Ожерелье королевы - Александр Дюма

— Смотрите! вое калитки закрыты! — прибавила младшая.

— Ну, это меня мало беспокоит, дорогая Андре: ведь даже если бы калитка оставалась открытой, мы, конечно, не пошли бы через главный двор. Скорей, скорей, идемте — мы пройдем мимо фонтанов.

Женщины свернули направо от дворца: в той стороне есть особый проход, который ведет к садам.

Они подошли к этому проходу.

— Маленькая дверь закрыта, Андре, — с тревогой сказала старшая.

— Так постучимся, сударыня!

— Нет, мы позовем. Лоран должен ждать меня — я предупредила, что могу вернуться поздно.

— Хорошо, я позову его. Андре подошла к двери.

— Кто идет? — не дожидаясь оклика, произнес изнутри чей-то голос.

— Это не Лоран! — испуганно сказала молодая женщина.

— Лорана здесь нет! — сурово ответил голос.

— Лоран вы или не Лоран, откройте! — настойчиво произнесла Андре.

— Не открою!

— Но, друг мой, разве вы не знаете, что Лоран всегда нам открывает?

— Плевать я хотел на Лорана! Я получил приказ!

— Но мы — дамы из свиты ее величества! Мы живем во дворце и хотим вернуться к себе домой!

— Ну, а я, сударыни, — Залишамаде, швейцарец из первой роты, я поступаю отнюдь не так, как Лоран, и оставлю вас за дверью!

— Друг мой, — продолжала дама, — я понимаю, что вы исполняете приказ,

— так должен поступать хороший солдат, — и я вовсе не хочу заставлять вас нарушить его. Я только прошу вас, окажите мне услугу и известите Лорана — он должен быть поблизости.

— Я не могу оставить свой пост.

— А кто дал вам этот приказ?

— Король.

— Король? — с ужасом переспросили женщины. — Мы погибли!

Младшая, казалось, была близка к безумию.

— Ну, ну! — сказала старшая. — Есть же и другие двери!

— Сударыня, если заперта эта, значит, заперты и все остальные!

— Это верно, ты права. Андре, Андре, это страшный ход короля! О-о!

Последние слова дама произнесла с угрожающим презрением.

Дверь, ведущая к фонтанам, была пробита в толще стены достаточно глубоко, чтобы превратить эту нишу в некое подобие вестибюля.

Вдоль стен тянулись каменные скамьи.

Дамы упали на скамью в волнении, близком к отчаянию.

— Завтра, завтра все узнают! — прошептала старшая.

— Мужайтесь, сударыня! Вы такая сильная, а я сейчас такая слабая — и вот я вас поддерживаю!

— Тут кроется заговор, Андре, а мы — его жертвы. Никогда ничего подобного не случалось, никогда двери не бывали заперты! Я умру, Андре, я умираю!

И она, словно в обмороке, откинулась на спинку скамьи.

В то же мгновение на белой, сухой мостовой Версаля, по которой так мало ходят в наше время, раздались шаги.

И сейчас же послышался голос, голос легкомысленного и веселого молодого человека.

— Этот голос!.. — вскричали женщины.

— Я узнаю его, — сказала старшая. Молодой человек, не заметивший женщин, постучался в дверь.

— Лоран! — позвал он.

— Брат! — сказала старшая, коснувшись плеча молодого человека.

— Королева! — отскочив на шаг и срывая с головы шляпу, вскричал тот.

— Т-сс! Добрый вечер, брат, — Добрый вечер, сударыня, добрый вечер, сестра. Вы не одни!

— Нет, со мной мадмуазель Андре де Таверне.

— А-а, превосходно! Добрый вечер, мадмуазель!

— Ваше высочество! — с поклоном прошептала Андре.

— Вы уходите, сударыня? — спросил молодой человек.

— Нет, нет!

— Значит, вы возвращаетесь?

— Мы очень хотели бы вернуться!

— А разве вы не звали Лорана?

— Конечно, звали!

— И что же?

— А вот позовите его — все сами и увидите. Молодой человек, в котором читатели несомненно узнали графа д'Артуа [16], тоже подошел к двери.

— Лоран! — стуча в дверь, крикнул он.

— Прекрасно! Шутка начинается снова! — произнес голос швейцарца. — Предупреждаю, что если вы опять начнете меня мучить, я позову офицера!

— Что это значит? — повернувшись к королеве, спросил озадаченный молодой человек.

— Это значит, что Лорана заменили швейцарцем, вот и все.

Молодой принц снова принялся звать Лорана, потом стал стучать в дверь, потом поднял такой грохот эфесом шпаги, что взбешенный швейцарец крикнул:

— Ах так? Прекрасно! Сейчас я позову офицера!

— Э, черт возьми! Зови, бездельник! Этого-то я и добиваюсь уже четверть часа!

Мгновение спустя по ту сторону двери послышались шаги. Королева и Андре встали позади графа д'Артуа, готовые воспользоваться проходом, который, по всей вероятности, должен был сейчас перед ними открыться.

Слышно было, как швейцарец объясняет причину шума.

— Господин лейтенант, — сказал он, — это дамы, а с ними какой-то мужчина, который сейчас обозвал меня бездельником. Они хотят ворваться силой.

— Да что же удивительного в том, что мы хотим войти, коль скоро мы живем во дворце?

— Быть может, это и вполне естественное желание, сударь, но это запрещено, — отвечал офицер.

— Запрещено? Да кем же?

— Королем.

— Король приказал вам прогнать своего брата как вора или попрошайку? Я — граф д'Артуа, сударь! Черт подери! Вы многим рискуете, заставляя меня мерзнуть за дверью!

— Ваше высочество граф д'Артуа! — заговорил лейтенант. — Бог свидетель, что я отдам всю мою кровь за ваше королевское высочество, но король сделал мне честь и сказал, доверяя мне охрану этой двери, чтобы я не открывал никому, даже ему, королю, если он появится после одиннадцати. Таким образом, ваше высочество, я смиренно прошу вас простить меня, но я солдат, и если бы я увидел вместо вас за этой дверью ее величество королеву, дрожащую от холода, я ответил бы ее величеству то, что я имел несчастье ответить вам.

Сказавши это, офицер почтительнейше пожелал спокойной ночи и медленно возвратился на свой пост.

— Мы погибли! — сказала королева своему деверю, беря его за руку.

Тот не ответил.

— А кому-нибудь известно, что вы ушли? — после минутного молчания спросил он.

— Не знаю! — отвечала королева. — Я за дверью, а завтра из-за невинного поступка разразится ужасный скандал. В окружении короля у меня есть враг, и я его прекрасно знаю!