Сердце гор - Яна Кроваль

— Подождать, — терпеливо повторил Егор.

— А что это изменит? Её братья при любом раскладе попытаются тебя достать! И мы никак не сможем от этого защититься. Разве что принять эту дикарку в семью — но тогда от нас ничего не останется по более прозаичным причинам. Так зачем тянуть кота за хвост? Отрубим — и дело с концом!

— Нет. Если я правильно понял нрав братьев Марьям, они не будут предпринимать против меня никаких действий, пока Марьям не начнёт жаловаться на несчастную жизнь. Или я не потребую деньги назад при разводе. Денег мне не жалко, а чтобы Марьям не побежала к братьям, необходимо создать ей комфортные условия здесь.

— Ты для того и притащил с собой друга? — криво усмехнулся Анатолий.

— Именно. Пусть Увайс о ней заботится, учит языку и всячески поддерживает. А когда она проникается к нему симпатией и будет готова спокойно со мной расстаться, мы разведёмся.

— И когда это случится? — не сдавалась Инга. — Долго нам терпеть её присутствие, скрывая твой статус от остальных?

— Сколько потребуется. Но вам, наверное, лучше её не трогать. Их. Обоих. Пусть лучше на меня злится, чем ищет у меня защиты от злых родственников.

Инга недовольно повела плечами, явно несогласная с мнением сына, а Анатолий кивнул:

— Хорошо. Но Наташа об этой девчонке узнать не должна!

— Разумеется. Я же уехал на охоту. Могу и на несколько месяцев там задержаться.

После этих слов Рина, которая никак не участвовала в обсуждении, всё так же молча встала и удалилась к себе, сохраняя на лице выражение глубокой озадаченности. Остальные разошлись следом: мужчины отправились по делам, а Инга — в салон красоты. Поэтому честь выполнять обязанности хозяйки дома вновь досталась Рине.

Немного посидев в своей комнате, она взяла себя в руки, переоделась, нанесла лёгкий макияж, сделала красивую причёску и вышла к гостям при полном параде. Неудивительно, что Увайс, в своём потрёпанном охотничьем наряде, насквозь пропахшем потом и гарью, почувствовал себя неловко. А за ним, глядя на поведение спутника, смутилась и Марьям. Однако Рина словно ничего не заметила, как ни в чём не бывало предложив провести экскурсию по дому. Отказаться было невозможно — да Увайс и не пытался, с готовностью направившись к лестнице.

Научиться ориентироваться в чужом доме было важнее. Чтобы не заблудиться. Впрочем, с этим проблем возникнуть не могло.

Дизайн родового гнезда Егора был продуман до мелочей и представлял собой образец строгой практичности. Лестница находилась напротив входной двери и пронизывала здание насквозь ровно по центру, соединяя все три этажа. Внизу располагались холл, кухня, гостиная и столовая. На втором этаже — одинаковые спальни вдоль длинного коридора, налево для гостей, направо для членов семьи. А на третьем — небольшая площадка, куда открывались всего четыре двери.

— Это спортзал, — приоткрыв первую, сообщила Рина. — Тут кабинет моего отца, — она указала рукой, сразу пройдя дальше: — а здесь — Егора. Кстати, вы с Марьям можете облюбовать его себе для занятий. Вам никто не помешает — Егор предпочитает лежать с ноутбуком на кровати, а сюда заглядывает очень редко, если только документы какие распечатать-подписать-отсканировать надо.

— Нет, спасибо, — торопливо открестился Увайс. — Мы лучше в спальне будем учиться. А практиковаться на улице.

Недовольная отказом, Рина на мгновение поджала губы, став безумно похожей на мать. Но большего себе не позволила, нейтрально обронив:

— Ваше право, — скользнула мимо, снова взявшись за ручку: — Ну а последняя комната — моя вотчина.

И она пригласительно распахнула дверь во всю ширину, предвкушающе затаив дыхание. Однако Увайс внутрь даже не покосился. Зато Марьям не смогла сдержать любопытства и сунула нос в помещение, восхищённо ахнув.

— Заходи, не бойся! — тотчас подхватила Рина, подав гостье пример и, попутно, легонько подтолкнув в спину.

Увайсу невольно пришлось присоединиться к девушкам — и тоже замереть на пороге, будучи поражённым открывшимся ему видом.

Просторное и светлое помещение оказалось сплошь заставлено безликими манекенами, закрученными гигантской спиралью, в красивых нарядах: от вечерних, чуть ли не бальных платьев до довольно строгих женских брючных костюмов. Лишь одна деталь выбивалась из общей картины — пустой манекен по центру комнаты.

— Что это?.. — первой очнулась Марьям, робко коснувшись рукава одного из платьев.

— Моя дипломная работа, — с гордостью откликнулась Рина. И горько вздохнула: — Правда, ей не хватает некой изюминки. Чего-то яркого и оригинального, выделяющегося на фоне других нарядов, — Она подошла к пустому манекену и печально провела рукой по его изгибам.

А Увайс запоздало заметил у огромного, во всю стену, окна, широкий стол со встроенной швейной машинкой и множеством ящичков, заваленный обрезками тканей и ворохом всевозможных бумаг. Марьям обнаружила это богатство чуть раньше и, осторожно приблизившись, взяла верхний лист.

— По-моему, у тебя и так всё прекрасно, — отстранённо проследив за ней взглядом, Увайс попытался приободрить Рину.

— А мне кажется, наоборот, — упрямо парировала она. — Я даже отказалась защищать дипломную вместе со всеми, соврав, что у меня появилась гениальная идея, но я не успеваю доделать её в срок. И преподаватели пошли мне навстречу, позволив защищаться в сентябре. Вот только у меня ничего нет. Собственно, изначально все мои работы — это попытка найти то самое. Запоминающееся. Я и от противного действовала, взяв за основу предельно простую модель, лишь бы не завалиться, — Рина выудила из стопки криво торчащий эскиз, продемонстрировав его Увайсу, — но мне всё равно ничего не нравится. Похоже, придётся сдавать как есть. Если, конечно, меня не осенит в ближайшее время. Что вряд ли. Ну и чёрт с ним, — девушка непреклонно вздёрнула подбородок. — Примут — хорошо. А нет — значит, нет. Не больно-то и хотелось.

Осознав, что банальная словесная поддержка Рине не нужна, а дельных советов ему в голову не лезло — Увайс совсем не разбирался в моде — горец ухватился за более приземлённую тему:

— И тебя ничуть не расстраивает перспектива остаться без диплома? Потерять столько лет обучения...

— Нет, — пожав плечами, Рина отложила лист — и им сразу же завладела Марьям. — Я давно смирилась. И вообще, всегда больше хотела шить людей, чем одежду. Но профессия врача, по мнению моих родителей, требует огромной выдержки и для меня не подходит. А у Егора как раз...

— Нравится, — внезапно выдала Марьям, сбив Рину с мысли.

— Что?

— Это, — Марьям подняла эскиз повыше.

— Серьёзно?.. — Рина неверяще посмотрела на рисунок, изображающий свободно ниспадающее платье с широким вырезом, узкой талией и рукавами колоколом. — Это же просто ночнушка! Одежда для сна...

— Красиво. Узоры дать, снизу, вверху и на конце — будет