Данте - Татьяна Михаль

Перед глазами тут же появляется образ Ангелины. Глаза полны нежности и любви ко мне. Её живот круглый. Она беременна моим сыном или дочерью.

Она полностью принадлежит мне.

Вся моя – душой, телом, мыслями.

Закусываю губу, чтобы не зарычать. Стояк моментально даёт о себе знать и яйца сжимаются до боли.

Хочу, чтобы это как можно скорее стало реальностью.

Хочу до сумасшествия сделать её своей – раздвинуть её ножки и наполнить её спермой, чтобы с первого же раза забеременела.

Вдруг раздаётся треск, и по руке стекает тёплый кофе.

Я раздавил фарфоровую чашку.

– Бля, Данте… Тебе нужно из железа посуду выдавать. Ты уже сколько сервизов испортил! – ворчит Стас.

– Иди на хрен, – отмахиваюсь от него, вытирая руку.

Швед закатывает глаза и фыркает.

– Всё, валите отсюда, пока не начали громить мне кабинет. А ты, – он кивает мне, – возьми себя в руки и не натвори дел. Понял?

Хмыкаю и киваю.

Все встают со своих мест и идут на выход. Кладу руки на плечи Гену и Стаса и говорю им:

– Подкатывайте к десяти часам к боулинг-клубу.

Говорю им адрес и название клуба.

Парни переглядываются, а потом понимающе улыбаются.

– Лады-ы-ы! – довольно тянет Гена.

– Прямо интрига! – лыбится Стас. – Цветы захватить? Твоя девушка, какие предпочитает? Розы или лилии? Могу ещё шоколад купить хороший. Девочки ведь любят сладенькое.

У меня моментально темнеет перед глазами, и я сжимаю руки в кулаки, но нахожу в себе силы не взорваться.

Стас – придурок. Издевается просто, подкалывает. Видать, давно по зубам не получал. Надо бы его на ринг на выходных вызвать.

Гена качает головой. Он всё-таки поумнее будет.

– Принесёшь веник, шоколад или ещё какую хрень, затолкаю их тебе в глотку, – говорю предельно доступно.

Вместо страха, Стас ржёт и произносит:

– Да шучу я, шучу…

План действий становится предельно ясным.

Ангелина, мой лучезарный Ангел с глазами цвета синего-синего моря станет моей женой, моей возлюбленной и матерью мох детей. С ней я создам семью и окружу её теплом и заботой. И она полюбит меня, хотя прямо сейчас и понятия не имеет об этом.

Но сегодня я сообщу ей такую простую истину.

* * *

АНГЕЛИНА

Вечер, как и весь прошедший день, выдался тёплым, в воздухе пахло пробуждающейся зеленью, хотя город всё ещё был «раздет».

Шумели машины, люди спешили с работы домой, а кто-то наоборот, только выбрался, чтобы провести вечер пятницы вне дома – на вечеринке или в клубе.

– Привет, Оль! – улыбаюсь своей коллеге – администратору, вихрем влетая в холл.

Оля кривит губы и качает головой.

– Прости, что опоздала и спасибо, что дождалась меня, – благодарю девушку. – До района на метро быстро добралась, но вот маршрутка решила, что ей спешить никуда не стоит и плелась черепашьим шагом! Собрала все пробки и светофоры…

Оля открывает рот, чтобы вставить слово, но я уже упорхнула в служебное помещение, а точнее, комнату для персонала, чтобы переодеться в рабочую форму.

Я уже два года как не официантка, а администратор, как и Ольга. Зарплата гораздо выше, чем была даже с учётом чаевых, но всё же недостаточно, чтобы на эти деньги снять квартиру и гостинку.

Продолжаю жить в гостинке, которую мне выделил Сергей Николаевич и помимо работы в боулинге я подрабатываю переводами и репетиторством. У родителей больше денег не прошу. Мне хватает. И не передать словами как мама и папа горды за меня.

А к концу обучения меня приглашает на трёхмесячную стажировку с возможностью дальнейшей работы очень крупная и серьёзная международная холдинговая компания.

Они инвестируют и покупают акции других, более мелких компаний со всего мира. И, конечно же, им требуются молодые активные и способные сотрудники.

Мне повезло. Когда я проходила практику в одной из мелких компаний, акции которой, кстати, и купил этот холдинг, мне удалось достойно зарекомендовать себя. Меня заметил представитель холдинга и предложил подать заявку в их компанию.

Что я и сделала.

У меня великолепные результаты в универе. И такие же рекомендации от ректора и компаний, где я проходила практику.

В общем, после обучения холдинг ждёт меня для стажировки! Йуху!

Сергей Николаевич рад за меня и разрешил мне жить в гостинке до тех пор, пока не смогу самостоятельно снять себе квартиру. Но он говорит, что такие компании обычно предоставляют своим сотрудникам корпоративное жильё. Поживём и увидим.

Одним словом, жизнь у меня удачно складывается.

Каждый новый день я начинаю с благодарности бабе Нюре, которой три года уже нет на белом свете.

Если бы не она, то… Могло всё обернуться печально для меня. Может быть, и нет. Но в любом случае эта женщина значительно повлияла на мою судьбу и я бесконечно ей благодарна.

А вот что стало с моими «родственничками».

Семья Климовых распалась. Светлана ушла к другому и её судьба мне неизвестна и неинтересна.

А вот Иван Климов сидит в местах столь неотдалённых за хранение, употребление и распространение запрещённых веществ. Срок огромный, что вряд ли он оттуда теперь выйдет. А если и выйдет, то пойти ему будет некуда. Квартиру отняли и разделили между собой банки. Вот такая печальная судьба у дяди Вани.

Переодеваюсь в поло песочного цвета, брюки и переобуваюсь в спортивные туфли. Собираю волосы в низкий хвост и заплетаю в косу. На губы наношу немного помады и поправляю очки.

Всё, я готова заступить на свою смену.

Вдруг, замечаю у двери возле шкафчика ведро, в котором громоздится огромный букет из белых роз.

Мои брови взлетают от удивления.

Ничего себе! Это кому такая красота предназначается?

Не просто красота, а роскошь!

В букете явно больше ста роз и бутоны такие крупные.

Не удержалась и понюхала цветы.

Приятный аромат и очень нежный.

Повезло же кому-то.

А мне вот никто не дарил цвет.

Ну, на восьмое марта не считается, парни всем девушкам дарят. Я говорю именно про любовь, поклонников… Хотя о чём это я? У меня не было отношений. Я ни в кого не влюбилась, и надеюсь, не влюблюсь, пока не сделаю карьеру. А цветы… Цветы и сама смогу себе купить. Или будущий мужчина мне подарит. Когда-нибудь.

Выхожу в зал и вижу хмурую Ольгу. А ещё обращаю внимание, что у нас как-то подозрительно тихо для вечера пятницы, хотя я точно знаю, что были забронированы все дорожки.

– Почему так тихо? – интересуюсь у Ольги.

На автомате принимаю у неё смену,