Не отталкивай, шельма - Александра Неярова

Не отталкивай, шельма

Глава 1

Мы старались быть вместе,

Но колючие тернии возросли между нами…

Мы старались быть вместе,

Но колючие тернии возросли между нами…

Я думал, что ты всегда будешь рядом,

Но стоило сделать неверный шаг, и ты исчезла.

Закрыв глаза, я слышу твой нежный голос,

А иногда слышу твой плач.

Я так желаю повернуть время вспять.

Ты забрала мое сердце с собой,

Раненое, теперь оно гулко бьется не находя себе места.

Но я все равно продолжаю любить тебя.

Я продолжаю ждать тебя…

Раннее утро. Золотой диск солнца неторопливо поднимался из–за горизонта, озаряя теплыми лучами небоскребы города, сбрасывающего пелены сна. Шум улиц проникал в приоткрытое окошко двухкомнатной квартиры, где еще сладко спали двое влюблённых… Ну, или это на первый взгляд, кажется, что влюблённых?

По комнате разнёсся противный писк будильника, и из вороха одеял показалась тёмная макушка молодого мужчины. Сдув мешающуюся челку со лба и проморгавши глаза, он сфокусировал взор на часах, которые показывали пять минут девятого.

«Хм, сегодня же день свободы... Наконец–то!»

Сладко зевнув и потянувшись, шатен встал с кровати и, тихо насвистывая, отправился в ванную. Закончив водные процедуры, принялся собирать свои немногочисленные вещи в сумку, даже не стараясь соблюдать тишину.

И естественно, своими громкими действиями разбудил девушку. Та распахнула сонные глаза и, увидев представшую перед взором картину, проговорила напряжённым голосом:

– Иран, милый, а что ты делаешь? Зачем тебе все эти вещи? – мужчина обратил своё внимание на проснувшуюся.

«Голубые глаза, каштановые длинные волосы, стройная фигурка… Да, не зря выбор пал именно на неё». Ещё немного полюбовавшись, Иран решил всё–таки пояснить:

– Ну что ж, Кэти, пришло время раскрыть все карты… – на его лице появилась коварная улыбка, – сколько мы уже вместе, ровно год? Ну, так вот: всё это время я играл роль твоего любимого. Спросишь почему? А всё просто: прошлым летом мы с моими друзьями поспорили, что я найду себе постоянную девушку и пробуду с ней ровно двенадцать месяцев. И если выдержу, то получу в награду двести тысяч долларов, детка! И кстати, ты была хороша, определённо лучше всех моих бывших. Так что пока! Не скучай!

С этими словами он повесил на плечо большую спортивную сумку и победно посмотрел на ничего не понимающую, уже бывшую пассию. Кети лишь вымолвила:

– Что ты такое говоришь? Не верю! Ведь мы так давно вместе…! Сколько счастливых моментов было, сколько радости! И ты говоришь, что это была всего лишь игра?!

Голубые омуты пылали негодованием. К горлу подкатывали рыдания, истерика грозилась начаться в любую секунду, а он так не любил этого. Девушка вскочила с кровати и, подбежав к Ирану, схватила за ладонь.

– Да, это была всего лишь игра. Умей проигрывать достойно, крошка, – мужчина провел костяшками пальцев по бледной щеке Кети, стирая горькую слезинку. Его слова ранили, словно нож, оставляя глубокие порезы в её душе, кои со временем превратятся в страшные шрамы. – А теперь прощай! – холодно бросил и, вырвав свою руку, направился к выходу.

– Иран!

Крикнула Кэти, но дверь захлопнулась за его спиной, оставляя хозяйку квартиры наедине с разбитым сердцем. Девушка осела на пол и разрыдалась. Кинуться вдогонку не позволили лишь остатки гордости. Пред мысленным взором вихрем проносились картинки: вот, как они познакомились, как гуляли по парку, держась за руки. Как он добивался её благосклонности, шепча ласковые слова на ушко, целовал… А ведь друзья её сразу предупреждали, что не стоит с ним связываться.

«Ничего… когда–нибудь и ты испытаешь такую боль. Когда–нибудь и ты познаешь всю горечь любви».

А довольный собой мужчина, меж тем уже добрался до машины. Закинув сумку в багажник, забрался на водительское сидение и взглянул в зеркало заднего вида.

Оттуда на него смотрел ухмыляющийся молодой и привлекательный бизнесмен. Немного вьющиеся волосы цвета карамели касались плеч и щекотали ключицу. Чуть раскосые карие глаза, прямой нос и волевой квадратный подбородок. Да, вниманием женщин Иран Князев обделен не был.

Тряхнув головой и подмигнув своему отражению, он завел своего «механического коня» и утопил педаль газа в пол. «Ягуар» послушно сорвался с места и с огромной скоростью понесся по улицам просыпающегося Денвера. Многие люди уже спешили на работу: кто–то шёл в магазин, а кто просто прогуливался. Зазвонил телефон.

– Алло.

– Привет, Иран! Как наши дела?

– Да всё отлично. Ты, кстати, вовремя – я выиграл, Нейт! Сегодня я порвал с Кэти. Так что, надеюсь, ты ещё не забыл номер моего счёта? – проговорил с победной ухмылкой. В трубке послышалось недовольное ворчание.

– И неужели эта девушка не вызвала у тебя никаких чувств?

– Нет. Видно не нашлась ещё та, которая украдёт моё сердце! Ну ладно друг, давай, до встречи, – и Князев бросил трубку на соседние сиденье.

«Хм, а найдётся ли она?»

Проехав ещё несколько километров, Иран включил «поворотник» и стал заворачивать за угол, как телефон вдруг опять разразился мелодией. Мужчина потянулся за ним, на дисплее высветилось «мама». Но нажав «принять вызов», внезапно почувствовал сильный толчок, а следом резкую боль, волной охватившее все тело. Дальше сознание провалилось в темноту…

– Иран, – послышался нежный голос из динамика, – Иран!

***

– Доктор, как он? – обеспокоено спросила темноволосая женщина. Её глаза были красными от пролитых слез, выглядела она очень уставшей. Рядом стоял её муж и придерживал супругу за плечи. Мужчина в белом халате тяжело вздохнул:

– Авария была тяжёлой. Он жив, но… он сейчас в коме. И как долго это продлится зависит только от вашего сына, – врач опустил глаза.

– Нет... нет! Иран! – послышался полный отчаянья крик, и мать пациента упала в обморок.

***

Голоса… Чьи–то бесцветные и бесплотные громкие голоса в темноте резали по ушам, отдаваясь болью в висках, стуча словно молоты по наковальне.

– … и они говорят: мол, в «рубашке родился», что смог выжить! Представляешь?

…

– … а если не очнется?

– Забудь об этом. На такое счастье и надеяться глупо…

Всё тело нестерпимо болело, словно по нему пару раз проехался бульдозер. От попытки сделать глубокий вздох легкие чуть не разорвало. Князев с трудом приоткрыл налитые свинцом веки. Перед взором возник белый потолок и такого же цвета стены