Огненный лед - Клайв Касслер

Лучи солнца били в тонированное панорамное окно. Решительное лицо адмирала Сандекера казалось чуть зеленоватым, словно медный бюст бога Нептуна. Из его кабинета на верхнем этаже здания НУПИ открывался непревзойденный вид. Адмирал в раздумьях замер у окна и, словно ястреб в поисках добычи, окинул взглядом панораму города: Белый дом, грандиозный монумент Вашингтона и купол Капитолия.

Все утро Остин докладывал Сандекеру о результатах черноморской экспедиции. Адмирала поразил его рассказ о базе подлодок и заинтересовала встреча с Петровым, а также связь между «Звездой Одессы» и лордом Додсоном, с которым он как-то встречался. Изредка адмирал что-то спрашивал или предлагал свою версию, однако, когда Остин дошел до бойни на «Морском охотнике», Сандекер слушал его в гробовом молчании, лишь изредка пощипывая элегантную вандейковскую бородку. С последними словами этого невеселого рассказа он молча встал и подошел к окну. Посмотрев наружу, обернулся к застывшим в креслах у стола Остину и Ганну и заявил:

— За все время флотской службы я не потерял ни одного корабля, ни одного матроса. И сейчас, черт возьми, не желаю! Этот сукин сын заплатит за убийство команды, и его дружок Разов — тоже.

В кабинете явственно повеяло холодом.

Сандекер снова уселся за стол.

— Как себя чувствует эта несчастная девушка, мисс Монтегю?

— Характера ей не занимать, — ответил Остин. — Осталась на «Морском охотнике», пока его не отгонят на базу.

— Когда вернется, я хочу с ней поговорить.

— Я распоряжусь, — кивнул Остин. — А что говорит ЦРУ?

Сандекер вытащил из хумидора сигару и закурил.

— ЦРУ лает не на то дерево, ФБР нам не верит, а от военных мало толку, пока не дашь им конкретное задание. Госсекретарь не отвечает на звонки.

— А Белый дом?

— Президент, конечно же, нам всячески сочувствует, вот только мне кажется, что в его окружении немного злорадствуют. Мол, поделом НУПИ — нечего было лезть не в свое дело. Никак не простят, что именно мы спасли команду NR-1.

— Главное, люди живы! Какая разница, кто спас? — раздраженно воскликнул Остин.

Сандекер выдохнул, и его голову окутало облако фиолетового дыма.

— Вопрос, полагаю, риторический. Ты же знаешь, как устроена власть в Вашингтоне. Благодарность здесь не в чести. Все лавры достались нам, вот они и злятся.

Ганн тяжело вздохнул.

— Такие слухи и до меня доходили. Поговаривают даже, что, мол, если бы не «неумехи» из НУПИ, подлодку давно вернули бы вместе с капитаном и штурманом.

— Еще и мы виноваты, что остальные работать не желают, — бросил Сандекер. — К сожалению, в истории с «Морским охотником» на помощь рассчитывать не приходится. Удалось что-то узнать об этом Борисе?

— Человек ниоткуда, — сказал Остин. — Лучше заняться Разовым. По последним сообщениям, его яхта ушла из Черного моря. Мы как раз пытаемся ее выследить.

— Нужно работать лучше, — заявил Сандекер.

Запищал интерком, и в кабинете раздался голос секретарши:

— Адмирал, я знаю, что у вас совещание, но тут мистер Егер, и с ним еще два джентльмена. Говорит, у него к вам важное дело.

— Пусть заходят.

Дверь отворилась. Как опытный моряк, Сандекер сразу угадал в Дженкинсе рыбака и тут же укрепился в своем мнении, пожав его твердую, как камень, мозолистую руку.

Радушно поприветствовав гостей, он предложил им присесть.

— Ну что, Хирам, рассказывай, с чего это ты выбрался из своей берлоги.

— Пусть лучше доктор Дженкинс объяснит.