Мотылёк 2 - Кэти Дрим

Кэти Дрим

Мотылёк. Вторая часть

1. Глава

Наше от нас не уйдёт

В Шереметьево, как всегда, много людей. Гул самолетов прерывал голос информатора, разговоры людей были слышны повсюду, кто-то не спеша шел и катил за собой чемодан осматривая здание, кто-то же наоборот спешил и сбивал всех на своем пути. Регистрация на рейс "Москва-Нью-Йорк" вот-вот закончится, Аня нервно теребила паспорт в руках и глазами бегала в надежде увидеть родные глаза, Илона чувствовала состояние дочери и отчасти винила себя, что позволила ей бросить всё и поехать с ней. Женщина взяла за руку дочь и приобняла.

— Анюта, ты ещё можешь передумать, я не обижусь, если ты останешься. — Илона сама не знала, как будет правильней, оставить её здесь — тут у неё есть всё или забрать, но там ей придется начинать все с нуля и понимала, как ей будет тяжело.

— Я уже все решила и обратной дороги нет, мамочка, я не хочу с тобой расставаться. — Внутри девушки все сжалось от сказанных слов. Ей было трудно принять такое важное решение и вот так в один миг все поменять было бы неразумно.

Регистрация подошла к концу, пассажиры расселись на свои места и самолет стал набирать высоту, а он так и не пришел.

Год спустя.

New York.

У Ани никак не складывалась карьера, сначала устроилась официанткой в одном из баров Нью-Йорка, отработав там месяц убежала оттуда. На чаевых посетители экономят, работники половина мужского пола у которых года два точно секса не было, то и дело распускали свои руки, поначалу Аня не придавала этому значения, а потом и во все боялась приходить на работу. Потом долго не могла найти, устроилась работать менеджером в начинающую молодую группу, но и там не нашла общий язык с коллективом, в прямом смысле. Английский девушка знала не так хорошо и в общении не могла понять чего от неё хотят, зато коллеги хорошо выучили русский мат и без проблем его употребляли в общении друг с другом.

Зотова не могла найти себя в этом чужом для неё городе, чужой стране. Её сердце и душа остались там в суровой, холодной Москве, наверно из-за этого у неё ничего не получалось, новые знакомства, друзья, не давали ей отвлечься и заменить все то, что когда-то её окружало. Она даже поменяла стиль, манеры и обрезала свои длинные, русые косы, теперь она ходит с каре и перекрасила волосы в медно-каштановый цвет, но даже эти перемены не помогли ей забыть ту её жизнь, сердцем она находилась далеко за океаном.

Moscow.

— Блять, блять, блять, запарил меня Герман уже. Я как бы тоже артист и почему я должен выполнять работу менеджера?

Сидя в кресле за столом офиса возмущался Сергей, его друг и коллега Алексей сидел напротив на кожаном черном диване и что-то писал на листке, не обращая внимания на друга.

— Заебись наверно ничего не делать?

— Я делом занят, — грубо ответил Алексей даже не посмотрел в его сторону, — тебе дали работу, работай.

— Мы сутками торчим в этом офисе, давай уже в клуб съездим, заебал! — откинул бумаги от себя и встал из-за стола разминая шею.

— Иди, я не хочу.

— Слушай, хватит уже! Тебе нужен выходной, скоро опять этот ебучий тур начнется, снова переезды. А ты вот так сидишь и грузишься постоянно, — Алексей продолжал смотреть в почти чистый лист бумаги и крутить в руке карандаш, Чернов сел рядом, — я понимаю у тебя до сих пор не зажили душевные раны, но блять год прошел, забудь уже её и найду другую! — Сергей не дождался реакции от друга и обратно встал, словно со стенами разговаривает.

— У тебя всё? — через пару минут раздался спокойный голос блондина, Парень наклонил голову и стал всматриваться, что там пишет друг.

— Ковалев, это твоя карма, что мы за год не можем найти концертного директора! — Уже выходя из кабинета сказал Сергей, блондин свел брови, а потом щелкнул пальцами.

— На моей карме нет пятен.

Произнес про себя Алексей и записал на бумажку слова. Он прекрасно слышал, о чем говорил Сергей, ему было тяжело до сих пор, но он научился скрывать эту боль и показывать своё безразличие на все, он стал холодным, отрешенным от этого мира. Каким был до неё…

New York.

— Мамочка, я дома! — Заходя в квартиру многоэтажки, Анна разулась и прошла на кухню.

— Как собеседование прошло? — Илона обняла дочь и поцеловала в макушку, Аня села за стол и закатила рукава любимого свитера.

— Ничего хорошего, у меня тут ничего не выходит, — выдохнула девушка и откусила яблоко, что лежало в вазе, — а ты куда? У тебя же выходной.

— Позвонили, сказали есть срочное предложение, покорми Стешу, а я побежала.

— Пока мама.

Аня встала из-за стола и направилась в свою комнату.

— Стеша, девочка моя, иди сюда!

Крикнула Зотова и на её голос прибежала единственная радость и отдушина — чихуахуа, Илона подарила собачку дочери, чтобы ей было на что отвлечься и о ком заботиться. Аня наклонилась взять питомца и в глазах резко потемнело её повело назад, но через пару секунд все прошло.

— Все хорошо, моя девочка. Я просто очень устала бегать по этим улицам в поиске работы, — Аня уже кормила собаку, а та с удовольствием уплетала корм, — как интересно он там живет? Стешка, я так по нему скучаю.

Из глаз девушки полились слезы, питомец посмотрел на хозяйку и встав на задние лапки стала скулить, Аня улыбнулась ей и вытерла слезы.

— Все больше не плачу, иди сюда.

Так и проходили её вечера, сидя на полу поглаживая собаку и вспоминая его.

Можно было по-разному решить вопрос об их дальнейших отношениях, возможно в глубине души Аня хотела, чтобы он её не отпускал, но но отпустил, хоть девушка и понимала, что он сделал это ради её блага, но если так просто отпустил, любил ли? Слишком много "но" да и времени много прошло, чтобы думать о том, как было бы, если бы поступили по-другому. Аня придерживалась фразе, "Наше от нас никуда не уйдет".

Илона вернулась домой уже поздно, женщина скинула с себя плащ, собрала волосы в хвост и зазывая дочь к себе радостная направилась к ней навстречу.

— Что такое? — Аня выскочила из комнаты, а за ней послушно шла Стеша.

— У меня такая новость, —