На гуме - Глеб Берг

Матрона объясняла, что в рамках существовавшей системы, преподаватели, входившие в экзаменационную комиссию, составляли списки «своих» абитуриентов. Поэтому, придя на экзамен, заряженные детишки, даже не попав к своему преподу, гарантированно получали проходной балл.

– Ставьте пять, – махнув рукой, ответил я и поплелся к выходу. В сбой системы мне как-то не верилось, а в голове промелькнуло трагикомичное «нас предали».

Узнав о постигшем меня Ватерлоо, мама, приехавшая забрать свое чадо после экзамена, моментально поменялась в лице и спешно начала кому-то звонить. Отойдя в сторону, она долго разговаривала по телефону, и в тот же день все было решено – мы забрали деньги у обосравшейся матроны и вновь обратились к маминому знакомому, который нас к ней отправил. Он предложил возможные варианты дальнейшего развития событий – поступать снова через год или выбрать другой факультет. Откладывать начало студенческой жизни мне совершенно не улыбалось, да и на юрфаке свет клином не сошелся, поэтому, недолго думая, я согласился на только что созданный Факультет Мирового Господства. Оставалось только явиться на экзамен по истории отечества и получить на нем высший балл, но это уже было формальностью.

5

Явившись на экзамен по истории, я заметил, что ряды абитуриентов серьезно поредели. Это особенно бросалось в глаза в огромном конференц-зале Первого гума, откуда, позже, всех нас по очереди препровождали в экзаменационные аудитории на седьмом этаже. На откидных, обшитых бордовым велюром, креслах одного из рядов я увидел ребят из своей группы по обществознанию. Подойдя ближе, я был приятно удивлен, заметив среди них и ту самую блондинку, на которую пялился у входа в корпус несколько дней назад. Она потрясающе выглядела и явно знала об этом. Я поздоровался со всеми и сел рядом, поймав себя на мысли, что все складывается как в кино. Ее звали Лиза. Она смотрела на меня с нескрываемым интересом. Через каких-нибудь четверть часа, разговорившись, мы вышли на улицу покурить. Погода стояла паршивая: с затянутого серой пеленой неба, прибивая к земле июльскую пыль, вяло падали редкие капли дождя. Что-то явно намечалось.

– В костюме ты совсем по-другому выглядишь. Такой лощеный, – похвалила Лиза мой туалет.

– Довольно непривычно себя в таком виде чувствую, – улыбнулся я и ответил встречной любезностью, – ты тоже прекрасно выглядишь. Я кстати видел тебя пару дней назад. Помнишь, я дал тебе прикурить?

– Да, но вообще-то мы с тобой и до этого пересекались – на занятиях по праву, – удивленно ответила Лиза, – мы ходили к одному репетитору.

– К Владимиру Иванычу? Странно, я тебя там не видел.

– А еще обедать вместе ходили, – Лиза снисходительно улыбнулась, как будто говорила hello-o-o, - ну, в смысле тоже всей группой.

– Серьезно?

– Боже! Как ты мог меня не запомнить?

– Действительно странно, потому что сейчас я просто не могу оторвать от тебя глаз.

– Видимо на занятиях на кого-то другого смотрел, – ухмыльнулась Лиза.

– Да, на Владимира Иваныча…

– Хах, да, очевидно. Я кстати только поэтому к тебе и обратилась, что мы вроде как знакомы.

– Ну, теперь могу пообещать, что уже не забуду тебя, – лукаво улыбнулся я.

В ответ на этот неуклюжий реверанс она, разомкнув красивые пухлые губы, выпустила струйку сизого дыма и одарила меня одним из этих женских сексуально-провокационных взглядов, призванных лишать рассудка. В ее случае это действительно работало. Так, несколько секунд мы стояли и молча пялились друг на друга – в романтических комедиях такие сцены сопровождаются слащаво-занудными саундтреками и 3D графикой с голубями и сердечками.

– Классная рубашка. Что это? – вернувшись к реальности, поинтересовалась Лиза и заботливо смахнула с моего плеча пару капель дождя, предательски упавших с карниза, под которым мы прятались.

Не знаю, то ли мы были детьми, то ли это и впрямь было в духе времени, но все в обязательном порядке спрашивали друг друга о подобных вещах, не видя в этом ничего зазорного. Я, правда, был исключением. Да и то, только потому, что слишком концентрировался на себе. Мне было откровенно насрать, что на ком надето – и уж, во всяком случае, кто это сшил.

– Не помню. Если хочешь, посмотри, что написано, – я оттянул слегка ворот.

– Прикольная фирма – мне нравится, – с интересом взглянув, заключила Лиза, казалось, не заметив мой ироничный взгляд.

Докурив, мы вполне довольные друг другом вернулись в конференц-зал и вскоре отправились сдавать экзамен.

Вдоволь накокетничавшись, свой билет я ответил на «отлично». Весь этот ад и нервотрепка были позади – я готов был пуститься во все тяжкие. Думаю, то же испытывали все новоявленные студенты – всем страстно хотелось по полной, а новая жизнь начиналась прямо здесь и сейчас.

Сразу после экзамена человек пятнадцать будущих юристов, в основном из числа моих бывших одногруппников, собрались в неоправданно дорогом пивняке рядом с университетом, чтобы не отходя от кассы, прямо по горячим следам отпраздновать успешное поступление в МГУ. Пиво я не любил и в качестве альтернативы заказал сто грамм Хеннесси ХО, упоминаемого в каждой второй англоязычной хип-хоп композиции тех лет, как неотъемлемый атрибут жизни богатых темнокожих гангстеров. Не то чтобы я был ценителем коньяка, напротив, до того дня я вообще ни разу его не пробовал. Выбор же обуславливался исключительно конъюнктурой – очень хотелось быть крутым, а парни вроде Снуп Дога и Редмана кое-что в этом смыслили. Тем более в глазах сидевшей рядом Лизы, это, как мне казалось, выгодно отличало меня от остальных – попивающих пивас. Когда принесли угрожающего вида снифтер, я деловито покрутил его в ладони, оценил аромат и пригубил. Обжигающая язык и губы сильно пахнущая жидкость оказалась совсем не тем, что я ожидал. «И это, блядь, и есть Хеннесси?!» – возмутился я про себя – «все-таки этим черным гопникам нельзя доверять». По всему выходило, что с пойлом придется повозиться. Час спустя, уже отобедав, я таки додумался заказать кофе и добавить коньяк в него, но не успел допить, как все стали собираться. Ехать домой мне хотелось меньше всего, поэтому, когда одна из присутствовавших телочек предложила продолжить веселье у нее, я не раздумывая согласился. Тем более туда собиралась и Лиза.

Когда мы доехали до места, все были уже изрядно подшофе. Шампанское быстро закончилось, и сразу же началась водка. Смешав ее с морсом, мы с Лизой уже минут тридцать торчали на балконе, ведя довольно нелепую беседу