Последняя из Танов - Лорен Хо

У Суреша много достоинств, но он не подходил под первый и, вероятно, третий критерии списка. В любом случае это не главное. Суреш не свободен. Да и особо привлекательным я его не считаю.

Итак, в этом году я добьюсь успеха. Получу повышение, а все остальное неважно. И, если все пойдет как надо, я, возможно, смогу обогнать эту озабоченную Хелен в брачной игре.

15:40. Слиняла под предлогом «встречи с клиентами» – пошла пить с Хелен кофе в шикарное кафе в «Ван Фулертон».

15:55. Опоздала на пять минут, но Хелен, конечно же, еще не было на месте. Уф. Демонстрация власти. Посмотрим, кто оплатит счет.

16:25. Хелен опоздала почти на двадцать минут. Я уже почти вся вспрела, когда она уселась за столик, даже не думая извиняться. Она выглядела шикарно в мешковатом черном топе с длинными рукавами, черных джинсах, с темно-синей сумочкой «Шанель 2.55», тонной дизайнерских украшений, прелестной стрижкой пикси цвета серебристого омбре. Мы обменялись воздушными поцелуями и перешли к формальным любез– ностям.

– Какого черта… – то ли сказала, то ли спросила я.

– Значит, ты уже слышала о свадьбе и умираешь от любопытства? – промурлыкала Хелен. Она лениво подняла руку, сверкнув кольцом с огромным желтым бриллиантом – вероятно, она использовала его в качестве оружия. Тут же из ниоткуда возник официант с меню в руках, словно он все это время ждал здесь, хотя до этого и носу не показывал и меня до сих пор не обслужили. Линда объясняет это тем, что я не похожа на человека из категории «я оставлю чаевые, несмотря на то, что азиатка», то есть не выгляжу богачкой.

– Да, объясни, пожалуйста, и поподробнее.

Хелен рассмеялась.

– Сначала кофе. Какой ты будешь?

Она фыркнула, услышав мой выбор («Капучино после десяти утра? Ты что, деревенщина?»), и заказала два двойных эспрессо. Узнаю властную Хелен.

Я изобразила беспечную улыбку.

– Так почему ты именно сейчас выходишь замуж? Да еще и за мужчину? Я думала, ты ждешь, пока однополые браки легализуют. Где твои принципы?

Она хихикнула.

– Ты так завидуешь. Видела бы ты свое лицо. Я даже не осмелюсь дразнить тебя, бедняжечка.

Нет, я не врезала ей (не потому, что не хотелось, а потому, что увидела одного из коллег в очереди за кофе). Хелен вздохнула и сложила пальцы домиком.

– Серьезно, женщина, ты же знаешь, что я привыкла жить на широкую ногу?

Я закатила глаза.

– Конечно, – махнула я на россыпь бриллиантовых браслетов «Картье Лав» и часы «Ричард Милле», которые она выбрала сегодня.

Хелен угрюмо кивнула.

– В общем, мамочка сказала, что если я не выйду замуж до сорока – за мужчину, конечно, это же Сингапур, – она закроет денежный краник: выкинет меня из дома и вычеркнет из завещания. Ужас, да? Свою единственную дочь! Будто другие жадные до денег Таны больше их достойны.

Я не поддалась на провокацию, и она продолжила:

– После такого ультиматума мне пришлось действовать, поэтому я быстро нашла себе жертву. Будь я проклята, если и вправду придется покупать вещи в «Заре». Лучше уж бросить меня в мясорубку и включить ее.

Я натужно сложила губы в тонкую улыбку: «Зара» – мой любимый магазин одежды.

– Мама впервые пригрозила оставить тебя без финансирования?

Хелен пожала плечами.

– Ну, она уже раза два заговаривала об этом, но никогда прежде не порывалась вычеркнуть меня из завещания. На этот раз все серьезно. Она пригласила адвоката и все такое. – Она смахнула невидимую пылинку с часов и бросила на меня хитрый взгляд. – Ты же знаешь, что она и тебя вычеркнет, если останешься одна. Чтобы получить наследство, все Таны нашего поколения должны быть в браке. Думаю, ты не против быть упомянутой в этом завещании.

Я сглотнула и почувствовала дурноту. Не против ли я? Да мне тогда больше никогда не придется работать. И выплачивать свой небольшой долг по кредиту…

Чтобы успокоиться, я вонзила ногти в ладони и сменила тему.

– Ладно, скажи мне: Магнус натурал?

– Да! – весело ответила Хелен. – Стопроцентный.

– А он… в курсе твоей ориентации?

Хелен хихикнула.

– Да брось, Магнус не вчера родился. Конечно, в курсе! Не переживай за него так сильно: он переедет в огромное поместье Танов в Букит-Тимах, получит щедрое пособие, доступ к семейному парку роскошных автомобилей. В любом случае мы сможем свободно изменять друг другу и составили брачный контракт, так что у нас все будет отлично. – Она подмигнула мне. – Чего не сделает личный банкир для важного клиента, правда же?

– Он твой личный банкир? – У меня аж челюсть отвисла.

Хелен кивнула.

– Ага. Он заправляет моими финансами уже много лет. Так мы и познакомились.

– Разве это этично? – возмущенно воскликнула я, лишь в конце осознав, как наивно это прозвучало.

– Ну, я ведь не заставляю его жениться. Все добровольно. – Она закатила глаза и наклонилась вперед, схватив меня за руку. – Ты по-прежнему одна после расставания с Айваном, да, моя бедняжка?

Я сердито уставилась на нее.

– Да.

– Все ждешь принца на белом коне? – издевательски спросила она. В этом проблема отношений с родственниками: они знают все твои болевые точки.

– Нет. Я никого не жду, – процедила я сквозь зубы.

Хелен притворно подняла руки вверх.

– Успокойся, я просто хотела посоветовать, как можно обмануть систему, которая так ужасно несправедлива к нам, женщинам. – Она жестом попросила у проходящего официанта счет. – Послушай, даже если ты счастлива в одиночестве, в нашем возрасте иметь партнера очень практично: отношения дают чувство безопасности и комфорта, особенно если партнер тебе ровня. Так почему бы и нет? Это не обязательно должен быть тот самый, единственный, бла-бла-бла, – мы уже староваты для такой фигни. Мама вышла замуж по договоренности, и смотри, как все удачно сложилось! А у твоих родителей был брак по любви, который закончился черт-те чем, так ведь?

Я фыркнула.

– Ждать принца – не самая разумная инвестиционная стратегия, так почему бы не попробовать более деловой подход, как я? Думай о главной цели. Кроме того, всем известно, что в Азии замужество добавляет респектабельности. Одинокие женщины в этой части света могут быть лучшими в своем деле, и все равно к ним не будет должного уважения. Уж я-то знаю. – Она вздохнула. – Разумно поступить так, если хочешь,