Развращение невиновных - П. Рейн

Она качает головой. — Я не люблю пиво.

Это неудивительно.

— Пойду возьму кружку.

Я веду нас к обычному месту, где стоят бочонки, и, к счастью, у меня есть оправдание, что я должен налить себе пива, чтобы сбросить ее руку с моей. Как только пиво оказывается у меня в руках, я отхожу в сторону, чтобы не мешать следующему человеку, и Аврора встает рядом со мной.

Мы немного двигаемся в такт, и я замечаю, что Томмазо болтает с какой-то девушкой из семьи Витале в нескольких метрах от толпы. Должно быть, он чувствует мой взгляд, потому что поднимает глаза, и мы киваем друг другу.

Он быстро прощается с девушкой и направляется к нам. — Привет, ребята. Вы только что пришли?

— Да.

По его стеклянным глазам я вижу, что он выпил как минимум несколько бутылок пива. Я завидую. Я бы хотел дойти до такого состояния, когда весь шум в голове выключается, и я остаюсь вообще без мыслей. Где мне не нужно думать о том, что я смогу занять место отца, когда придет время, где я не буду беспокоиться о том, что разочарую его, или о том, что мне придется жениться на, как я подозреваю, фригидной стерве, или о том, что кто-то пытается обокрасть мою семью, и я должен докопаться до истины, или о том, что Джованни приедет с Софией.

Я опрокидываю в себя остатки пива несколькими глотками.

— Ух ты. Видно, сегодня у тебя тяжелый вечер, — говорит Томмазо.

— Я скоро вернусь.

Я отхожу к бочонку и, не утруждая себя, иду в конец очереди из трех человек.

Парнишка, который стоит следующим, выглядит так, будто хочет что-то сказать, но передумывает. Мудрый выбор.

Я наполняю свой стакан и возвращаюсь к Томмазо и Авроре, которые обсуждают звучащую песню. Это ремикс на песню Lorde "Team".

— Как тебе может не нравиться Lorde? — говорит он, похоже, не веря.

— Потому что у некоторых из нас есть вкус, Томмазо, — огрызается она.

— Lorde — это дерьмо. Мне все равно, что ты говоришь.

Он качает головой и потягивает свой напиток.

Аврора закатывает глаза и вздрагивает.

— Холодно? — спрашиваю я с насмешкой.

— Да, немного. — Она потирает руки вверх и вниз.

Прежде чем я успеваю ответить, к группе присоединяются Мира, Марсело, София и Джованни. Я заставляю свои пальцы не раздавить пластиковый стаканчик в своей руке, когда вижу, что рука Джованни опустилась на поясницу Софии.

Что, черт возьми, со мной не так?

— Уже веселишься? — Мира спрашивает тоном, который говорит о том, что она подозревает, что мы не веселимся, затем она смотрит прямо на Аврору.

— Не начинай. — Сегодня я не в настроении слушать ее гадости.

— Что? Я просто спросила, весело ли вам. — Она бросает на меня свой лучший невинный взгляд, но мы оба знаем, что она полна дерьма.

Марсело хихикает и смотрит на нее. — Я собираюсь купить пива. Хочешь?

— Да, пожалуйста. — Она поднимается на цыпочки и целует его.

— Хочешь пива? — Джованни спрашивает Софию.

Почему меня это так раздражает?

Она раздумывает и, бросив взгляд в мою сторону, говорит: — Да, было бы здорово, спасибо.

— Я, пожалуй, пойду с вами, — говорит Томмазо и идет за ними к бочонку.

— Как проходит твое свидание? — спрашиваю я Софию. Не знаю почему.

Сестра бросает на меня странный взгляд, как бы спрашивая, почему меня это волнует.

— Что? — Я пожимаю плечами. — Просто интересно, есть ли у нас еще один перебежчик, который переходит из семьи Ла Роза в семью Коста.

Звучит вполне правдоподобно, верно?

София переминается с ноги на ногу и смотрит на Аврору. — Я не знаю. Наверное, хорошо. Ведь прошло всего полчаса.

Аврора вздрагивает и снова потирает руки.

Я снимаю куртку, закатывая глаза. — Вот.

Она смотрит на меня с улыбкой, которая говорит о том, что она получила то, что хотела. — Ты такой милый.

Я перевожу взгляд на Софию, и ее улыбка превращается в раздраженный хмурый взгляд. В моей груди появляется боль. Я отхлебнул еще пива.

— Пойду посмотрю, почему ребята так долго не приходят, — говорит София и, не дожидаясь Миры, поворачивается и идет к бочонку.

Мой взгляд останавливается на том, как джинсовая ткань джинсов Софии идеально обтягивает ее полушария.

— Я ухожу, — говорит Мира и исчезает в толпе.

— Похоже, теперь мы с тобой вдвоем, — говорит Аврора, просовывая свою руку через мою свободную.

Я опрокидываю в себя еще порцию напитка, надеясь, что алкоголь сделает свое дело и заставит исчезнуть это странное чувство в груди.

7

СОФИЯ

Джованни, Марсело, Мира и я танцуем в центре толпы.

Точнее, танцуем мы все трое, кроме Марсело. Он просто стоит и вертит головой, и, похоже, это все, что он хочет делать. Джованни, с другой стороны, хорошо танцует и, похоже, готов на все. С ним очень весело, и, по правде говоря, если бы я могла отвлечься от Антонио, он, вероятно, был бы тем парнем, который мог бы мне понравиться.

Но все, о чем я могу думать, это о том, как Антонио отдал свое пальто Авроре, когда она преувеличивала, что ей холодно. Я не знаю, почему. Может быть, потому, что я никогда раньше не видела, чтобы он проявлял рыцарское отношение к женщине.

Я свожу себя с ума всеми мыслями об Антонио и Авроре. В голове постоянно крутится мысль о том, что она выйдет за него замуж, будет спать с ним, родит ему детей. Даже если это будет не любовная пара, это мало смягчит мои раны — она все равно будет рядом с ним, разделит его жизнь.

Взмах руки заставляет меня моргнуть и вернуться к реальности.

Джованни притягивает меня к себе.

О Боже, он что, собирается прижаться ко мне? Я к этому не готова. До сих пор он держался на приличном расстоянии, что я оценила.

Но как только я оказываюсь достаточно близко к нему, он наклоняется к моему уху. — Я собираюсь взять еще пива. Хочешь?

Я отстраняюсь и, встретив его взгляд, качаю головой. — Я в порядке.

— Сейчас вернусь.

Я киваю и смотрю, как его поглощает толпа.

Через пару минут мои мысли снова возвращаются к Антонио, и я чувствую клаустрофобию в толпе людей, раскачивающихся в такт музыке.

— Я сейчас вернусь, — кричу я Мире, которая прижимается к Марсело, затем разворачиваюсь и проталкиваюсь сквозь толпу, не давая Мире времени расспрашивать меня о том, куда я иду.

Мне просто… нужно пространство. Не знаю, можно ли