Проще, чем кажется - Юлия Устинова

Юлия Устинова

Проще, чем кажется

1

«Давайте жить дружно с планетой», — написано на сумке из спанбонда, которую я забиваю еще сырыми после стирки шмотками.

Я, как бы, не против, подружиться с планетой и возлюбить всех ее обитателей, но что-то планета сама со мной дружить не хочет. По крайней мере, в лице Ирины Вячеславовны — хозяйки съемной квартиры, откуда меня попросили выметаться за день до Нового года.

И чисто по-человечески я ее понимаю. С чего бы ей заниматься благотворительностью?

Единственный альтруист, у которого нет почасовой оплаты, и на которого я очень рассчитываю — Максим Потапов. Его я и набираю, засунув в ухо наушник и продолжая сборы.

— Привет, ты мне нужен, — не дав Максу поздороваться, сразу к делу перехожу: — Сильно занят?

— Видимо, нет… — усмехается тот. — Говори, Мань.

— Мо…

Позади меня что-то падает. Оглядываюсь — мой телефон телепортировался на пол.

Вуся дернул за провод и стащил его с комода.

— Вусилий! Фу! Плохой кот!

Поднимаю телефон — вроде, целый, — и вытягиваю из когтей и зубов игривого кошака породы русская шерстяно-комочная шнур от адаптера, вставленного в розетку.

— Мань? Что там у тебя за грохот? — спрашивает Макс.

— Ничего необычного. Это рушится мой мир, — сообщаю нарочито скорбным тоном.

— Мань, ты в порядке?

— Да. Просто… Короче… Можешь меня забрать из квартиры и отвезти кое-куда? У меня тут шмотки, аккордеон и Вуся.

— Что случилось? — со знакомой интонацией осведомляется Макс.

Чувствует, что дело пахнет жареным.

— Да меня из хаты поперли, — сознаюсь нехотя.

— В смысле «поперли»? Договор аренды есть?

— Есть, наверное. Денис мне его не оставил.

— А он где?

— Не знаю, мы расстались.

— А… Ну ты же этот месяц уже оплатила? — с уверенностью задвигает Потапов.

— Эм… Нет.

— Братан, ты моришь? — сипло выдыхает он.

И я прямо вижу, как Макс сейчас пробивает себе фейспалм.

— Так заберешь или что? — нетерпеливо спрашиваю.

— Через час заеду. Собирайся.

Потапов приезжает чуть меньше, чем через час. Звонит, спрашивает, нужно ли подняться и помочь с вещами, но я велю ему оставаться в машине.

Все это время хозяйка жилплощади маячила в коридоре, охраняя входную дверь. Вот и сейчас там топчется. Переживает, что я съеду, не заплатив. И стоит мне нацелиться на выход и очень вежливо попросить ее выпустить меня, как женщина начинает угрожать полицией и карой небесной.

— Ирина Вячеславовна, говорю же, я вам переведу! Уже вечером! Ну нет у меня сейчас денег! — с котом на руках и кофром за плечами убеждаю женщину.

— Да-да, так я и поверила! За идиотку меня не надо держать! Мало того, что не заплатила вовремя, так еще и кота приволокла! С животными я не разрешала! Теперь весь ковер провоняет!

— Да он у вас и так воняет! — отбиваю совершенно справедливо.

Когда мы шесть месяцев назад въехали сюда с Денисом, вонь стояла невозможная. Я на «Ванише» разорилась. Мы даже «Керхер» напрокат брали, но запах оказался каким-то неубиваемым. Мне кажется, что так пахнет вечность. Чего не скажешь о наших отношениях.

С Денисом мы разбежались в октябре, а в ноябре в моей жизни появился новый мужчина — молодой серый кот по кличке Генерал Гривус. Он же Вусилий, или просто — Вуся.

— Маша, или ищите деньги, или я вызываю полицию! — бескомпромиссно припечатывает собственница жилья.

Понимаю, что к компромиссу мы с ней точно не придем, и снова набираю Потапова.

— Макс? — виновато тяну в трубку.

— Мне подняться?

— Нет. Можешь денег перевести одной милой женщине? — кошусь на разъяренную арендодательницу. — Нас с Вусей взяли в заложники.

— Да, — без лишних вопросов отзывается Макс, — скидывай сколько и куда.

Как только хозяйка получает уведомление о переводе, мне позволяют одеться, обуться и уйти с позором.

Макс у подъезда нас встречает. Стягивает со спины кофр с аккордеоном, забирает пузатую сумку из «Магнита» и три пакета — в одном кошачий толчок, в другом — остатки наполнителя, в третьем — моя обувь и осенняя куртка. И, пока все в багажник запихивает, мы с Вусей на переднее забираемся.

— Только ничего не говори, ладно? — по лицу вижу, как сильно Макс озабочен моим очередным затруднительным положением.

— Да я молчу, — со странной интонацией выдыхает он. Мы сцепляемся взглядами. Отмечаю, что, прежде гладковыбритый, Потапов отрастил прикольную щетину — темную, модную и ухоженную. Еще и постригся по-новому: бритые виски и густая приподнятая макушка — почти, как у меня. И пахнет от него тоже прикольно — очень красивым, холеным и успешным мужиком, каким Макс и является. — Есть хочешь? — произносит он наконец, мазнув по мне обеспокоенным взглядом.

— Нет.

— Странно. Ты всегда хочешь есть.

— Просто поехали уже, а?

— Куда?

— За город. По Челябинской трассе.

— Ты не домой? — удивляется Макс.

И вместо того, чтобы просто сказать «нет», я громко фыркаю:

— Домой? Чтобы мама мне там мозг все праздники выносила, что я просрала такого классного мужика, что я инфантильная личность, что у дочери ее подруги уже муж, двое детей и бунгало на Банном, а у меня — только кот и долги по кредитам?

— Ну и что из этого не соответствует действительности? — усмехается Макс.

— Потапов, ты худший друг на свете, — глаза закатываю и распоряжаюсь: — К бабке меня отвези.

— На кладбище, что ли? — Макс смотрит на меня, как на дурканутую. — Мань?

— Да в деревню, — объясняю, что имела в виду. — В дом ее. Или что? Твоя очередная пассия опять будет визжать, что ты со мной тусуешься?

— Мы с Мариной — всё, — сухо отвечает Потапов.

— Долго продержался, — мысленно прикидываю, сколько именно. — Почти месяц, что ли? Да ладно!

— Сам в шоке, — проговаривает при этом ровным тоном.

— Так ты теперь не Двухнедельный Макс, — лишаю его прежнего прозвища и даю новое: — Теперь ты Просроченный.

— Точняк, — Потапов с довольным видом кивает и заводит двигатель. — Куда ехать-то?

— В Лебединое.

— Где это вообще?

— Недалеко от Парижа.

— У тебя загранник с собой? — хрипло посмеивается над моим уточнением.

— Ага. И трудовая даже.

— Ты уволилась из магаза, что ли? — сразу всекает, что к чему.

— Слушай, я есть хочу, — соскакиваю с темы и радио погромче делаю.

Макс никак не комментирует мое поведение.

Мы заезжаем в «Ростикс Авто», где я беру картошку фри, острые крылышки и капучино, и после того, как уминаю половину всего этого добра, моя жизнь ощутимо налаживается. Вусе тоже перепадает, правда без острой панировки. Её