Хусейн — да и никтово всем мире — не знает, что она обладает силой всесокрушающей и неодолимой, ита поможет ей справиться с любыми трудностями, и сила эта — любовь женщины,лежащей в ее объятиях. Ради нее она пойдет на все — и даже на убийство. Вместес ней она сможет все — даже одержать победу.