Пять из шести - Александр Антонов

Женщины переглянулись, Лариса сказала: — Угу, — и укладка вещей продолжилась.

Старх застегнул молнию на сумке, и, как бы, между прочим, поинтересовался:

— А где Светлана? Она что, не едет?

— Едет! — раздалось от двери.

Светлана прошла в комнату, Катя ей улыбнулась.

— Я твои вещи собрала.

— Спасибо! — Света чмокнула подругу в щеку.

— Попрощалась? — тихонько спросила Катя.

— Ага, — нарочито беззаботно ответила Света.

Катя только головой покачала. Потом взглянула на мужа.

— Вещи собраны. Едем?

Старха опередил Геннадий.

— Минуточку внимания! — сказал он. — Прежде, чем мы отправимся в путь, я должен сделать важное сообщение. — Он показал присутствующим конверт, запечатанный сургучной печатью, которая теперь была сломана. — Это депеша от генерала Сологуба. Её мне вручили в Чите. — Максимов достал из конверта листок бумаги и зачитал фрагмент послания.

— … небезызвестный вам Жорж Князев, он же Бухлов, увязался за вашей экспедицией, видимо, с целью раздобыть очередные «жареные» факты для своей газеты. После вашего отбытия в станицу Знаменская, Бухлов был захвачен местными бандитами. Полагаю, что через него преступникам могла стать известна цель экспедиции. Примите особые меры предосторожности…

В комнате повисло тревожное молчание. Первой встрепенулась Лариса.

— Ну, так чего же мы сидим? Срочно едем в Иркутск, пока они сюда не добрались!

— Уже добрались!

Все взоры обратились к Старху, который, произнеся фразу, достал из кармана фотографию и передал Геннадию. Фото пошло по рукам, пока вновь не оказалось у Вяземского.

— Кто это? — спросила Лариса.

— Неизвестно, — пожал плечами Старх. — Но этот тип следит за нами с прилегающей к Приюту территории уже несколько дней.

— И ты молчал? — возмутилась Катя.

— Не хотел вас понапрасну волновать, — пояснил Старх. — Здесь нам ничего не угрожало. Теперь, наш отъезд плюс сообщение Сологуба ситуацию, видимо, поменяют.

— Откуда у тебя это? — кивнул на фотографию Геннадий.

— От начальника охраны Приюта. Камеры наблюдения засекли фигуранта.

— И что теперь делать? — спросила Лариса. — Их ведь может оказаться много, и за территорией Приюта они могут на нас напасть.

— Могут, — очень серьёзно сказал Максимов. — Но не факт. К тому же мы не безоружны.

— Ты считаешь, что два карабина: у тебя и у Старха — это достаточно? — Лариса не то, чтобы ударилась в панику, но заметно нервничала. — У них ведь могут быть автоматы!

— На почтительном расстоянии карабин выглядит куда предпочтительнее автомата, — попытался успокоить жену Геннадий.

— А если они подберутся близко? — не унималась Лариса.

— Тогда пустим в ход вот это! — Светлана достала пистолет и показала Ларисе.

У той округлились глаза.

— Он настоящий? Откуда он у тебя?

— В детском мире купила, — пошутила Светлана и тут же добавила: — Да настоящий он, настоящий. Наградной. Кстати, такие же есть у Кати и Старха. Так что, не дрейф, подруга, отобьёмся!

— Хватит пугать мою жену! — не выдержал Геннадий. — Понимаешь, дорогая, обратился он к Ларисе, — даже если они нас и остановят, стрельбы, скорее всего, не будет, по крайней мере, не сразу. Сначала они попробуют с нами договориться. Им ведь надо узнать то, чего не мог рассказать Бухлов.

Прозвучало всё это не очень убедительно, но Лариса, как ни странно, успокоилась.

— Старх, дай мне свой пистолет, — попросила она. — У тебя ведь есть карабин. А стрелять я умею, меня Гена научил.

Вяземский вопросительно посмотрел на Максимова, тот отрицательно помотал головой. Лариса это заметила и обратилась к мужу:

— Почему?

— Потому что тебе подойдёт больше это. — Максимов достал небольшой пистолет и протянул жене.

— Ну, теперь, когда мы все при оружии, может, поедем? — предложила Катя.

* * *

Картограф с интересом рассматривал карту, которую передали ему Вяземский и Максимов. Он хмыкал, тряс головой, пощёлкивал языком, наконец, признался:

— Никогда ничего подобного не видел.

— Мы тоже, — заверил его Максимов.

— И вы хотите, чтобы я перенёс указанную вами отметку на современную карту?

— Это возможно? — вопросом на вопрос ответил Вяземский.

Картограф пожал плечами.

— А почему, собственно, нет? Вы говорите, что это оригинальная копия, а в каком году был изготовлен сам оригинал?

— Точно неизвестно. Во всяком случае, до 20-го года, — сказал Максимов.

Картограф уважительно повёл головой.

— Карт той эпохи сохранилось немного. Сейчас перенесём на кальку геодезические отметки, потом возьмём из архива все подходящие карты и методом наложения попробуем найти оригинал.

Карт действительно было немного, и вскоре картограф удовлетворённо воскликнул:

— Вот эта карта, видимо, и послужила оригиналом для вашего художественного произведения. Значит, интересующая вас отметка была здесь.

— И что там могло быть в 1920 году? — спросил Максимов.

— Трудно сказать, — пожал плечами картограф. Что-то находящееся вблизи Кругобайкальской железной дороги. Скорее всего, какая-нибудь пещера или штольня.

Максимов и Вяземский переглянулись.

— А что сейчас на этом месте? — спросил Вяземский.

— Вода.

— Как вода? — опешил Максимов.

— Когда строили Иркутскую ГЭС, этот участок попал в зону затопления, — пояснил картограф.

— Ни хрена себе… — вырвалось у Старха.

А Максимов упрямо поджал губы и попросил картографа:

— Можете перенести отметку на современную карту?

— Как два пальца! — заверил картограф. — Сейчас подберём подходящую… и перенесём отметку… Готово! Как я и предполагал, отметка оказалась под водой, правда, близко от берега.

— Утешили, — криво усмехнулся Старх.

— А с этим уже не ко мне. Держите! — картограф передал Максимову карту.

— Спасибо!

— Спасибо много, — усмехнулся картограф.

— Поняли, — Старх потянул из кармана бумажник.

* * *

— Домой? — спросил Старх, щурясь на яркое солнышко.

— Давай-ка навестим железнодорожников, — предложил Максимов.

— А давай! — сразу оценил идею друга Вяземский.