Цветочная сеть - Лиза Си

Предполагалось, что ты будешь просто разливать чай. Но вести расследования? — Лицо замминистра исказилось. — Это неправильно. Тебе нужна работа почище. Я могу это устроить.

— Разве я не справляюсь со своими обязанностями?

— Ты уходишь от сути. Ты красная принцесса. Тебе вообще не стоит работать.

— Ноя хороший следователь.

— Да, хороший. Однако мать нуждается в тебе. Переезжай к нам. Посвяти себя уходу за ней.

Не соглашаясь, но и не споря, Хулань молча собирала последние зернышки риса в тарелке. Она знала, что все сказанное правда.

Глава 7

31 января, беседы с двумя отцами

Американское посольство занимало несколько грязно-бежевых корпусов с серыми черепичными крышами. Большинство окон закрывали железные решетки. По углам каждого карниза видеокамеры методично поворачивались то в одну, то в другую сторону. Само здание было огорожено высоким кованым забором с серыми колоннами, расположенными на одинаковом расстоянии друг от друга. За забором высилась живая изгородь, а спящие деревья тянули растрепанные ветви в мрачное небо. Вдоль одной из стен посольства аккуратными рядами выстроились сотни велосипедов. По обе стороны от входа располагались караульные будки. Та, что слева, являлась для китайцев, желающих получить визу в Соединенные Штаты, первой остановкой в череде многочисленных перевалочных пунктов. Несколько охранников в зеленой форме и черных меховых шапках сдерживали натиск соотечественников. Прямо напротив посольства люди ждали, когда их пропустят в предварительную очередь на визу или вызовут на собеседование. Справа от них уличные торговцы в палатках под открытым небом продавали изделия из пурпурного, желтого и красного шелка.

Хулань и Дэвид прошли через ворота, миновали еще несколько кордонов и попали в приемную, где их представили Филу Файерстоуну, секретарю и правой руке посла. Несмотря на деловой синий костюм в тонкую полоску и красный галстук в горошек, виду секретаря был совершенно мальчишеский, благодаря песочным волосам, по-детски пухлым щекам и открытой, типично американской улыбке.

Пока они ждали, когда у посла завершится встреча, Фил болтал о доме и о том, как оказался в Китае.

— Я тоже из Монтаны, поэтому мы давно знакомы с послом и его семьей. В ходе сенаторской кампании моя мать работала на Билла Уотсона, и мне посчастливилось стать частью его команды в Вашингтоне. Когда президент назначил сенатора Уотсона послом, я воспользовался возможностью и приехал в Пекин.

— Вы женаты? — от нечего делать поинтересовался Дэвид.

— Нет. Думаю, поэтому я и не возражал против перемены места. Я могу следовать за послом, не беспокоясь о том, как это скажется на жене или детях. Ведь я вижу, как тяжела подобная кочевая жизнь для некоторых семей. — Поняв, что это не самая дипломатичная вещь, чтобы говорить о ней в присутствии Хулань, Фил попытался замаскировать собственный промах: — Вообще-то, Пекин — чудесное место. Лично мне безумно нравятся здешние жители.

— Не волнуйтесь, мистер Файерстоун, — успокоила его Хулань, — я тоже жила за границей и знаю, как трудно находиться вдали от дома. Больше всего я скучала по еде.

— Господи, порой я бы душу отдал за гамбургер!

— У нас есть «Макдоналдс».

Фил Файерстоун добродушно рассмеялся, затем посмотрел на часы:

— Мистер Уотсон должен вас сейчас принять. — Проводив их в соседний кабинет, он предложил: — Подождите здесь, посол скоро подойдет, — после чего оставил гостей одних.

Дэвид почувствовал раздражение, но Хулань казалась невозмутимой. Она сидела неподвижно, хотя взгляд ее блуждал по комнате: от американского флага, который висел на стене за столом, и официальных бланков с печатями в рамках к бронзовому ковбою работы Фредерика Ремингтона[33] на столе. Внутри, однако, Хулань кипела. Посол должен бы знать, что китайцы ценят пунктуальность, так что задержка выглядела намеренной грубостью.

— Извините, что заставил вас ждать. — Голос посла долетел до них прежде, чем сам он вошел в комнату. — Весь день вертелся как белка в колесе, вот график и сбился. — Он протянул руку: — Дэвид Старк, я полагаю? Слышал о вас много хорошего.

— Приятно познакомиться.

— И конечно, я помню вас, инспектор. — Голубые глаза посла остановились на Хулань. — Должен сказать, не ожидал новой встречи.

— Не всегда мы получаем то, чего хотим, — позволила себе заметить Хулань.

На секунду вид у посла стал озадаченным, затем он рассмеялся.

— А вы шутница. Сюда. — Он показал на красный кожаный диван. — Пожалуйста, располагайтесь поудобнее. Фил! — крикнул он. — Где же Фил?

Его помощник просунул голову в кабинет:

— Сэр?

— Я думаю, стоит подать кофе… или вы предпочли бы чай?

— Кофе подойдет, спасибо, — пробормотала Хулань.

— Тогда кофе, Фил.

Посол устроился в красном кожаном кресле напротив гостей. Он улыбнулся, затем обратился к Дэвиду:

— Итак, чем могу служить?

— Во-первых, — начал Дэвид, — позвольте мне выразить соболезнования по поводу гибели вашего сына. Я понимаю, что вам нелегко сейчас говорить об этом.

Посол бесстрастно посмотрел на него и промолчал.

Дэвид продолжил:

— Инспектор Лю поведала мне детали инцидента. Как я думаю, теперь вы знаете: ваш случай поразительно похож на случай с сыном Гуан Минъюня.

— Я не мог посодействовать инспектору раньше и сомневаюсь, что смогу оказать содействие сегодня.

— Если бы вы просто ответили на несколько вопросов…

Посол вздохнул:

— Давайте попробуем.

— Вы были знакомы с Гуан Хэнлаем?

— Никогда не встречался с этим юношей.

Хулань перебила:

— Однако, судя по фотографиям, вы виделись с его отцом.

— Разве можно работать в Пекине и не познакомиться с многоуважаемым господином Гуаном?

— Но вы уверены, что никогда не встречались с его сыном?

— Инспектор, вряд ли нужно напоминать, что у нас с вами уже возникали подобные проблемы. Когда я отвечаю на вопрос, от меня, как от человека и посла моей страны, следует ожидать только правды. Я сказал, что никогда не встречал Гуан Хэнлая, и это окончательный ответ.

— Может, расскажете побольше о сыне? — предложил Дэвид, прервав неловкое молчание.

Посол пожал плечами:

— А как отцу описать единственного сына? Билли