Двор мёда и пепла - Келли Сент-Клер

По выражению его лица я бы предположила, что не должно.

Тренер отодвинулся от меня.

— Ты свободна. Не забудь о завтрашнем празднестве.

Разве о таком можно забыть?

— Да, сэр.

Со свитком в руке, с сумкой на плече я зашагала к большому зданию, буквально сотканному из переплетенных друг с другом красных виноградных лоз с широкими, как пальмовые, пурпурными листьями. Сооружение щедро украшали золотые и голубые цветы. Слегка безвкусно, но в чем фейри преуспевали, так это в зарабатывании денег, и богатые туристы-люди любили такую фигню.

Проходя через здание, я увидела красный баннер: «Добро пожаловать на всемирно известный Волшебный Остров!»

К тому времени, как я вышла на улицу, моя простая рубашка и коричневые кожаные штаны покрылись серебристыми блестками.

«Ну, здорово».

Я стряхнула блестки, сама не зная, почему они меня беспокоят. А ведь мои блестящие проблемы только начинались.

— Алли! — услышала я сдавленный крик.

Мое сердце подпрыгнуло: я увидела невероятно грудастую женщину, бегущую ко мне с холма.

— Цинт!

Я уронила сумку и ускорила шаг.

Моя единственная настоящая подруга, Гиацинта, врезалась в меня так, что воздух вырвался из груди, и крепко обняла, обдав сладким запахом свежего хлеба и специй. Темно-русые волосы Гиацинты были заплетены в замысловатую косу, но выбившиеся пряди терлись о мое лицо.

Цинт выпустила меня и, держась на расстоянии вытянутой руки, осмотрела темно-синими глазами. Возле уголков глаз притаились морщинки, старый ожог на левой стороне лица превратил его в гримасу. За последние четыре года шрам побледнел… Да, за четыре — потому что для Гиацинт прошло всего четыре года. Из-за замысловатых законов магии восемь лет, проведенных мной в Андерхилле, здесь пролетели вдвое быстрей.

— Я хотела встретить тебя у самолета, но не успела допечь последнюю партию вишнево-свекольных щекоток. Ты в порядке? Не могу поверить, что ты наконец-то дома!

Щекотки, кексы фейри, — мое самое любимое лакомство. Я еще никогда не пробовала щекоток с вишней и свеклой, но, если их испекла Гиацинта, наверняка они получились восхитительными.

Не успела я вымолвить ни слова, как Гиацинта воскликнула:

— О! — И хлопнула в ладоши. — Я сделала баннер.

Ее лицо вытянулось, когда она подняла смятый баннер с надписью «Добро пожаловать до».

— Тут было написано «Добро пожаловать домой, Алли», — пробормотала она. — Как же так получилось, что кусок оторвался?

Я улыбнулась.

Гиацинта осталась прежней — прошедшие четыре года ни на йоту ее не изменили. И, хотя мы не разговаривали целую вечность, мы как будто никогда не расставались и продолжили общение с того места, где остановились.

Она подняла палец.

— Я умыкнула для тебя щекотку. Вот…

Гиацинта застонала, извлекая крошки размятого бисквита. То, что осталось от лакомства, просочилось между пальцами и посыпалось на землю.

Улыбнувшись шире, я снова ее обняла.

— Как я рада тебя видеть. Я по тебе скучала.

Мой голос звучал глухо, потому что я уткнулась в ее большую грудь — Гиацинта была нормального для фейри роста, то есть на несколько дюймов выше моих жалких пяти футов семи дюймов.

— Может, ты не поверишь из-за испорченной вывески и кекса, но я тоже очень по тебе скучала. Дай-ка я еще разок на тебя взгляну.

Меня снова отодвинули на расстояние вытянутой руки и развернули так, будто решили немного потанцевать.

— Какие у тебя теперь мускулы, Алли. Эй, ты слышала, что Андерхилл исчез? Ой, нам нужно торопиться. Шеф-повар отпустил меня всего на час, а я хочу посмотреть на твое новое обиталище. Где ты будешь жить? Пожалуйста, скажи, что рядом с третьим ярусом. Тогда мы будем почти соседками!

Я уже завернулась в нашу дружбу, как в старое любимое пальто. Но это не означало, что я могла рассказать Цинт все, поэтому я не ответила на вопрос об Андерхилле.

— Я буду жить на первом ярусе, — ответила я, протянув сверкающий пергамент.

Гиацинт просмотрела его и разинула рот.

— Первый ярус возле замка?

Я что-то буркнула в знак подтверждения, стараясь не смотреть ей в глаза.

— Пришлось сделать такой выбор. Там живут Испытанные из Элиты.

Цинт крепко сжала мою руку и слегка взвизгнула.

— Я знала, что ты станешь Элитой. Одна из немногих женщин, получивших такой статус! Подожди, ты ведь ненавидишь замок. Почему же ты выбрала его? Эй, расскажи все. Я хочу все-все знать. Богиня, я так по тебе скучала. Никто здесь не сравнится с тобой, Алли.

Тараторя без умолку, она потащила меня за руку, и я послушно последовала за ней.

Мы шли к ближайшей трамвайной остановке Благих, чтобы проехать через город. Два двора фейри зависят друг от друга в поддержании магического равновесия, но не любят делиться игрушками. У Неблагих своя сторона острова, у нас — своя.

К счастью, сегодня в трамвае не было человеческих туристов. Последнее, в чем я нуждалась, — это в попутчиках-людях. Они бывают такими грубыми и чертовски шумными. А их фотоаппараты… Они вечно фотографируют все и вся и делают селфи! Гэри и Горд были ничуть не лучше — потребовали сфотографироваться с нами перед тем, как мы ушли из хижины. Люди очень странные и так быстро сближаются с другими.

Я слушала болтовню Гиацинты, когда трамвай под действием магии начал движение вверх по восточному хребту, принадлежащему нашему двору. Заколдованный лес (сегодня он был голубым с золотом) рос на солидной части земель Благих. Еще одна приманка для туристов. Благим фейри все равно, какого цвета лес, — мы просто заботимся о том, чтобы его жизнь подпитывала нашу магию.

Когда уклон стал круче, я посмотрела в заднее окно трамвая на обиталища фейри внизу. Замок моего отца стоял на середине горного хребта, а дома его подданных раскинулись на склоне до самого подножия. Фейри нашего двора жили и по всему зачарованному лесу, до ледяного Тихого океана — на всех землях Унимака к востоку от Пограничной реки.

— …так что теперь я заместительница шеф-повара, — гордо заявила подруга.

Я снова прислушалась к тому, о чем она говорит.

— Как здорово, Цинт, — улыбнулась я. — Ты всецело заслуживаешь этой должности. Я и глазом не успею моргнуть, как ты станешь шеф-поваром и будешь управлять всей кухней.

Она покраснела, отчего след от ожога стал темно-красным, и снова меня обняла.

— Надеюсь. Ты же знаешь — это моя мечта.

Чистокровной фейри не приходится бороться за статус в нашем мире. Гиацинта могла бы выбрать любую должность, любой дом… Если бы ее родители десять лет назад не потеряли рассудок и не попытались убить нескольких охранников моего отца. Они устроили пожар, и Гиацинта чуть не погибла в