Мужчина на всю жизнь - Кэрол Дин

В семь вечера, снова оказавшись перед зеркалом, Линн увидела очень похожую на нее женщину — почти с таким же лицом, почти с такой же шеей, почти с теми же волосами; только лицо было чуть свежее, шея чуть длиннее, а блестящие рыжеватые волосы были гораздо гуще и пышнее.

Стараниями Мишель Линн преобразилась: оставаясь самой собой, она казалась совсем другой. День прошел замечательно, и Линн не жалела, что отправилась за покупками. Мишель временами становилась слишком уж энергичной, нескромной и язвительной, но Линн относилась к ней с симпатией и была благодарна за ее безграничные познания в искусстве шопинга. Теперь, подготовившись к своему первому выходу в вечерний Париж, она чувствовала себя гораздо увереннее.

— Новая, улучшенная миссис Макдональд, — пробормотала Линн, коснувшись своего отражения.

Повернувшись перед зеркалом, она еще раз полюбовалась рисунком на своих темных шелковых чулках. Ни разу в жизни ей не доводилось носить чулки с рисунком! В них она чувствовала себя безрассудной и очаровательно-порочной.

Линн вдруг пришло в голову, что с такой тщательностью она не готовилась к вечеру уже много лет — с тех пор, как, семнадцатилетняя, готовилась к свиданиям с Эриком. Каким суетным существом была она в те давние времена! По нескольку часов проводила перед зеркалом ради того, чтобы пойти с Эриком в кино.

«Любовь».

Она улыбнулась своим воспоминаниям. Очевидно, женщины в любом возрасте ведут себя в подобных ситуациях точно так же.

Тут зазвонил телефон, и Линн вздрогнула от неожиданности, хотя и ждала этого звонка. Она слышала голос Пола, но лишь с огромным трудом улавливала смысл его слов.

«Любовь!»

Но что же он говорил? Линн знала только одно: он в вестибюле, и она сказала ему, что уже спускается.

«Любовь?»

Она взяла украшенную бисером вечернюю накидку, надела ее поверх шелкового платья и, точно во сне, шагнула к двери.

«Любовь…»

Линн вышла в коридор. Какое-то время она стояла у номера, в задумчивости покачивая головой. Затем решительно направилась к лифту. Париж, должно быть, сыграл злую шутку с ее рассудком — все дело в этом. Что ж, она не зря проделала такой долгий путь от дома до самого романтического города мира… Сделав такой вывод, Линн почувствовала, что голова у нее проясняется.

«Несомненно, любовь».

Пока старенький лифт, покачиваясь, спускался на нижний этаж, Линн — в который уже раз — говорила себе: ей не на что надеяться; Пол, сопровождая ее в походах по Парижу, просто оказывал любезность Квинну и Эмили, не более того. Наконец дверь лифта открылась, и она тотчас же увидела его — безумно красивого, мужественного и сексуального, еще более привлекательного, чем прежде.

Сегодня на нем был темный элегантный костюм, явно сшитый на заказ, а его волосы, густые и пышные, отливали золотом в свете люстр. Он стоял, прислонившись к мраморной колонне рядом с креслами, и наблюдал за парой у регистрационной стойки. Увидев Линн, Пол улыбнулся и принялся разглядывать ее. Он осмотрел ее с ног до головы — от атласных зеленых лодочек на высоченных каблуках до завитка волос на макушке. Наконец, оттолкнувшись от колонны, гибкий и грациозный, как золотистая пантера, направился к ней.

Сердце Линн гулко колотилось в груди, и она удивлялась: неужели никто этого не слышит? Судорожно сглотнув, Линн вдруг подумала о том, что угодила… в крупную неприятность.