Последняя амазонка - Александр Майборода

Дубыня после женитьбы на Величке переселился в город. В городе он поставил кузницу.

А Полыня перебрался в город, когда пришло первое известие о начале войны. Они поселились в доме Дубыни и Велички. Величка и Радмила тесно сошлись еще осенью. Теперь же они стали неразлучны. Радмила помогала Величке по дому и за ребенком присматривала — все же Величка была воительницей и не могла сидеть без дела, когда городу грозила смертельная опасность.

Видя, что Величка стала свободнее, Красимира поручила ей помогать гарнизону башни у ворот.

Когда народ, не видя опасности, стал возвращаться в слободу, семья Полыни задержалась — тем и спаслась от гибели, так как вернувшиеся слобожане, которые не успели убежать, были либо убиты хазарами, либо угнаны в рабство.

Башня у ворот. Когда небо перед рассветом стало черным, как смола, с Дона потянуло холодом.

Посредине башни в железном чане тлел огонь, слабо освещая внутренности помещения.

В башне сторожили двое: Полыня и Дубыня. Они сидели около огня в металлической корзине, и их лица отсвечивали красным.

Остальные защитники башни спали на ворохе сена в углу башни.

Было тихо.

Неожиданно темноту прорезало испуганное ржание коня, болезненный крик человека, то ли упавшего, то ли ушибленного копытом коня, и Полыня накинул на плечи овчинный тулупчик и подошел к краю стены.

Поле вокруг города было усеяно огнями костров, словно безоблачное ночное небо звездами, и из-за этого непонятно было, где земля переходила в небо.

— Однако хазар пришло много, — заметил Полыня.

Дубыня поднялся с лавки, подошел к Полыне и тоже стал смотреть на ночные огни.

Хазары у костров внизу закопошились, и послышался стук дерева, и в небо взлетел, словно комета, огненный снаряд.

Он поднялся вверх на секунду, застыл, а затем медленно опустился в город. Коснувшись земли, взорвался огненным клубком.

Послышались крики. Замелькали тени вокруг огня и через минуту огонь, задохнувшись дымом, погас.

— Злыдни, всю ночь пуляют, никак не угомонятся, — сказал Полыня.

Метательные орудия хазар с наступлением темноты стрельбу не прекратили, хотя и стали стрелять реже. Обычно, выпустив снаряд, они на некоторое время успокаивались. Но сейчас, выпустив снаряд, хазары снова засуетились — слышались скрип дерева, удары и крики. Скоро взлетел новый снаряд. Затем — новый.

— Что-то у хазар суета поднялась, — заметил Полыня и прокомментировал: — Не иначе проснулись, лешие.

Дубыня проговорил:

— Наверно, готовятся на приступ идти.

— Пока солнце не встанет, на приступ не пойдут, — ответил Полыня.

Дубыня молча взял лук и стрелу. Конец стрелы с паклей, пропитанной смолой, он сунул в угли и, когда пакля вспыхнула чадящим огнем, положил стрелу на лук и, не целясь, выпустил ее в темноту.

Стрела огненной змеей скользнула вниз и, воткнувшись в землю, осветила небольшой пятачок земли.

В освещенном пятне метнулись люди.

— А что это они делают под стенами? — фыркнул Полыня. — А ну-ка, Дубыня, еще пару стрел пусти!

— Погоди, — сказал Дубыня. Он положил лук на лавку, затем взял со стены два подготовленных факела, сунул их в огонь, поджег и бросил в окно.

С факелами дело оказалось лучше — упав на землю у основания крепостных стен, они озарили толпы хазар, приставляющих к стене лестницы.

— Ах, проклятые! Они в темноте решили забраться на стены! — воскликнул Полыня и кинулся к небольшому колоколу, висевшему посредине башни.

Через секунду колокол залился тревожным боем.

Тем временем Дубыня стал из лука пускать стрелы в хазар. Тут же к нему присоединились и проснувшиеся ратники.

Звук колокола встревожил людей и на других участках стен. Разглядев, лезущих на стены хазар, там затараторили в тревожные колокола.

На стены полезли разбуженные горожане.

Хазары хотели тихим приступом взобраться на стены. Поняв, что их уловка раскрылась, они перестали скрываться. В поле зазвучали трубные звуки — хазарские военачальники подавали сигналы своим отрядам; ржание коней; крики людей.

Метательные орудия зачастили выстрелами, но теперь они кидали снаряды не в город, а старались попасть в стены и башни.

Вскоре Полыня увидел, как края стены коснулась поднятая на дыбы лестница, и через мгновение над стеной показались лица хазар, перекошенные от ярости, багровые от огня.

Полыня попытался столкнуть их копьем. Но древко копья тут же было покрошено в щепки кривыми саблями.

Используя заминку, на стену выскочили двое хазар. Они сразу зарубили двоих ратников, а Полыня чудом увернулся от их ударов. Но при этом он остался один.

Он с трудом сдерживал их натиск. А по лестнице поднимались новые хазары.

Видя, что одному не справиться, Полыня, словно раненый заяц, жалобно завопил:

— Дубыня, помоги-и-и мне!

Увидев, что происходит, Дубыня решил, что первым делом надо столкнуть лестницу, и он схватил длинный багор, уперся им в лестницу и с натужным выдохом отвел ее от стены.

Уже взобравшиеся на стены хазары бросились на выручку своих товарищей. Таким образом, Дубыня оказался в безвыходной ситуации: чтобы отбиться от хазар, он должен был оставить лестницу, но если бы он это сделал, на стену тут же забрался бы новый отряд хазар.