Чумной корабль - Джек Дю Брюл

Это Марку и было нужно. Он нажал кнопку запуска. Моди­фицированная пусковая установка выстрелила торпеду через корпусную дверь «Орегона» почти на пятидесяти узлах. На та­кой скорости ее специально спроектированный нос создал во­круг всего снаряда пузырь воздуха под большим давлением. Как только бортовой компьютер засек замедление, по бокам откры­лись стабилизаторы.

«Хут» рассекал океан в кавитационной полости воздушного пузыря, нейтрализовавшего силу трения и заметно увеличивав­шего скорость. По сути, торпеда просто летела, и она без труда разогналась до ста тридцати узлов.

На изображении с камеры на мачте экипаж увидел, как море делится на две части идеально ровной линией, бравшей начало у «Орегона» и растущей на сто тридцать метров каждую се­кунду.

— Во дает! — присвистнул кто-то.

— Расстояние до цели? — запросил Хуан.

— 2700 метров, — ответила Линда, — уже 2300… 2000… 1800.

— Мистер Мерфи, подготовьте все к самоуничтожению, — приказал Кабрильо.

— Как, мы не будем топить «Палтус»?

— И вляпаться в еще более серьезный международный кон­фликт? Нет уж, спасибо. Мы лишь немного встряхнем их и ог­рубим провода.

— Когда?

Хуан посмотрел на мониторы, оценивая расстояния до тор­пед. «Эгги Джонстону» хорошенько достанется уже через трид­цать секунд. Он наблюдал за линией пути торпеды, движущей­ся с такой скоростью, что компьютеру приходилось обновлять изображение каждую секунду. «Палтус» надо было повредить достаточно, чтобы он не смог контратаковать, но не слишком сильно, чтобы потопить лодку.

— Девятьсот метров! — выкрикнула Линда, хотя Кабрильо и сам видел цифры на экране.

Вражеская торпеда была уже в двухстах метрах от «Эгги Джонстона». Сложно было что-то разобрать в путанице на экране, но Хуан знал, что делать.

— Рано, — произнес он. Взорви он снаряд слишком рано, и провода могут уцелеть. Взорви слишком поздно — и люди на борту «Палтуса» погибнут. — Рано, — повторил Кабрильо, следя за координатами «кита» и приближающимся к супертан­керу снарядом.

Одна торпеда была в пятидесяти метрах от своей мишени, а другая — в трехстах, но, учитывая огромную разницу в скоро­сти, они настигнут цели одновременно.

— Давай!

Марк вдавил кнопку, посылая сигнал самоуничтожения на бортовой компьютер торпеды. Боеголовка и оставшееся ра­кетное топливо взорвались, взметнув в воздух горячий гейзер и оставив в воде воронку пятнадцати метров в глубину и столь­ко же в диаметре. Взрывная волна ударила по «Эгги Джонсто­ну», от чего судно слегка накренилось влево.

Сонар был не в состоянии улавливать пассивные сигналы из-за звукового натиска, потрясшего море. Кабрильо сосредо­точился на изображении с камеры, следящей за супертанкером «Петромакс». Тот неуклюже стал на ровный киль. Не сводя глаз с мониторов, Хуан довольно улыбнулся. Взрыва не было. План

Макса сработал. Идущие от «Палтуса» провода были повреж­дены, и смертоносное оружие потеряло цель.

— Линда, сообщи, как только что-то услышишь, — приказал он.

— Компьютер восстанавливается, еще пару секунд.

Хали повернулся к Хуану:

— Председатель, пилот одного из «Викингов» хочет знать, что произошло.

— Пускай повисит пока. — Кабрильо не спускал глаз с Линды.

Та, затаив дыхание, плотно прижимая к ушам наушники,

уставилась на экран гидролокатора. Наконец она подняла глаза па него.

— Вращения винтов не слышно; должно быть, все три тор­педы отключились и уже идут ко дну. Слышу работу оборудо­вания на «Палтусе», на борту поднялась тревога. Стойте… От­бой, это насосы. Они откачивают балласт. — Ее лицо озарила радостная улыбка. — У нас получилось! Они всплывают!

По командному пункту прокатилась волна аплодисментов и победных возгласов, и даже лицо Макса расплылось в ухмылке.

— Все молодцы. Особенно вы, мистер Мерфи, и ты тоже, Макс. Команда, поработавшая над пусковой установкой, может рассчитывать на прибавку к жалованью.

Кабрильо обожал поощрять своих подопечных. Это была одна из причин их непоколебимой преданности ему, хотя глав­ная причина была в том, что он являлся прирожденным лиде­ром, мудро и храбро направлявшим свою команду в бой.

— Смотрите-ка! — воскликнул Эрик.

Он сменил вид с камеры на главном мониторе, показывая место, в котором устраивал засаду «Палтус». Вода закипела, и в эпицентре на поверхность поднимался некий предмет. То был нос иранской подлодки. Команда «Орегона» увидела, что обшивка «Палтуса» повреждена, будто подлодка на пол­ной скорости врезалась в скалу, а на выпуклом носу зияла ги­гантская вмятина, образовавшая в результате взрыва торпеды в двадцати метрах от нее.

— Что-то слышно от них, Хали?

— Только сигналы бедствия. Их насосы едва компенсируют затопление. Они запрашивают поддержку.

— Просят помощи у ближайших кораблей?

— Никак нет. Да и вряд ли попытаются.

— Это точно. Напав на беззащитных торговцев без всякого предупреждения, они нарушили с полсотни международных со­глашений.

— А мы чем занимались в Бендер-Аббасе? — поддразнил его Макс.

— Так, мелкая кража, — парировал Кабрильо, — тянет мак­симум на штраф да пару часов общественных работ.

Над «Орегоном» пронеслись американские «Викинги», паря в каких-то тридцати метрах над водой. Матросы на палубе попа­дали, струя воздуха из двигателей самолетов трепала их одежду.

— Председатель, пилот «Викинга» до сих пор пытается про­биться, — заметил Хали, — а также мы получили официальный приказ от авианосца оставаться на своих местах. Это капитан Чарльз Мартин на борту «Джорджа Вашингтона».

— Врубай. — Хуан надел наушники и отрегулировал встро­енный микрофон. — Говорит Хуан Кабрильо, капитан теплохода «Орегон». Чем могу помочь, капитан?

— Капитан Кабрильо, мы собираемся выслать к вам группу для опроса экипажа вашего судна о произошедшем. Капитаны «Саги» и «Эгги Джонстона» уже согласились. Вертолет добе­рется до вас за двадцать минут. Если же у вас нет посадочной площадки, то через два часа прибудет крейсер «Порт-Ройял».

— При всем уважении, капитан Мартин, никто из моих лю­дей ничего не видел. Сам я спал, а дежурный у нас без одного глаза, а на второй слеп.

Голос Мартина зазвучал строже.

— Капитан, надеюсь, нет нужды напоминать вам, что войска Коалиции в этих водах имеют полное право осматривать каж­дый корабль в Персидском заливе. Из вежливости я назвал это просьбой, но это не что иное, как приказ. Приказ оставаться на месте и ожидать прибытия наших людей.

Хуан понимал, как на них давят сверху для борьбы с возмож­ными террористами, чтобы не дать им использовать залив в ка­честве маршрута для переправы бойцов и оружия, но позволить им перевернуть все на «Орегоне» вверх дном он ни в коем слу­чае не мог. Коррумпированных чиновников зарубежных портов запросто можно отговорить от обыска полуразвалившегося су­денышка, но с американской армией такие шутки не прокатят.