То свидание в Кембридже... - Розали Эш

— Марко, как получилось, что ты до сих пор не женился и не ведешь ту самую простую патриархальную жизнь, о которой мечтаешь? — поддразнила она его.

Он смотрел на нее так долго, что ей стало жарко.

— Почему ты спрашиваешь?

— Рассказывая о том, что ты собираешься приготовить на обед, ты выглядел так… по-домашнему! — умудрилась она сохранить легкость тона, хотя в горле пересохло.

Взгляд его сузившихся глаз внезапно стал холодным.

— Идеальный муж для любой женщины? — вкрадчиво спросил он. — Ты как моя мама. Кто знает! Возможно, идеальная женщина не подпала под мои чары в свое время? — Теперь голос его звучал натянуто. — Буду продолжать поиски. Нельзя торопиться с такими вещами, Полли. Ты бы должна это знать.

Она не идеальная женщина для Марко.

— Ну так что мы решим? — напомнил он сорвавшимся вдруг голосом. — Обед в ресторане или рискнем проверить мои кулинарные способности?

— Как можно устоять перед искушением домашней кухни? Не возражаешь, если я позвоню в Англию, Марко?

— Пожалуйста. Я пойду приму ванну и надену свой колпак шеф-повара.

Полли пошла к себе. Приняла душ. Оделась и стала рассматривать себя в зеркале. Легкий загар не оживил ее кожу. Она сделала минимальный макияж: немного теней, чуть-чуть пудры и темно-персиковой помады, духи «Eau d'Issey». Она вновь поглядела в зеркало: совсем другое дело!

Опустившись на стул около кровати, она набрала лондонский номер.

К удивлению, телефон Джени не отвечал. В Англии сейчас около шести вечера. Бену самое время принимать ванну, пить чай и укладываться в постель. Нет, не стоит волноваться. Если бы что-то случилось, то ей обязательно бы сообщили.

Как только Марко увидел ее, появившуюся на террасе через полчаса, его брови взлетели вверх.

— Что случилось, Полли?

— Нет, ничего.

— Ты дозвонилась?

Она покачала головой, с благодарностью приняв предложенный им бокал с вином.

— Не отвечают. Вероятно, ушли куда-нибудь на целый день.

Марко подошел и присел с ней рядом, от его близости она сразу сжалась.

— И поэтому ты так беспокоишься? Ты уж слишком любящая мамочка. Не волнуйся, все будет прекрасно.

— Я просто… никогда не была так далеко от Бена. Сердце из-за этого не на месте.

— Помню твое лицо, когда он вчера позвонил, — проговорил Марко. — У тебя, вероятно, привычка предполагать, что случилось самое худшее.

— Возможно. Когда-то мне сказали, что, если ты не способен успокоиться в сложных ситуациях, тебе не надо заводить детей.

— Может, ты номер набрала неправильно?

— Может быть… — Она отыскала записную книжку, проверила номер Джени. — Да нет. Номер правильный…

Последовала краткая пауза.

— Бен не был запланирован, как я понимаю? — тихо сказал Марко.

Она оцепенела.

— Нет.

— Когда ты узнала о своей беременности, должно быть, это оказалось ужасным ударом.

— Сейчас могу сказать определенно, что ни за какие сокровища в мире я не отказалась бы от Бена…

Марко потянулся и дотронулся до ее руки.

— Полли…

— Ммм? — Низко склонив голову, она надеялась, что ее пылающие щеки скрыты длинными волосами.

— Посмотри на меня… — Голос звучал сдавленно.

— Марко, пожалуйста…

— Что пожалуйста? — Двумя пальцами он поднял ей подбородок и заглянул в глаза. — Не пытаться приблизиться к тебе?

— Не пытайся воспользоваться удобным соседством.

Он на секунду замер, недоумение в глазах сменилось ледяным холодом.

— Вот как ты обо мне думаешь! — выговорил он наконец.

— Я не знаю, что думать, — пробормотала она.

— Даже если это правда, то разве у тебя есть основания меня упрекнуть?

— О чем ты?

— Не могу похвалиться, что ты находилась в удобном соседстве от меня на протяжении последних четырех лет, — отметил он с грубоватым смешком. — Ты покинула Кембридж не сказав ни слова. И даже теперь избегаешь меня. Теперь, когда ты рядом, грех не воспользоваться этим.

Он склонился и поцеловал ее. Поцелуй был настойчивым. Руки его скользнули на ее затылок, гладя волосы, пока она со стоном не обмякла и не раздвинула губы. Поцелуй стал мягче, язык его жадно скользнул ей в рот, и физическая жажда охватила ее с ног до головы, заставив бездумно, в слепом самозабвении приникнуть к нему.

— Полли, счастье мое…

Разгоряченная и сконфуженная, она смотрела на него. Он отодвинулся, не отрывая от нее взгляда.

— Пора бы мне поумнеть, а я не могу ничего с собой поделать: я так хочу тебя, что это сводит меня с ума. — В голосе его звучало неприкрытое отчаяние.

Все в ней стремилось к нему навстречу, желание пронизывало насквозь. Она хотела ответить ему, но вдруг увидела, что выражение его лица изменилось, он весь напрягся и отпрянул от нее, уставившись куда-то вниз.

Она проследила за его взглядом. Он смотрел на пол. Кровь хлынула ей в лицо. На полу лежала фотография Бена, выпавшая из ее записной книжки.

Марко поднял ее и теперь рассматривал портрет маленького мальчика, беззащитно улыбающегося в камеру широко открытыми глазами. Фото было невинным и жутко обвиняющим одновременно.

Так выглядел бы сам Марко двадцать восемь лет назад.