Цветочная сеть - Лиза Си

— Тебе поручили расследовать убийство Билли, — начал он. — Спустя две недели я нашел труп Хэнлая. Совпадение, правильно?

— Правильно.

— Но дальше все словно бы спланировано. Этот парень, Патрик О’Келли из Государственного департамента, приходит в прокуратуру и заявляет, что китайцы жаждут моего присутствия. После чего выдает мне дипломатическое приглашение за подписью начальника отдела Цзая. Но когда я приезжаю в Китай, возникает ощущение, что мне здесь не рады и моя помощь никому не требуется.

— В моей помощи тоже не нуждались, — напомнила ему Хулань.

— Но, как ты понимаешь, правительство говорит одно, а намерения у него совсем другие.

— Мне кажется, ты преувеличиваешь.

— Это еще не все. Я пришел в ужас, когда обнаружил Гуан Хэнлая. Да и кто бы не испугался? Но про случай на корабле, как и про многое другое, наверняка сообщили в Китай, так что убийца или убийцы знали, что нужно постараться обставить смерть Цао Хуа еще более страшным образом. Меня намеренно старались отвадить, и это сработало. — Он сделал паузу, размышляя, как пояснить следующее опасение, а потом наконец спросил: — Как ты объяснишь тот факт, что нам поручили работать вместе?

— Тоже совпадение. Ты обнаружил Хэнлая…

— Прости, но я не могу избавиться от ощущения, что нашу встречу заранее тщательно спланировали, как передвижение фигур на шахматной доске. Кто-то предвидел, что меня выбьет из колеи встреча с тобой, твоя близость, когда ты кладешь голову мне на плечо, заснув в самолете…

— Я уверена, что начальству известно наше прошлое. Мы же оба работаем на госорганы. Их задача — знать все о нашей личной жизни.

Дэвид наблюдал за лицом Хулань, когда задал беспокоивший его вопрос:

— Почему ты не сказала, что замминистра Лю — твой отец?

Он не удивился, когда увидел, как помрачнело ее лицо.

— Мне казалось, ты и так в курсе, — сказала она ровным голосом. — В конце концов, у нас же одинаковая фамилия.

— Хулань…

— Думаю, ты был прав, когда говорил, что мы под колпаком, — продолжила Хулань, проигнорировав его слова. — Если помнишь, я тебе говорила, — она понизила голос, — что Питер следит за нами. Надеюсь, теперь ты поверил. Но ты считаешь, что слежка началась еще в Лос-Анджелесе?

Дэвид задумался:

— Мне кажется, за мной наблюдали с тех пор, как я поднялся на борт вертолета, чтобы лететь на «Пион».

С чего я так решил? Чжао, один из нелегалов на корабле, намекнул, что команда судна знала о грядущем визите береговой охраны под ручку с ФБР. Но ведь за нами следит не только Питер. Убийца тоже знал, что мы собираемся навестить Цао Хуа.

— По-твоему, мы уже общались с убийцей во время допросов?

— Не исключено. Или там был его осведомитель.

— Мы говорили с кучей народу. — Хулань задумалась. — Это мог быть один из ребят на дискотеке или посетитель «Чернозема».

— Или Питер.

Хулань бросила взгляд поверх плеча Дэвида на своего подчиненного. Питер? Может ли он быть нечист на руку?

— Как ты там говорила? В Китае ни у кого нет секретов? Я хочу сказать, что каждый, с кем мы говорили, был заранее осведомлен о нашем визите. Поэтому, конечно, убийца — или убийцы? — тоже знал, что мы скоро появимся в квартире Цао. — Он вздохнул. —

Все это возвращает нас к главному вопросу: кто за всем этим стоит? Кажется, будто мы только отдаляемся от триад, но я все равно думаю, что произошедшее спланировали и организовали члены банды «Возрождающийся феникс».

Когда Хулань покачала головой, Дэвид сказал:

— Я знаю, что ты не веришь в их причастность, но только у них хватит глаз и ушей, чтобы раздобыть столько сведений и оказаться в стольких местах одновременно.

— Любой может заплатить за информацию. Все покупается и продается.

— Мы снова и снова возвращаемся к деньгам.

Хулань кивнула. Он сжал ее руку и улыбнулся. Впервые за последние дни Дэвид почувствовал, что душевное равновесие восстанавливается, и это было приятно.

Учитывая разницу часовых поясов, они прибыли в Лос-Анджелес в тот же день, когда покинули Китай. Джек Кэмпбелл и Ноэль Гарднер ждали Дэвида и китайских коллег на переходе, ведущем из таможенной зоны к терминалу. После знакомства и приветствий агенты ФБР провели гостей через зал прилетов на улицу, где на обочине был припаркован микроавтобус, в который загрузилась вся компания.

Когда Дэвид с Хулань улетали из Пекина тем утром, было около минус семи. Теперь, когда они готовились еще раз пережить второе февраля, погода обещала быть идеальной: около двадцати четырех. Мягкая «Санта-Ана»[45] развеяла зимние штормы. В безоблачном небе ярко сияло солнце, согревая чистый воздух. По календарю еще была зима, но на крайнем юге весна уже вступила в свои права. Яркие шапки лиловой, розовой, красной и оранжевой бугенвиллеи свешивались с балконов домов и офисных зданий; по гаражам и пустырям расползался глубокий пурпур вьюнка.

Пока автомобиль двигался на север по автостраде Сан-Диего, Питер глазел на множество машин, несущихся вдоль широкого гладкого полотна асфальта, причем никто не гудел и не вилял с одной полосы на другую. Молодой следователь то и дело показывал на рекламные щиты вдоль шоссе, и Дэвид смотрел на них словно впервые, поражаясь соблазнительным формам девушек-моделей и загорелым мускулистым мужчинам, которые лучезарно улыбались с огромных плакатов.

Джек Кэмпбелл, который, казалось, был в приподнятом настроении, мгновенно установил контакте Питером:

— Итак, следователь Сунь, это мы называем автострадой. Видели автомобильные погони в кино? Их снимают именно здесь. А вон те деревья называются пальмы. У вас есть такие? — Не дожидаясь ответа, Кэмпбелл продолжил: — Нечасто ФБР посещают китайские правоохранители, поэтому в дополнение к работе мы запланировали некоторые увеселительные мероприятия: например, экскурсию в Диснейленд или на студию «Юниверсал», что-нибудь в этом роде.

— Вряд ли вам захочется целый день работать, — добавил Гарднер. — В конце концов, сегодня воскресенье, да и вы наверняка страдаете от смены часовых поясов.

— Верно, — кивнул Кэмпбелл. — Если не возражаешь, Старк, мы заглянем в прокуратуру. Мадлен Прентис и Роб Батлер договорились встретиться с нашими китайскими друзьями. Там и поговорим: нам нужно многое наверстать. Эй! —