Великие Дома Империи - Ян Анатольевич Бадевский

Выбрав рыжего котёнка со здоровенными ушами и наглой мордой, я договорился, что заберу его утром в субботу. Выписал чек на половину суммы, чтобы забронировать рыжего ушлёпка, оформил договор и, довольный собой, отправился восвояси.

— Домой? — поинтересовался Демон.

— Нет, Паша. Меня интересует вот этот мужик.

Я достал из рюкзака блокнот, раскрыл на нужной странице и протянул своему телохранителю.

Время близилось к двум часам, а мне ещё надо заскочить к Строгановым, чтобы передать модные британские рецептики. Поэтому я выбрал одного из самых проблемных друзей Лютого — тот жил рядом с питомником.

— Уверен? — переспросил Демон.

— Конечно. Я же тебе сказал: чем сложнее, тем лучше.

Верность не растёт на пустом месте.

Если у человека беда — помоги ему.

И получи надёжного соратника.

Глава 29

Зураб Элиава снимал комнату в гостевом доме. Снимал до апреля, пока в Атлере не начнётся сезон. Ну, сезон, конечно, в мае, но Зураба, насколько я понял, вышвырнут гораздо раньше.

Дело в том, что Зураб был нариком.

И очень плотно сидел на неизвестной мне дряни, именуемой «золотым порошком». Знаете, в этом мире фармацевтика развилась очень сильно, и кое-где опережала реальность, из которой я прибыл. Опережала по той простой причине, что вещества усиливались каббалистами и хиропрактиками, приобретая дополнительные свойства. Как, например, этот порошок.

Демон объяснил мне, что вещество дорогое и достать его непросто, но Зураб справился с задачей. Жизнь у этого пилота, разумеется, слетела под откос гораздо раньше. Зураб служил в элитном подразделении Армии Эфы, хорошо зарабатывал и считался одним из лучших штурмовиков своей бригады. А потом в городе началась эпидемия перуанской кори или чего-то подобного. Двое детей Зураба, мальчик и девочка, умерли. Пилот запил, жена его бросила. Пришлось уйти в отставку. Какая-то заначка у Элиавы оставалась, и немалая, но кто-то подсадил бывшего солдата на порошок. Вот и опустился некогда могучий воин, левитатор, на самое дно.

— Не знал, что левитаторы пилотируют мехов, — сказал я, когда Демон подъехал к гостевому дому и заглушил двигатель. — Разве их не проще отправлять на дирижабли?

— В экипажах дирижаблей есть левитаторы, — согласился Демон. — Но Зураб открыл в себе склонность к пилотированию. Он один из немногих, чья способность распространяется на массивные предметы.

— В смысле?

— Зураб умеет летать вместе с мехом.

— Да ладно!

— Ну, не то чтобы долго и далеко, — опустил меня на грешную землю командир гвардии. — Это как… прыжки с зависанием. Иногда — очень впечатляющие прыжки. На десятки метров.

Я открыл рот, чтобы сравнить умение Зураба с лунными прыжками космонавтов, но потом вспомнил, что в этом мире никто никогда не летал на Луну. Даже Незнайка. Из-за запретов инквизиции ракетостроение не развилось до надлежащего уровня и об освоении космоса никто не помышляет.

К слову, фантастика у них есть.

В библиотеке мне попадались любопытные книжки современных писателей, где одарённые телепортировались на Марс, создавали там колонии и плавали по каналам. Да-да, вы не поверите, но многие тут верят, что марсианские каналы заполнены водой. Астрономы, конечно, ведут наблюдения, но… Кому они нужны? Нет практического применения — нет и надлежащего финансирования. Вот такой удивительный мир.

Двери поползли вверх.

— Ты же в курсе, что Хасан под Убытком ходит? — невинно поинтересовался я.

Лютый уже собирался вылезать из кресла, когда прозвучал вопрос.

— В курсе.

— Убыток наверняка крышует и это, — я выбрался наружу, прихватив трость. — Порошок.

Демон пожимает плечами:

— Скорее всего. Но знаете что, шеф? У каждого свой путь и свои связи. Вот вы убиваете за деньги. Хасан скупает краденые клинки. Кто-то торгует порошком, кто-то его покупает. Глупо винить автомобильный завод в том, что твой друг попал в аварию.

— Логично, — согласился я. — Но учти, если Зураб не просто торчок, а ещё и дилер… или там закладочки делает… наши интересы пересекутся с интересами местных группировок. И это повлечёт за собой виток войны.

— Учту, — кивнул мой телохранитель.

Жизнь — переменчивая стерва.

Ещё вчера я выполнял заказы Убытка, даже спасал его шкуру от нехороших людей из враждующего синдиката. А сегодня готов разделаться с каждым, кто попытается наехать на моего нового пилота.

А будет ли пилот?

Вот сейчас и посмотрим.

Калитка гостевого дома оказалась незапертой, и мы осторожно проникли внутрь. Дорожка, мощёная тротуарной плиткой, вывела нас к двухэтажному обшарпанному зданию, одна стена которого была обшита металлочерепицей. Наверх тянулась узкая и крутая лесенка, вливающаяся в широкую террасу под навесом. Именно туда и направился Демон.

— Чего нам ждать? — спросил я.

— Да чего угодно, — бросил через плечо Демон. — Поэтому я иду первым.

Спорить я не стал.

Поднявшись на террасу, мы остановились у крайней двери. Хозяева нас встречать не вышли, пса я не заметил. Ленивый полосатый котяра, дремавший на стиральной машинке, открыл один глаз, зевнул и снова закрыл. Я погладил зверька за ухом, и тот довольно заурчал.

Демон нажал кнопку звонка.

Никто не спешил открывать, и тогда мой телохранитель зашёл внутрь. Дверь тихо скрипнула. Мы оказались внутри тёмного помещения, провонявшего… даже не знаю чем. Старыми носками, дешёвыми сигаретами, приторно-сладкой дрянью, остатками еды… Так пахнут притоны, коих я повидал немало за годы своих перерождений.

Комнатушка была засрана до невозможности.

Хаос — вот имя тому, что я увидел.

Гора грязной посуды в мойке, остатки еды на обеденном столе, тихо бормочущий в углу радиоприёмник, допотопный шкаф с потрескавшимся лаком на створках, шмотки на кресле, не заправленная кровать и валяющееся на ней тело.

В конвекторе у окна горел слабый огонёк.

Комната, судя по запаху, давно не проветривалась.

Мы с Демоном переглянулись.

— Это он? — одними губами прошептал я.

— Он, — подтвердил Лютый.

Шагнув к столу, я увидел приборчик, смахивающий на бонг или миниатюрный кальян. Стеклянная колба приборчика была до середины заполнена чёрным пеплом. Рядом лежал спичечный коробок, открыв который, я обнаружил шарик из фольги. Любопытство переселило отвращение. Развернув фольгу, я увидел остатки золотого порошка. Буквально несколько грамм. А так и не скажешь, что жуткая синтетическая дрянь. Ощущение такое, что старатели золотого песка намыли