Тайна Нилии - Поль де Ивуа

Жак поклонился и ушел. Скоро он подошел к английскому офицеру.

Это был молодой человек, с приятной физиономией.

— Я желал бы переговорить с генералом Робером Лаваредом! — сказал он, когда Жак подошел.

Жак вздрогнул.

Значит, англичане знали о присутствии Робера! Они подготовили эту ловушку, чтоб лишить армию патриотов своего энергичного вождя!

— Если вы хотите видеть генерала, — ответил он, притворяясь удивленным, — то вам надо отправиться на берега Нила!

Офицер улыбнулся.

— Вы правы, что отвечаете так. Но вы не обманете меня. Наши сведения верны. Я сейчас видел генерала Лавареда, вот он стоит со своей обезьяной! — добавил англичанин, указывая на скалу, где находился Робер.

Очевидно, английские шпионы усердно следили за караваном.

— Если вы позволите завязать себе глаза, я проведу вас к нему! — вскричал Жак.

— Пожалуйста!

Через минуту Жак вел офицера с завязанными глазами по тропинке, ведущей на площадку утеса. Робера окружали солдаты. По его знаку Жак снял повязку с глаз англичанина. Молодой офицер с любопытством огляделся вокруг себя.

— Генерал Робер Лаваред? — без малейшего колебания обратился он к французу.

— Да, это я!

— Позвольте мне представиться! Сэр Генри Лоуренс!

Оба раскланялись.

— Чувство гуманности заставило генерала Гольсона послать меня к вам! — начал офицер.

— Генерал Гольсон очень добр!

Англичанин не заметил иронии этих слов и продолжал:

— Вы окружены войском, в пятьдесят раз превышающим вашу численность. Вода в ручье отравлена, вы видели гибель ваших верблюдов!

Презрительная улыбка появилась на губах Робера.

— Англичане отравляют воду в колодцах, — произнес он негодующе, — это не достойно культурной нации!

Офицер слегка покраснел.

— Обстоятельства вынуждают нас к этому! — сказал он.

— Мы, французы, не понимаем этого!

— Во всем остальном, — продолжал англичанин, не обращая внимания на слова Робера, — мы поступаем вполне лояльно. Если бы мы желали вашей гибели, нам не трудно было бы достичь этого! Это наше право! Но британцы чутки к голосу гуманности. Сдайтесь! Вы будете в тюрьме, но с вами будут обращаться очень вежливо, пока восстание не будет подавлено. Потом вас отпустят на свободу!

Робер пожал плечами.

— Предпочитаю умереть свободным!

— Подумайте! Мы удивляемся вашей энергии и мужеству и щадим вас!

— Ваше удивление еще усилится, когда вы увидите, что я не боюсь смерти!

Наступило молчание.

— Вы осуждаете на смерть ваших спутников! — произнес Лоуренс.

— Я уверен, что они одобряют меня! — ответил Робер и, повернувшись к солдатам, сказал: — Вы слышали? Хотите ли быть пленниками Англии?

— Нет, нет! — в один голос ответили солдаты.

— Видите, — возразил Робер, — все они предпочтут смерть!

Англичанин сделал последнюю попытку.

— Я преклоняюсь пред нашим мужеством, но вы забываете, что среди вас находится молодая девушка, почти дитя. За что обрекаете вы ее на смерть?

— Да, — неожиданно вскричал Жак, — вы правы, если вам знакомо чувство человечности, пожалейте, спасите ее!

Он не успел кончить, как Нилия бросилась к нему и вцепилась в его руку.

— Нет, нет, — простонала она раздирающим душу голосом, — не отдавайте меня англичанам! Позвольте мне разделить вашу участь! Я благословлю смерть, если умру с вами!

Жак хотел противоречить, но Робер прервал его.

— Вы поняли, сэр! — обратился он к парламентеру. — Возвращайтесь к своим и расскажите им все, что вы видели. Передайте им мои слова: мы останемся здесь, пока не умрем!

Офицер открыл рот, намереваясь что-то сказать, но Жак, по знаку Робера, накинул ему повязку на глаза, схватил за локти и повел по тропинке вниз.