Ян и Инь 2. Путь к свободе - Ник Вотчер

Командир задумчиво изучил предметы, после чего позвал какого-то худого типа, с длинными усищами.

— Что скажешь? Ничего не напоминает?

— Стальное копыто? — через пару минут ответил усатый.

— Похоже не то, — как-то невесело вздохнул Степан.

— Откуда это у тебя? Я, конечно, не уверен, но, если это действительно они, то…

— Всё, спасибо. Можешь идти. И постарайся много не болтать.

Усатый нахмурился, посмотрел на меня исподлобья и ушёл, закрыв за собой дверь.

— У нас проблемы? — спросил я полусотника, спустя несколько минут молчания.

— А? — Степан оторвался от лицезрения чего-то за окном и перевёл взгляд на меня. — Ты всё ещё тут? — словно удивился он.

— Ну, да… — протянул я. — Так что? Кто это такие?

— Это? Это проблемы, — покачал головой Степан. — Отличные воины, очень быстрые, бьются всегда до последнего. Единственное, что хоть как-то утешает, это то, что они очень редко пользуются луками, предпочитая бой лицом к лицу.

— Пока я не услышал ничего такого, из-за чего стоило бы переживать.

— После победы, они съедают сердца поверженных врагов и срезают уши. Видел у них на шеях что-то подобное?

— Я… да, видел. Но я думал, что это уши. Даже не подумал об этом!

— Теперь знаешь. Вам повезло, что вы с ними справились. Обычно их командир довольно сильный духовед.

— Сунсний эзэн, — задумчиво протянул я.

— Что? А! Да, сунсэны, — кивнул Степан. — Ты правильно делаешь, что начал изучать их традиции. Ещё бы язык тебе их подтянуть. Ты, случайно, по монгольски не говоришь?

— Пока нет, а что?

— Я просто знаю нашего сотника. А ещё до меня дошли слухи, что он хочет попробовать заслать кого-нибудь в войско монголов.

— Глупо, — замотал я головой. — Да они же сразу раскусят таких шпионов!

— Возможно. А может и нет. Ты просто мало про них знаешь, но у них есть традиция, формировать отряд из недобитков. Из остатков разбитых отрядов или тех, кто сбежал из боя. Хотя, чаще таких казнят, разрывая лошадьми. Не любят они трусов.

— А кто их любит?

— Тут ты прав, Ян. Никто таких не любит. Ладно, иди к нашим, поешь, отдохни, переоденься, а я пойду передам старшим то, что ты мне тут рассказал.

— А мне с тобой не надо?

— Не думаю. Отдыхай давай.

Я с удовольствием послушал совета Степана и вскоре уже вовсю наворачивал холодную похлёбку, не забывая закусывать чёрствым ржаным хлебом.

Когда я уже доедал, в помещение, приспособленное под столовую, ворвались Макс и Макар. Они моментально увидели меня, сидящего за столом у окна, и спустя пару секунд уже сидели рядом, не забыв на радостях хлопнуть по спине и плечу.

— Я знал, что ты не пропадёшь, — выдал Макс, довольно улыбаясь. — Тебя убить, это ещё постараться надо. Ты живучий, как… как не знаю кто!

— А я тоже верил, что с тобой всё в порядке! — вставил Макар. — Мы, когда увидели, что тебя нет, хотели развернуться, честно! Но Степан приказал не останавливаться.

Говоря это, он сжал кулаки, сгорбился и опустил голову.

— Прости, что не вернулись. Степан, он так надавил, что я просто не смог ослушаться.

— Да брось ты! — отмахнулся я. — Не кори ты так себя, у меня к вам претензий нет. Я сам виноват. Точнее, просто не повезло. Не умирать же всему отряду из-за оступившейся лошади одного бойца.

— Всё равно, не дело это, бросать своих, — нахмурился Макс.

— Ребят, Степан всё верно сделал…

— Но…

— Верно! — перебил я приятеля, слегка повысив голос. — Хороший командир должен быть жёстким и не знать сочувствия. Хороший командир должен быть готов пожертвовать малой частью отряда, чтобы спасти большую. И хороший командир НЕ должен отправлять весь отряд на смерть, ради одного бойца. Тем более, если даже не известно, жив он или нет.

— Значит, я не хочу быть хорошим командиром, — негромко произнёс Макс, поджав губы.

— Я тоже, — поддержал его Макар.

— А придётся, Макс. И, думается мне, весьма скоро.

— Ты это о чём? — не понял Макар. — И почему только Макс?

— Потому что наши с Яном духи развились до полуразумных, — вместо меня ответил Макс, бросив в мою сторону короткий взгляд. — Думаешь, нас могут назначить десятниками и дать нам в подчинение людей? Сейчас?

— Кто знает, — я пожал в ответ плечами и вернулся обратно к еде. — Но стоит быть к этому готовым. И сразу же готовиться быть жестоким засранцем.

— Полуразумные! Ого! Поздравляю! А чего раньше не сказали? — Макар чуть ли не подпрыгнул на стуле от возбуждения.

— Да… как-то к слову не пришлось, — Макс вновь взял на себя роль отвечающего на вопросы, поняв, что я полностью сосредоточен на еде и уже набил рот хлебом.

— Эх! Я тоже так хочу! Побыстрее бы…

«И это вполне может ему помочь уравновесить энергии в своём организме…» — голос Иня раздался так внезапно, что я от неожиданности подавился и закашлялся.

От позорной смерти меня спас сильный удар по спине. Увидев, что мне полегчало, Макс вопросительно на меня посмотрел, но я лишь помотал головой.

После еды, ребята показали мне, где можно было упасть и поспать хоть пару часиков. Но, прежде, чем провалиться в царство снов, мне пришлось рассказать им обо всё, что со мной произошло. Такое ощущение, что я за последние несколько часов говорил больше, чем за неделю до этого.

Не знаю, сколько я проспал, но явно недостаточно, чтобы полноценно отдохнуть. Разбудил меня чей-то крик, который оповестил всех о том, что полусотник срочно нас всех собирает.

Игнорировать такое было нельзя, поэтому я встал с лежанки и отправился вслед за остальными, страдальчески морщась от боли в затёкшем теле. По пути встретил друзей, которые, как оказалось, тоже решили воспользоваться моментом и подремать.

Собрались мы на улице. Солнце уже перевалило за полдень, так что выходит, что я проспал явно больше четырех-пяти часов. Все члены отряда подтянулись в течение минуты, и я насчитал всего тридцать шесть человек.

Часть людей была в лазарете, но даже так, выходило, что под командованием Степана осталось чуть больше четырёх десятков. Интересно, а командование учитывает это