Братья Sisters - Патрик де Витт

— Подняли руки. Иначе обоим по пуле в череп засажу.

Обернувшись, мы посмотрели вверх и на ветке дерева заметили мужчину, мелкого и с виду дикого. Победно сверкая глазками, он целился в нас из карманного драгуна.

— А вот и наш Герман Варм, — произнес Чарли.

— Верно, — ответил тип на дереве. — И раз вы знаете мое имя, то делаю вывод, что вы — посланники Командора. Я прав? Знаменитые братья Систерс?

— Так точно.

— Вы проделали долгий путь, и я почти что горжусь оказанным мне вниманием. Заметьте: не горжусь, однако близок к этому. — Я переступил с ноги на ногу, и Варм окрикнул меня: — Еще раз дернешься, и я тебя пристрелю. Думаешь, дурака валяю, а, милейший? Вы у меня на мушке, и курок я спущу, не сомневайся.

Варм и правда готов был всадить мне пулю в лоб. Он разве что дырку взглядом не прожег в том самом месте, где свинец пробьет мне череп. Как и Моррис, Варм закатал штанины и рукава. Обнаженная кожа имела все тот же пурпурный оттенок. Интересно, сработала золотоискательная жидкость или нет? По лицу Варма определить этого я не смог, ибо на его лице застыла ярость. Сейчас он думал лишь о том, как защититься от нас.

Чарли тоже заметил пурпурный оттенок его кожи и спросил:

— Виноград давил, Варм?

Рыжий, как кузнечик, потер друг о друга лодыжки и ответил:

— Отнюдь.

— Так, может, сегодня твой кошель толще, чем вчера? — спросил я.

Варм подозрительно произнес:

— Командор рассказал об изобретении?

— Ну, не то чтобы он сильно распространялся, — ответил Чарли. — О твоих занятиях мы узнали от Морриса.

— Что-то мне не верится, — произнес Варм.

— А ты у него спроси.

— А вот и спрошу. — Не спуская взгляда с нас, он дважды отрывисто и пронзительно свистнул. Издалека пришел точно такой же ответ, и Варм просвистел еще раз. Вскоре из-за деревьев на склоне показался Моррис. Улыбаясь, он шел вприпрыжку, но стоило ему увидеть нас с Чарли, как лицо его тут же приобрело выражение откровенного ужаса.

— Не бойся, они у меня на мушке, — успокоил Морриса Варм. — Я хотел осмотреть реку дальше вниз по течению и влез на дерево. И как раз вовремя. Заметил, как эти шельмецы крадутся к лагерю. Они прознали о наших опытах и теперь пытаются убедить меня, якобы это ты им все рассказал.

— Они лгут, — ответил Моррис.

— Не то чтобы ты сам рассказал, Моррис, — заговорил Чарли. — Куда вы отправились, поведал одноглазый из «Черного черепа», но самое важное мы узнали из твоего дневника.

Лицо Морриса приобрело скорбный вид.

— Постель, — сокрушенно произнес он, вспоминая. — Прости, Герман. Я совсем позабыл о чертовом дневнике!

— Ты спрятал его под одеялом и забыл забрать? — уточнил Варм. — Не переживай, Моррис, мы сильно торопились и были заняты. Тем более ты не один виноват. Разве не я посвятил этого циклопа из «Черепа» в наши планы? И за какую цену? За горшок вонючего рагу!

— Нет, нет, Герман, я…

— Забудь, Моррис, теперь это не важно, — уверенным тоном произнес Варм. — Мы опередили их. Теперь братья Систерс у нас на мушке, а не мы у них, вот что главное. Вопрос один: как быть с ними?

Лицо Морриса сделалось тупым и невыразительным.

— Ответ один — убить их.

— Нет, вы посмотрите! — воскликнул Чарли. — Этот человечишка провел в лесу неделю, и вот он жаждет крови.

— Погоди, — сказал Варм напарнику.

— Убить их — единственный выход, — настаивал Моррис. — Зароем тела здесь, и пока Командор хватится пропажи, пройдет месяц, не меньше. Мы к тому времени скроемся.

— Я только крепче спать буду, если избавлюсь от угрозы, — вслух подумал Варм.

— Пристрели их, Герман. Хватит рассусоливать.

— Мне, право слово, тошно.

Тут вклинился я:

— Можно мне сказать?

— Нет, — отрезал Моррис. — Герман, стреляй. Тебя отвлечь хотят.

— Пусть только дернутся — спущу курок, — заверил его Варм. — Эй, ты, толстый, говори, что хотел.

— Возьмите нас в долю, — попросил я. — Мы решили бросить Командора и больше на него не работаем.

— Не верю, — сказал Варм. — Ваше присутствие здесь ясно говорит об обратном.

— Сюда нас привели записи в дневнике Морриса, — вставил Чарли. — Мы хотим взглянуть на Светящуюся реку.

— И потом присвоить нашу добычу, так?

— Нас обоих впечатлило твое открытие и сила твоего разума, — сказал я. — Решение Морриса нам понятно, мы и сами приняли точно такое же. Командор нам больше не хозяин, а посмотреть на твое изобретение в действии страсть как охота.

Слова, произнесенные мной от чистого сердца, тронули Варма. Он призадумался, целясь в меня, но ответ, к сожалению, был не в мою пользу:

— Даже если вы говорите правду, будто предали Командора. В чем я лично сильно сомневаюсь. Так вот, даже если вы не лжете, ваши помыслы, как и прежде вызывают недоверие. Проще говоря, вы — воры и убийцы, которым не место в нашем предприятии.

— Никакие мы не воры, — возразил Чарли.

— Значит, просто убийцы, что ли?

— Вы оба работаете на износ, — заметил я. — Можем помочь. Еще две пары рабочих рук в хозяйстве сгодится. Будем вас защищать.

— Защищать? От кого?

— От любого, кто посягнет на добычу.

— А кто от вас защитит?

— Возьмите нас в долю, — потребовал Чарли, теряя терпение.

Жесткий тон его голоса помог Варму определиться с решением. Рыжий запрокинул голову, наводя ствол на Чарли, однако угол, под которым он взирал на нас, оказался чересчур неудобен. Когда я потянулся за револьвером, Варм откинулся назад до того сильно, что попросту свалился с ветки. Кувыркнувшись в воздухе, шмякнулся в густой папоротник и пропал из виду. Моррис, безоружный, бросился наутек. Чарли прицелился ему в спину, но я удержал его руку. Тогда братец вскинул другую. Поздно. Моррис скрылся в чаще.

Чарли, освободившись от моей хватки, хотел бежать следом за ним, но у того была слишком уж большая фора. Тогда братец вернулся к зарослям папоротника — отыскать Варма. Да вот беда: Варм ускользнул, ушел незамеченным. Какое-то время Чарли бессильно взирал на примятый папоротник, затем взглянул на меня и вдруг рассмеялся. Встреча с Вармом, если не считать наведенного на нас револьвера, вышла до того необычной, что ему, бледному и обескураженному, не оставалось ничего, кроме как хохотать.

Веселье, впрочем, длилось недолго. Когда мы вернулись к себе на стоянку, братца попросту охватил гнев.