Охотник - Сергей Александрович Малышонок

— Просто? Нет, — я покачал головой. — Пока ты лежал в больнице, я пытался узнать что-нибудь о тебе. Ничего такого, — сразу открестился я от сомнительного титула сталкера, — только открытые источники, слухи и рассказы знакомых. Ты — хороший человек, Сон Джин-Ву. Тебе не снесёт крышу от растущей силы, ты не станешь мудаком, как эти уроды, что без очень круглой суммы на своём счету не почешутся, даже если мир будет гореть огнём. А значит, доведись нам идти в бой, чего исключать нельзя, я могу не бояться, что в моей спине образуется кинжал, — парня чуть передёрнуло. Да, тема предательства и подстав для него очень не чужда. — Во всяком случае, к таким выводам я пришёл, собрав о тебе немного данных. Надеюсь, что я оказался прав. Однако у меня на сегодня были ещё кое-какие планы, так что давай по-быстрому вернёмся к твоей Системе. Опиши мне, пожалуйста, своё окно Статуса и характеристики, а то есть у меня подозрение, что там не всё как у меня, — вернее, я в этом полностью уверен, ибо прекрасно помню, что у него были какие-то титулы, а ещё параметр «Интеллект», но надо было убедиться…

Сон Джин-Ву. Сильно ошарашенная личинка великого нагибатора.

Мистер Вескер, или «просто Альберт», как он попросил себя называть, ушёл, оставив после себя вопросов куда больше, чем дал ответов на имеющиеся. Как и весь этот день. И прошлый. Хотя теперь у Джин-Ву было пять зелий восстановления «на всякий случай» и обещание сводить через недельку, когда он выпишется, в какое-нибудь Подземелье, чтобы он мог поднять пару уровней, имея прикрытие, и это было… наверное, положительным моментом. Одним из немногих во всём этом.

Всё началось в том проклятом Подземелье. Случайное стечение обстоятельств, случайная трусость части Охотников, и как результат — он оказывается на алтаре, где его протыкает каменными клинками. Один, в темноте последнего погасшего огня, терзаемый болью и отчаянием, не столько из-за себя, сколько от осознания того факта, что его семье придётся очень и очень плохо. И вот смутная галлюцинация, предложение стать Игроком, а после его поглотила тьма. Он уже не думал когда-либо очнуться, и тем сильнее было его удивление, когда он открыл глаза, лёжа на больничной койке.

Но это было только началом. Визиты представителей Ассоциации, странные вопросы и ещё более странные заявления о каком-то «перепробуждении», измерения и… ничего. Сложно сказать, чего он тогда испытал больше, огорчения или облегчения, пожалуй, всё-таки последнего. Привлечение внимания больших воротил от Ассоциации для слабого Е-рангового ничем хорошим закончиться не могло никак. Так что тот факт, что его оставили в покое, посчитав неудачником (уж подобное выражение лица у своих собеседников за четыре года «карьеры» он прекрасно научился разбирать), скорее радовал, чем огорчал.

К дальнейшей радости стоит отнести и визит сестры — единственного оставшегося у него близкого человека. Но та, проведав его, быстро убежала — ей нужно было готовиться к школе и большим количеством свободного времени она похвастаться не могла. А ещё она совершенно не видела висящие перед его носом таблички со странными уведомлениями. Никто их не видел. Тем не менее пару дельных советов она дать смогла — увы, он совсем не разбирался во всех этих компьютерных играх и прочем — у него никогда не было времени на что-то подобное. Да и лишних денег, чтобы спускать на подобные виды развлечений, — тоже. А ещё он слишком устал — сил и желания вникать, что происходит, или выполнять какие-то жуткие для его состояния нормативы не было. А потому он просто уснул.

Сказать, что его пробуждение было поганым — это изрядно преуменьшить. Когда ты приходишь в себя в жаркой пустыне, а за тобой начинают гоняться жуткие монстры-сороконожки размером с три вагона метро каждая, можно смело утверждать — утро не задалось. И ему нужно было продержаться четыре часа. Как он смог это сделать, не будучи сожранным, Джин-Ву не мог понять до сих пор. Но на следующее утро он начал выполнять упражнения едва ли не сразу, как проснулся — повторять опыт знакомства с этими созданиями он очень не хотел. Вот на пробежке он и встретил своего нового знакомого.

Молодо выглядящий иностранец в чёрном кожаном пальто, что стоило, наверное, как две его квартиры, если не все пять. И костюм под пальто, неуловимо напоминающий какую-то униформу, был таким же: дорогим, явно сшитым на заказ точно по фигуре, он сразу выдавал в человеке опытного и очень успешного Охотника, который даже по городу ходит в одежде, максимально приспособленной для боя. От мужчины исходила какая-то аура… что-то странное. Сон Джин-Ву никогда не сталкивался с высокоранговыми Охотниками — им нечего было делать в подземельях Е и D-ранга, куда ходил сам парень, возможно, все они так ощущаются? Эта уверенность в себе, чувство силы… А ещё его поведение было довольно… эксцентричным и странным. Парень мысленно поморщился — слишком часто за последние два дня он пользовался словом «странно», но это звучало определённо лучше, чем «жутко» и «смертельно опасно».

Как бы то ни было, первое впечатление оказалось не совсем верным. Пусть мистер Вескер и подавлял одним своим присутствием, на деле он оказался довольно дружелюбным человеком, что смог пролить свет на то, что происходит с самим Джин-Ву. Пусть многое он и сам не знал, а также рекомендовал всё перепроверить, потому как «отличия в механике вполне могут быть», то, что у них точно совпадало, уже позволило ему избежать ряда глупостей и ошибок. А ведь не просвети его Альберт по поводу Восстановления и ежедневного задания, он бы точно не удержался от применения именно первой награды — уже после трети дистанции в боку отчаянно кололо, а в груди что-то клокотало. После десяти километров он бы точно не удержался от того, чтобы избавиться от этих ужасных ощущений, но объяснение, как работает «система статов», вместе с несколькими зельями удержали его от напрасной траты возможности.

Да, зелья… Удивительная вещь — карманный целитель, убирающий травмы и снимающий усталость одним глотком! Вескер назвал свои эликсиры «малыми», но Джин боялся представить, сколько может стоить такой состав. Меч мистера Ким Сан-Шика, что он нашёл у себя в [Инвентаре] (о котором ему тоже рассказал иностранец), стоил три миллиона вон. Огромные деньги! Раньше бы он не смог надеяться даже коснуться этого меча. Но вот такое снадобье… Даже с учётом того, что оно одноразовое… нет, он даже представить