Разрушу твою семью - Юлия Бонд

— Ты ещё тут, со мной? — спросил Марк, когда с моей стороны продолжилось молчание. — Тонь, выходи давай, а? А то я сам сейчас выйду из машины, но как ты смела выразиться накануне, соседи твоей мамы могут сделать ей давление.

— Пять минут, — придя в себя, пробубнила в трубку.

Только успела завершить вызов и засунуть в сумочку телефон, как почувствовала на спине тяжёлый взгляд, которым сверлила меня следователь на пенсии Стрельцова.

Резко обернулась.

— Мам, подслушивать чужие разговоры — нехорошо. Помнишь, ты в детстве постоянно мне это твердила? — недовольно пробубнила я, решив, что лучшая защита — это нападение.

— А ты мне не чужая. Да и ничего я не могла подслушать, я же у себя дома, — улыбнулась мама и тоже выглянула в окно: — Тонь, а ты мне его госномер машины лучше пришли в смс.

— Зачем? Чтобы проверить, что она не в угоне?

— Не в кредите. Знаю я этих героев-любовников: запудрят вам, бабам, мозги. А вы и рады стараться ради них чуть ли не почку последнюю отдать.

— Да ну тебя… — отмахнувшись, поспешила в коридор обуваться. Но мама и туда пришла. — Вообще-то, я с головой дружу, мам. И поверь, если это какой-то там альфонс, то я его вмиг раскушу и без твоей помощи.

— Вообще-то, нет, Тоня. Без обид, но с мозгами ты поссорилась. Я слышала, как ты с ним говорила по телефону.

— И как же я с ним говорила?

— Как влюблённая по уши овечка.

— Овечка, — обидчиво хмыкнула я, — скажешь же такое!

Скрестив на груди руки, мама заняла весьма показательную позу, мол, она верит в то, что она сказала, а моё мнение — это так, сквозняк в соседней комнате. Ну и ладно, что взять с бывшего следователя с тридцатилетнем стажем работы в органах? Она почти что во всех знакомых и не очень ей людях видит едва ли не преступников. Чуйка такая, тревожная она у меня в общем.

Обняв маму на прощание и поцеловав в щеку, я на полном серьёзе пообещала ей не баловаться. Понятное дело, что мне давно не двадцать, но разве мужчины не могут за мной укладываться штабелями просто потому, что я им нравлюсь? Бред какой-то. Любви все возрасты покорны, в это я не перестану верить до самой старости, наверное.

* * *

Выйдя за ворота, я поспешила к чёрному внедорожнику. Не стала дожидаться, пока Марк выйдет из машины и сама открыла в его авто дверцу. Залезла внутрь. Сердце уже привычно скакало галопом, а голова шла кругом от охренительного запаха мужского парфюма.

— Привет, — как-то стеснительно произнесла я, успев мельком посмотреть на профиль Марка.

— Иди уже сюда, — недолго думая, Марк потянул меня за руку, и я почти камнем рухнула в его объятия.

Он посмотрел на меня всего лишь мгновение. Ладонью зарылся в моих волосах на затылке и стал приближаться губами к моим губам.

— М-м-м… — запротестовала я, не ожидав крутого поворота и упёршись ладонями в грудь: — Что ты делаешь?

— Не порть романтический момент. Я всего лишь хочу сожрать твою помаду.

— Ты хотел сказать, поцеловать?

— Угу, может перестанешь уже болтать и позволишь мне заткнуть твой рот своим языком? — ухмыльнулся Марк, а я и опомниться не успела, как Марик припал губами к моим губам.

* * *

Сопротивляться не стала, да и зачем? Мужчина горячий и целует с таким напором, что все тараканы в моей голове, даже самые ленивые и жирные, зааплодировали стоя.

Подобной глупости, а учитывая тот факт, что целовались мы едва не под окнами дома моей мамы (пусть и в машине), я не совершала уже лет двадцать. Но сейчас мне об этом не думалось. Меня просто несло шквальным ветром да прямиком в объятия молодого развратника, ведь то, что он вытворял своим языком внутри моего рта — приличными словами не опишешь! Он будто курицу на вертел насаживал, правда вместо курицы был мой рот и насаживал он совсем не вертел…

Кровь прилила книзу живота, и меня вдруг обухом по голове шмякнуло, когда я почувствовала, как ловкие руки Марика забрались под мою водолазку и поползли по спине вверх. Уверена, ещё каких-то пару секунд и с такой же ловкостью этот самец расстегнул бы крючки на моём лифчике. Нет, он совсем не фокусник, но трюки у него получались как у профессионального работника цирка.

Проскользнула мысль: "А что если этот Марик и правда альфонс, как смела предположить мама? Вдруг все эти цветочки вместе с "Х5" — лишь пыль в глаза, тщательно отработанный трюк”. Внутренний голос запротестовал сию же секунду, а тараканы в голове попрятались по разным углам.

"Да какой с него альфонс, Тоня? Он на "Х5" ездит, а ты, хоть и не последнюю булку с маслом доедаешь, но тоже не лопатой миллионы гребёшь. Что с тебя взять-то, кроме "трёшки" в спальном районе и загородной дачи, и то твоего там только половина".

— Подожди, — упёршись ладонями в грудь Марка, я попыталась восстановить сбившееся дыхание. Измотал он меня этим поцелуем похлеще, чем на тренировке по фитнесу. Я за три минуты спалила больше калорий, чем за полчаса скакания в спортзале. — Ты слишком торопишь события, Марик.

— Думаешь? — ухмыльнулся Марк, взяв на себя наглость коснуться моей скулы пальцем, и провести по ней вниз до самого подбородка.

Я кивнула ему в ответ. Жадно глотнула воздух ртом, и кончиком языка облизала нижнюю, припухшую от поцелуя, губу.

— Я был уверен, что тебе это нравится.

— Что именно мне нравится?

— С какой скоростью развиваются наши отношения, — нагло заявил Марк, смотря мне прямо в глаза, отчего я хохотнула, но сразу же поспешила сделать серьёзное выражение лица.

— А у нас уже есть отношения?

— Конечно, я ради тебя цветочки с клумбы сорвал. Честно признаться, делал это впервые в жизни.

— Так ты, оказывается, романтик?

— Скорее, охотник.

— Это как?

— Смелый. Предприимчивый. Целеустремлённый. Мужественный.

— Ещё и нескромный, забыл добавить, — с усмешкой в голосе сказала я.

— Да. Точно. Забыл, — подмигнув, Марк потянулся к рычажку на коробке передач, и через пару секунд машина тронулась с места.

Пристегнувшись ремнём безопасности, я открыла сумочку, чтоб достать оттуда пудру с зеркальцем. Нужно было убедиться, что моя губная помада не была размазана по всему лицу. Но к моему большому удивлению от помады не осталось и намёка, Марик её всю сожрал во время поцелуя. Искоса я глянула на Марка и его