Золотой город - Наталия Осояну

На обратном пути к дому Грейс Чарли непрестанно думал о возвращении в Чарльз-Таун, которое внезапно из несбыточной мечты превратилось во вполне реальную, хотя и несколько отдаленную перспективу. Он представлял, как пройдет по знакомым улицам, окажется возле дома, который покинул пять недель назад, откроет дверь и встретится взглядом с изумленными родителями и братом. Даже если мистер и миссис Гиллс еще не распрощались с надеждой увидеться с сыном вновь, того, что он вернется богатым человеком, они уж точно не могут себе вообразить.

Он вдруг понял, что не понимает, чего хочет на самом деле — вернуться или остаться на «Нимфе» с Руби. По сравнению с тем, что с ним произошло, жизнь в Чарльз-Тауне представлялась смертной тоской и скукой, и даже деньги ничего бы в ней не изменили.

Чарли старался отогнать мысли о будущем, но они возвращались вновь и вновь. Вернуться в Оукхилл? Нет, вот уж этого он точно не желал. В любом случае, сначала все-таки нужно попасть на борт «Нимфы» и не погибнуть на обратном пути. Так что приключения продолжаются…

В тот вечер, когда погиб Холфорд, были захвачены в плен пятнадцать пиратов. Двоих сразу же отпустили по просьбе Руби — это были Джереми и индеец Бен, — остальных заперли в каком-то сарае. Их судьбу Дэвис намеревался решить позднее, однако пираты по этому поводу не питали надежд и на вторую ночь устроили побег. Дюжина головорезов ушла в сельву, где их следы затерялись. Дети Ветра объявили, что отыщут чужаков и разберутся с ними по-своему.

Однако один из пиратов — Билл Рэнсом — направился совсем в другую сторону. Он сообразил, что если на острове и есть золото, то искать его следует только в старом форте. Делиться с командой ему не хотелось, поэтому он незаметно отстал от своих и вернулся к развалинам крепости. Поскольку форт не охранялся, квартирмейстеру «Нимфы» не составило труда проникнуть внутрь. Здесь он чуть с ума не сошел от радости и долго бродил среди золота и драгоценных камней, набивая найденный тут же кожаный мешок тем, что пришлось особенно по нраву. А потом, должно быть, утомился и решил передохнуть минуту-другую под деревом, росшим посреди двора.

Там наутро и обнаружили его бездыханное тело. Старый пират умер с блаженной улыбкой на лице, обнимая мешок с золотом и драгоценностями. Он выглядел как человек, чья мечта наконец-то исполнилась.

Индеец Бен и Джереми решили остаться в Золотом городе. Когда они пришли попрощаться, Чарли стал невольным свидетелем очень странной сцены: Джереми и Джон Руби пожали друг другу руки, после чего по-дружески обнялись, и Руби сказал:

— Спасибо, дружище, что помог мне.

— Не стоит благодарностей, — ответил Джереми. — За Вилли я готов был придушить Холфорда голыми руками, но вы предложили куда более интересный способ, капитан. Я вам обязан…

— Мы квиты, — перебил Руби. — Удачи тебе.

Индеец стоял поодаль и улыбался.

Когда приятели ушли и они остались вдвоем, Чарли сказал:

— Его брат Вилли — это Вилли Пирс, да? Так вот кто продолжал травить Холфорда, пока ты был в Чарльз-Тауне…

Руби лишь улыбнулся в ответ.

— Я все время хотел спросить, как ты перебрался с корабля в город? — продолжил Чарли. — И как собирался вернуться? Только не говори, что просчитал заранее, что пираты Холфорда будут искать для него врача, я все равно не поверю.

— Нет, конечно, я о таком и не мечтал, — усмехнулся моряк. — Мой расчет был куда проще: в день, когда пираты появятся в городе, а я знал, что без этого не обойдется, ведь губернатор не отправился бы на борт пиратского корабля, чтобы вести переговоры о выкупе за снятие блокады… Так вот, я собирался просить, чтобы мне позволили присоединиться к ним. Меня бы приняли, как ты сам понимаешь, но существовала одна сложность: к новым матросам всегда присматриваются, а мне это было нужно меньше всего. А если бы я, будучи матросом, взялся бы лечить капитана, Холфорд точно меня бы расшифровал раньше времени. — Руби скептически улыбнулся, покачав головой. — Поэтому встреча с тобой была для меня благословением. А в Чарльз-Таун я попал тем самым способом, который тебе предлагал Чернобородый, — добрался вплавь до отмели. Потом выбрался на сухое место и ушел пешком, унося с собой деньги, которые хранились в моем тайнике на «Нимфе», — двенадцать фунтов…