Горничная Тархана - Злата Романова

– Спасибо за комплимент, – смеюсь я, готовая взлететь от счастья, но смех прерывается новым поцелуем, потому что кое-кто не может держать себя в руках.

Руки Тархана ощупывают мою спину и ягодицы, а когда он лезет под подол, сжимая в кулаке тонкие кружевные стринги, готовый разорвать их одним рывком, я с громким чмоком разъединяю наши губы, чтобы притормозить его.

– Постой! Только не надо рвать на мне трусики, у нас ведь нет времени на секс.

– Твою мать! – ругается Тархан, отстраняясь от меня и тяжело дыша.

Я быстро иду обратно в гардеробную и привожу в порядок свои губы, обновляя помаду, а потом беру ватный диск со средством для снятия макияжа и возвращаюсь к очень сексуальному мужчине в смокинге, который даже не заметил, что измазался в моей помаде.

– Что это? – с подозрением смотрит он на мою руку, когда я приближаюсь.

– Средство для снятия макияжа, – поясняю я с улыбкой. Ничего не могу с собой поделать, губы сами растягиваются до ушей. – Наклонись, я вытру тебя. Ты весь в моей помаде.

Тархан бросает взгляд на мои губы и усмехнувшись, наклоняется. Даже в босоножках на каблуках я не дотягиваюсь до него, потому что он очень высокий и мне это нравится. Когда мы стоим рядом, я кажусь крошечной на его фоне, и меня невероятно это возбуждает, я кажусь себе очень женственной, а уж в его мужественности сомневаться никому и в голову не придет, достаточно бросить один взгляд на этого громилу.

Пока я вытираю его губы и приглаживаю бороду пальцами, Тархан наблюдает за мной внимательными глазами и его взгляд такой интенсивный, что я краснею и забываю, как дышать, взволнованная тем, с каким голодом и восхищением он смотрит. Ни один мужчина никогда так не смотрел на меня, и я никогда не чувствовала себя такой желанной. Сейчас мне больше не приходится убеждать себя, что эти взгляды ничего не значат, что я просто игрушка для секса. Теперь, когда Тархан обозначил, насколько он серьезен, когда он признался, что хочет не только жениться, но и завести детей, именно со мной из всех женщин, которых мог бы получить, я позволяю себе наслаждаться его обожанием, не боясь обмануться в своих ожиданиях.

– Я не хочу никуда идти, – жалуется он, снова сжимая мою попу в ладонях и вжимаясь каменным стояком мне в живот. – Ты охуительно выглядишь сегодня, Аля, тебя нельзя выпускать из дома в таком виде.

– Тогда давай останемся, – кладя руки ему на грудь, предлагаю я.

От него так хорошо пахнет, что мне хочется просто уткнуться лицом в крепкую шею, а еще лучше поцеловать, оставляя красные следы на смуглой коже и пробуя ее на вкус языком.

– Нельзя, – вздыхает Тархан, целуя меня в макушку. – Мы и так опаздываем. Пойдем, если ты готова.

Нехотя отстранившись, я беру сумочку, в которую поместилась только помада и пудра, и захватив также свой телефон, выхожу из спальни, глубоко вдыхая и настраивая себя на тяжелый вечер.

***

Все оказывается легче, чем я думала. Мы с Тарханом приходим, нас сразу же перехватывает круглый, как колобок, мужчина, который болтает без умолку десять минут, пока я скольжу взглядом по гостям и скучаю, а потом такое происходит раз за разом. Тархан представляет меня, как свою невесту, я получаю комплимент и потом обо мне забывают, потому что всем не терпится поговорить с моим женихом.

– Вот что случается, когда ты всем отказываешь во встрече, – в какой-то момент хмыкает рядом знакомый голос и появившийся из ниоткуда Максим протягивает мне бокал шампанского. – Здравствуй, Альбина. Шикарно выглядишь.

– Спасибо, – нерешительно улыбаюсь я, беря бокал и оглядываясь на Тархана.

Он только что избавился от назойливого просителя и теперь внимательно изучает брата, кладя руку мне на бедро и притягивая к себе вплотную.

– Ты что-то не спешил появляться.

– Я был занят, – с непонятным мне намеком отвечает Максим. – Уже видел Стаса?

– Вон там, – кивает куда-то в сторону Тархан и проследив за его взглядом, я вижу жениха Лианы Стаса и ее саму рядом с ним.

Я думала о Лиане после ее отъезда и я очень сочувствую бедной девочке, но к моему облегчению, она сегодня выглядит на удивление счастливой. Смеется чему-то, что сказала ей стоящая рядом женщина и держится за руку Стаса, бросая на него взгляд, чтобы убедиться, что тот тоже слушает, видимо, очень увлекательный рассказ женщины.

– Мы можем поздороваться? Я давно не видела Лиану, – спрашиваю я у Тархана, но он мрачно смотрит на меня, отрицательно качнув головой.

– Не сейчас. Я не могу подойти к Стасу первым, а ты моя невеста, Аля, так что тоже не можешь.

– Почему? – не понимаю я.

Я обычно не задаю вопросов, но Тархан для меня – закрытая книга, когда дело касается его работы и странных людей, которые иногда приходят в дом. Даже сегодня вечером, люди, которые подходили к нему, хотя и не вдавались в детали, словно подошли просто поболтать и поздороваться, но явно намекали на что-то большее, а пару раз упоминалось имя Попа. Я и раньше его слышала, но даже после смерти, люди вокруг Тархана продолжают о нем говорить.

– Позже расскажу, сейчас не время. Пойдем-ка, лучше, поздравим юбиляра, пока нас снова не захватили в плен, – игнорируя насмешливо усмехающегося брата, тянет он меня в сторону.

Явно что-то происходит, Максим слишком загадочный сегодня, а Тархан раздраженный, но я ничего не понимаю и меня это начинает тяготить. Мы поздравляем именинника и отходим в сторону, я кладу уже опустевший бокал с шампанским на поднос официанта, но взять другой бокал мне не позволяют.

– Сегодня ты пьешь только то, что принес тебе Макс или я, – деликатно отводя мою руку от бокала с напитком и целуя в ладонь, говорит Тархан.

– Ладно, – соглашаюсь я, все больше начиная волноваться.

Этот прием по типу поболтать и выпить. Никаких накрытых столов, только богато декорированный зал с танцполом и живым оркестром, бар, где можно заказать напитки, а из еды лишь эстетичные закуски, которые разносят официанты.

Женщины-гостьи все в красном, кто-то, как я, выполняет функцию молчаливой спутницы, кто-то оживленно дискутирует, и мое внимание привлекает одна дама, которая очень эмоционально разговаривает с двумя мужчинами недалеко от нас. Ей, наверное, минимум лет семьдесят, она высокая и худая, одетая в алый брючный костюм, с уложенными волосок к волоску седыми волосами