Пираты Малайзии - Эмилио Сальгари

— Сандокан, — сказал Янес, улучив момент, — мы не можем больше сопротивляться.

— Пока у нас есть порох и пули, мы не сдадимся, — отвечал Тигр Малайзии, глядя на лодки, которые, причалив к берегу, уже начали высадку солдат.

— Но мы не одни, Сандокан. Я нами женщина, Дева пагоды.

— Мы еще не побеждены, Янес. Пусть они высаживаются, но мы бросимся на них, очертя голову. Я чувствую в себе столько сил, что могу в одиночку схватиться с этими негодяями, которых раджа бросил против меня.

— А если пуля сразит Аду? Смотри, Сандокан, смотри!..

В этот момент граната, посланная с «Роялиста», взорвалась, проломив большой кусок стены. Несколько осколков влетели в помещение, просвистев над головой пиратов.

— Они убьют мою невесту!.. — вскричал Тремаль-Найк, загораживая собой Деву пагоды.

— Нужно сдаваться или приготовиться к смерти, — мрачно произнес Каммамури.

— Выбросим белый флаг, Сандокан! — решительно сказал Янес. — Речь идет о том, чтобы спасти кузину твоей покойной жены. Ада не может умереть вместе с нами.

Сандокан не ответил. Стоя у одного из окон с карабином в руках, он с лицом, искаженным от ярости, смотрел на шеренгу солдат, которая, выставив ружья вперед, уже приближалась к форту.

— Сдаемся, Сандокан, — повторил Янес.

Еще одна граната влетела в пробоину и, упав у противоположной стены, взорвалась, разметав осколки и щепки.

— Сандокан!.. — в третий раз крикнул Янес.

Тигр Малайзии ответил ему хриплым вздохом.

— Нужно сдаваться, брат.

— Сдаваться!.. — крикнул Сандокан тоном, в котором не было больше ничего человеческого. — Чтобы Тигр Малайзии сдался Джеймсу Бруку!.. Это невозможно — лучше смерть!.. О! Почему у меня нет хотя бы одной пушки? Почему здесь нет моих тигрят, которые остались на Момпрачеме?.. Сдаваться?.. Сдаваться мне, Тигру Малайзии!..

— Ты должен спасти женщину, Сандокан!..

— Я знаю…

— Она кузина твоей покойной жены.

— Я знаю, знаю…

— Сдаемся, Сандокан.

Третья граната взорвалась на крыше сарая, с грохотом обрушив стропила и часть крыши. Следующая могла накрыть их.

Тигр Малайзии обернулся и посмотрел на своих товарищей. Все стояли с оружием в руках, готовые продолжать сражение, Ада была среди них. Она старалась казаться спокойной, но в глазах ее застыл страх.

— Да, больше нет никакой надежды, — с мрачным отчаянием прошептал пират. — Через десять минут никого из этих храбрецов не останется в живых. Нужно сдаваться.

Громкое «ура» покрыло его голос. Еще несколько лодок с солдатами раджи переправилось через морской рукав и пристало к острову.

Сандокан вздрогнул. Он выхватил свою страшную саблю и сделал движение броситься из сарая, чтобы преградить дорогу победителям, но удержался.

— Для тигров Момпрачема пробил последний час! — с болью воскликнул он. — Самбильонг, поднимай белый флаг.

Тремаль-Найк жестом остановил пирата, который собирался привязать белое полотнище к стволу ружья, и подошел к Сандокану, держа за руку свою невесту.

— Сударь, — сказал он, — если вы сдадитесь, моя невеста, Каммамури и я будем спасены. Но вы, которых раджа ненавидит до смерти, без сомнения, будете повешены. Вы нас спасли, и мы не можем еще раз спастись ценой вашей жизни. Если есть хоть какая-то надежда, скомандуйте атаку, и мы бросимся на врага с криком: «Да здравствует Тигр Малайзии! Да здравствует Момпрачем!»

— Спасибо, мои благородные друзья, — ответил Сандокан взволнованным голосом. — Но враг уже высадился, а нас всего семеро. Мы сдаемся.

— А как же вы? — трепещущим голосом спросила Ада.

— Джеймс Брук не повесит меня просто так, сударыня, — сказал пират. — У нас еще не кончен с ним спор.

— Белый флаг, Самбильонг, — приказал Янес, закуривая сигарету.

Пират вскарабкался на крышу сарая и замахал белым полотнищем. На палубе «Роялиста» тут же раздался звук трубы, сопровождаемый громогласным «ура». Цепь наступавших приостановилась.

С саблей в руке Сандокан вышел из сарая, пересек площадку форта, заваленную обломками и трупами, оружием и снарядами, и остановился у разбитой баррикады.

На берегу с оружием в руках стояли двести солдат раджи, готовые броситься в атаку. Шлюпка, в которой сидели раджа Брук, лорд Гвиллок и двенадцать матросов, оторвалась от борта «Роялиста» и быстро приближалась к острову.

«И это мой дядя», — грустным голосом прошептал Сандокан.

Вложив саблю в ножны, он скрестил руки на груди и неподвижно ждал своих злейших врагов.

Через несколько минут, повинуясь мощным взмахам гребцов, шлюпка причалила к форту. Джеймс Брук и лорд Гвиллок высадились на берег и, сопровождаемые большим отрядом солдат, приблизились к Сандокану.

— Вы просите передышки или сдаетесь? — спросил раджа, приветствуя его саблей.

— Я сдаюсь, сударь, — сказал пират, возвращая приветствие. — Ваши пушки и ваши люди взяли верх над тиграми Момпрачема.

Торжествующая улыбка показалась на губах раджи.

— Я знал, что мне в конце концов удастся одолеть непобедимого Тигра Малайзии, — сказал он. — Сударь, вы арестованы.

Услышав эти слова, Сандокан, который до того стоял неподвижно, гордо поднял голову, бросив на раджу один из тех взглядов, которые заставляли трепетать самых храбрых людей на свете.

— Раджа Брук, — сказал он свистящим голосом. — За моей спиной пять тигров Момпрачема. Всего пять, но они еще способны выдержать схватку со всем вашим войском. Эти пять человек могут по одному моему знаку броситься на вас и уложить бездыханным, несмотря на всех солдат, которые окружают вас. Вы арестуете меня тогда, когда я дам этим людям приказ сложить оружие.

— Значит, вы не сдаетесь?

— Я сдаюсь, но с условием.

— Сударь, ставлю вас в известность, что мои отряды уже высадились на острове. Примите также в расчет, что вас шестеро, а нас двести пятьдесят. Достаточно одного моего знака, чтобы вас расстреляли в упор. Мне кажется странным, что в таких обстоятельствах вы еще ставите мне условия.

— Тигр Малайзии еще не побежден, раджа Брук, — гордо сказал Сандокан. — Со мной еще моя сабля и мой крисс.

— Я должен скомандовать атаку?

— Когда услышите от меня то, чего я прошу.

— Говорите.

— Так вот, я сам, капитан Янес де Гомейра и даяки Танадурам и Самбильонг, все принадлежащие к отряду Момпрачема, сдаемся, но с условием. Мы требуем, чтобы нас препроводили в Верховный суд Калькутты, а людям, которые не принадлежат к братству Момпрачема и которые случайно оказались в этот момент среди нас, предоставили полную свободу отправиться, куда они сочтут нужным. Эти люди: Тремаль-Найк, его слуга Каммамури и мисс Ада Корихант!..