Измена. Без права на дочь - Анна Томченко

 К черту.

 — Он все равно будет моим, — твёрдо заверила меня Катя, и мне нет бы сделать шаг вперёд. Нет. Я зачем-то склонила голову к плечу и задумчиво посмотрела в толпу людей. А потом меня понесло.

 — Ты же знаешь его больше меня, — на лице Катерины скользнуло непонимание, неуверенность. Она перехватила поудобнее миниатюрный клатч до белых пальцев, сжимая его бок. — Ты ведь с ним долго встречалась. И потом… Вы же общались…

 — И что? — вызов в глазах Катерины был сомнительным, словно она не знала, что от меня ожидать.

 — А то, что должна была за все это время понять, что Влад ни твой, ни мой…

 Я намеренно сделала большую паузу, чтобы поймать недоуменный взгляд Катерины и, слегка наклонившись к ней, тихо сказать:

 — Он навечно принадлежит только маме своей…

 Классик был прав, говоря про языки, что страшнее пистолета. Мой вот сейчас просто полосовал бритвой. И Катя вздрогнула от последних слов, закусила нижнюю губу, став удивительно похожей на маленькую девочку, у которой отобрали конфету. Поделом.

 Я все же шагнула вперёд, выискивая среди толпы Илью, но то ли напитки кончились, то ли время растянулось слишком сильно. Я успела обойти несколько колонн, которые разграничивали холл. Вновь поискала глазами «своё сопровождение», но наткнулась на Влада, который как раз пробирался в сторону Катерины. Я отвела глаза, чтобы ненароком меня не узнали, но, видимо, вся атмосфера сегодняшнего вечера уже пропиталась фатальными случайностями, потому что от внимания Владислава я передернула плечами и тяжело вздохнула. Влад сменил курс и теперь приближался ко мне. Я даже спиной к нему повернулась. Но это не уберегло меня от восхищённого:

 — Аглая? — в голосе сомнение, как будто обознался, но я, понимая, что сбежать не удастся, развернулась и уставилась стеклянным взглядом на Влада. Он просветлел лицом, словно его там, подальше, не ждала беременная невеста, а потом выдохнул: — Ты безумно красивая.

 Какая-то часть меня сейчас сильно обрадовалась, а какая-то колко заметила:

 — Но недостаточно, раз ты продолжаешь врать про Катюшу…

 Влад отшатнулся от меня, словно получил обидную звонкую пощёчину, и теперь обиженно смотрел, укоряя взглядом. Я давно вышла из того нежного возраста, когда могла бы смутиться от пристального внимания, поэтому только сложила руки на груди.

 — Аглая, это все очень глупо выглядит, — начал Влад, но я сегодня само добродушие, поэтому, не дав договорить, перебила:

 — Не глупее меня, которая смогла допустить мысль, что что-то изменится и ты повзрослеешь…

 — Все вообще не так, — Влад сделал резкий шаг навстречу, но я успела выставить предупреждающе ладонь.

 — Меня это не интересует, просто потому что это твоя жизнь. Самое главное — не вмешивай меня и Иду в неё.

 Влад замер, словно натолкнувшими на стеклянную стену. Его пальцы, что сжимали ножку бокала, дрогнули, чуть не расплескав напиток.

 — Глаша, — назвал меня домашним именем Влад, и я похолодела. Тут же вернулась в один из осенних вечеров с имбирным печеньем и горячим какао, которое сверху украшено сливками. И Владислав в тот вечер до икоты меня щекотал, залезал холодными пальцами — мы долго гуляли в парке — под домашний свитер, а потом и вовсе задирал его, чтобы губами чертить узоры на моем животе. И называл Глашей. Теперь именно такой вариант имени меня ранил больнее всего. — Просто послушай…

 — Хватит, — с дрожью в голосе попросила я, часто моргая, чтобы не позволить воспоминаниям пробиться наружу. — Мне неинтересно.

 Я отшатнулась, забывая, где нахожусь. Хотелось без оглядки бежать в неизвестность, только бы подальше отсюда.

 — Ты не понимаешь, Аглая, — все же продолжал Влад, тесня меня к стене шаг за шагом. — Такие союзы, как у нас с Катей, не разрываются в одно мгновение. Как только станет понятно, что между нами ничего нет, ты и Ида попадёте под удар. Я не хочу…

 Что он не хочет, узнать не удалось, потому что Илья наконец-то появился на горизонте. Но паника только сильнее нарастала, и я ничего не могла поделать, чтобы избежать встречи Ильи и Владислава. Это некрасиво будет и неловко. По отношению к Илье. Но он, не подозревая ничего такого, подошёл и только тогда заметил Влада.

 — Аглая, все хорошо? — как-то сразу посуровев, спросил Илья и встал рядом со мной. — С кем имею честь?

 Игнорировать Влада было бы глупо, поэтому Илья, не дождавшись от меня ответа, посмотрел на Влада. Тот поджал губы и слишко холодно, чтобы это могло сойти за деловой тон, сказал:

 — Владислав, отец дочери вашей спутницы.

 И расплылся в такой наглой улыбке, что мне немедленно захотелось швырнуть ему в лицо бокал с напитком. А Илья даже бровью не повел, лишь расправил плечи и не менее холодно произнёс, протягивая руку для рукопожатия:

 — Илья, будущий отчим вашей дочери.

 Глава 39

 Воздух сгустился, и его можно было резать ножом. Я неотрывно смотрела на Илью и Влада, не понимая, к чему такой колкий обмен любезностями. Их рукопожатие не разрывалось, словно они старались пересилить друг друга. У Влада потемнел взгляд, напряженная спина Ильи тоже не настраивала на доброжелательный лад. Я поискала среди людей Катерину, вот сейчас я ей была бы рада. Очень.

 — Не поторопились с планами? — саркастично спросил Влад.

 — Думаю, это вы опоздали, — в тон ему отозвался Илья, а потом добавил: — Года так на три…

 Я думала, Влад сейчас сорвётся — и все, не выдержит этой игры взглядов, но вместо этого он усмехнулся и прервал рукопожатие.

 — Не вам об этом судить, — а подтекстом так и слышалось: «Не твоего ума это дело».

 Я с печалью поняла, что если двое мужчин решили выяснить отношения крики, что не стоит, не надо, ничем не помогут. Но все же предприняла попытку хоть как-то исправить ситуацию и шагнула к Илье, вытащила из его пальцев бокал с соком и, пригубив, сказала, переключив внимание на себя:

 — Думаю, нам пора…

 Илья отвлёкся от Влада и посмотрел на меня. Я постараюсь улыбнуться так, чтобы не было заметно, как меня лихорадит от всей этой ситуации. Илья кивнул. Только лицо у него было полностью без эмоций.

 — Ну, Глаша, мы ведь