Страх. Трамп в Белом доме - Боб Вудворд

Президент повернулся к вдове Оуэнса на балконе и сказал: «Спасибо вам».

Раздались оглушительные аплодисменты.

Вначале Кэррин Оуэнс сдерживала слезы, задыхалась и беззвучно бормотала: «Я люблю тебя, дорогой». Аплодисменты не смолкали, и слезы рекой потекли по ее лицу. Она встала, сложила руки, как во время молитвы, подняла глаза вверх и прошептала: «Я люблю тебя».

Трамп сказал: «Как учит нас Библия, нет большего проявления любви, чем принесение в жертву своей жизни ради друзей. Райан отдал свою жизнь за друзей, за свою страну и за нашу свободу — мы никогда не забудем его».

Аплодисменты и овация продолжались почти две минуты.

«Райан смотрит на нас с небес, — сказал Трамп. — Вы знаете это. И он очень счастлив».

Кэррин Оуэнс улыбнулась и захлопала. Президент поздоровался с ней и обнял в вестибюле после выступления.

Впоследствии, когда Трамп говорил по телефону с семьями других погибших военных, работники аппарата Белого дома видели, с каким трудом это дается ему.

«Это не для него, — сказал Бэннон. — У нет опыта общения с военными. У него никогда не было контактов с семьями военных. Он никогда не сталкивался со смертью». Гибель «родителей маленьких детей» производит на него особенно сильное впечатление. «Это здорово цепляет его, и это проявляется во всем».

Работника, который присутствовал при нескольких телефонных разговорах Трампа с семьями погибших солдат, поразило, сколько времени и эмоциональной энергии Трамп вкладывает в них. Он знакомится с материалами личных дел погибших.

«Я смотрю на его фото — такой красивый мальчик», — сказал Трамп во время одного разговора. Где он рос? Где он ходил в школу? Почему он поступил на службу?

«У меня здесь его личное дело, — продолжил Трамп. — В нем рапорты, где говорится о том, как его любили. Он был отличным командиром».

У некоторых в Овальном кабинете были копии этих документов. Ничего такого, о чем говорил Трамп, они там не видели. Он просто выдумывал. Он знал, что родственники хотят услышать это.

Будет ли международный порядок иметь поддержку в новой администрации Трампа, стало ясно в первый же месяц.

Во время избирательной кампании Трамп всячески поносил Организацию Североатлантического договора (НАТО), 68-летний союз с Европой. НАТО нередко считают самой успешной мерой по противодействию Советскому Союзу в период холодной войны и основой западного единства. Члены организации договорились о коллективной обороне, т.е. согласились считать нападение на одного из них нападением на всех.

Трамп утверждал, что НАТО потеряло свой смысл. Во многом его критика была связана с деньгами. В соответствии с целями НАТО каждая страна-член должна была тратить 2% своего ВВП на оборону. Фактически же Соединенные Штаты вкладывали в оборону 3,5% ВВП, а Германия только 1,2%.

Министр обороны Мэттис планировал выступление в Мюнхене в середине февраля, и к этому моменту администрация должна была определиться со своей политикой в отношении НАТО. Остается Трамп членом организации или выходит из нее?

Как частное лицо Мэттис разносил антинатовские идеи Трампа и называл их «дурацкими». Комментарии Трампа ставили под сомнение многое во внешней политике и в отношениях с европейскими союзниками.

В среду 8 февраля в 18:30 Прибус организовал обед в Красной комнате Белого дома, с тем чтобы Трамп мог услышать аргументы Мэттиса, председателя Объединенного комитета начальников штабов Джозефа Данфорда и нескольких других военных. Он пригласил также Бойдена Грея, который считался столпом республиканского истеблишмента в Вашингтоне. Грей, которому исполнилось 73 года, занимал пост посла США в Европейском союзе в течение двух лет при президенте Джордже Буше-младшем. Помимо этого, он был юридическим консультантом Джорджа Буша-старшего на протяжении восьми лет, когда тот был вице-президентом, и еще четырех лет после его избрания президентом.

Когда все уселись за столом, Трамп решил посплетничать о новостях дня. Сенатор Джон Маккейн, подтверждая свою репутацию диссидента, публично раскритиковал военную операцию США в Йемене.

Трамп обругал Маккейна и сказал, что тот, побывав в плену, выбрал трусливый уход из Вьетнама. По его словам, Маккейн, пилот морской авиации во время вьетнамской войны, чьим отцом был адмирал Джон Маккейн, командующий Тихоокеанским флотом, принял предложение о досрочном освобождении из плена, бросив других военнопленных.

«Нет, г-н президент, — быстро вставил слово Мэттис, — я думаю, что вы ошибаетесь». Маккейн отказался от освобождения, его жестоко пытали и продержали пять лет в Hanoi Hilton^[9].

«О, окей», — сказал Трамп.

Грея, который пять лет прослужил в корпусе морской пехоты, поразило, что министр так прямолинейно поправляет президента и что Трамп, известный своей резкой реакцией на возражения, так спокойно соглашается с этим.

Лишь когда подали десерт, Прибус сказал: «На самом деле нам нужно обсудить проблему НАТО».

Отставной генерал-лейтенант Кит Келлог, начальник аппарата Совета национальной безопасности, представлял это ведомство. Участник войны во Вьетнаме, за которую он был награжден Серебряной и Бронзовой звездами, и участник первой войны в Персидском заливе, Келлог ударился в критику. Вторя высказываниям Трампа, он заявил, что НАТО «устарело», его создали после Второй мировой войны, когда Соединенные Штаты были богаче и противостояли агрессивному Советскому Союзу. Теперь же затраты, которые несут Соединенные Штаты, являются несправедливо высокими по сравнению с затратами европейских союзников. Соединенные Штаты попросту используют.

«Я не согласен с таким взглядом, г-н президент», — сказал генерал Джозеф Данфорд.

«В самом деле? — воскликнул Трамп. — Как вы видите эту проблему?»

Данфорд, военачальник высшего ранга, стал горячо защищать альянс. Это союз, который не следует распускать, и его будет трудно создать вновь. Страны Восточной Европы, в частности Польша, напуганы вторжением Путина в Крым и восточную Украину. В такой ситуации очень важно сохранять солидарность и единство. «Принципиально важно поддерживать единство Европы политически, стратегически и экономически». Он был согласен с тем, что страны-члены должны выполнять свои обязательства по вложению в оборону 2%-ной доли ВВП.

Я полагаю, немцы вполне могут выполнить такое обязательство, и они являются самым важным звеном, — добавил Мэттис.

В разговор вступил Джаред Кушнер. «В виде процентной доли от нашего собственного военного бюджета недовыполнение совсем небольшое, — сказал он. — Несколько центов на доллар».

Прибус предупредил, что 2% — это не обязательство, а всего лишь одна из недавних договоренностей о том, что все страны НАТО должны достичь этого уровня к 2024 г. Это не взнос в НАТО, а обязательство по расходам на оборону.