Как ГМО спасает планету и почему люди этому мешают - Анна Витальевна Иванова

https://commons.wikimedia.org/wiki/File: Giovanni_Stanchi,_Watermelons,_Peaches,_Pears,_and_Other_Fruit_in_a_Landscape.jpg

Джованни Станки. Натюрморт с арбузами, персиками, грушами и другими фруктами. Около 1645–1672, Рим

Каким бы ни было искусство, оно всегда является способом познания и осмысления окружающего мира. И разные художники в разные времена по-разному подходят к этой задаче. Кто-то акцентирует внимание на анатомической верности, композиции и пропорциях (классицизм). Кто-то на эмоциональной составляющей (барокко). Даже пытаясь найти что-то нетрадиционное, инаковое (романтизм), художники вплоть до начала XX века остаются документально точными. А вершиной этой документалистики являются жанры портрета и натюрморта.

Один из первых самостоятельных натюрмортов – «Корзина с фруктами» Караваджо (1596). Художник подробно фиксирует мельчайшие детали – прожилки на листьях, пятнышки на яблоках и виноградинах, червоточинки, блики. Особенной любовью к натюрморту славились голландцы. Благодаря им мы можем знать, как выглядела посуда XVII–XVIII веков, что люди ели на завтрак, обед и ужин, каким все это запивали вином, и даже немного догадываемся о смысле изображенного. Соединяя данные, получаемые из различных источников – картин, писем, книг, археологических находок, архивных записей и даже бухгалтерских ведомостей, – историки воссоздают максимально подробную картину жизни прошлых эпох. История – точная наука. Ее изучение очень похоже на сбор прекрасного пазла: для получения картинки требуется собрать воедино разные факты. А каждый факт – кусочек пазла – не существует сам по себе, в отрыве от других. Так, например, натюрморты некоего голландского мастера прошлых столетий для науки важны не столько сами по себе, сколько в контексте той эпохи, когда они были созданы. Так, по другим источникам мы знаем, что голландские натюрморты символичны: каждый предмет не случаен – это послание[220]. А для наибольшей точности послания оно должно быть и максимально точно изображено, чтобы избежать любых искажений смысла.

Возьмем натюрморт с цветами. Изобразить их требовалось максимально точно, ведь от того, насколько точно передан цветок, его сорт и оттенок, зависело во многом значение изображенного на картине и даже удовлетворенность заказчика (картины очень часто писали именно на заказ). Рынок тюльпанов в Голландии, пожалуй, известен всем. Луковица редкого сорта тюльпана могла стоить совершенно баснословных денег[221]. Тюльпанами торговали на бирже наряду с золотом, специями и другими ценностями. А значит, крайне важно было изобразить тюльпан так точно, чтобы в богатстве владельца картины и его садоводческих навыках ни у кого не возникло сомнений.

Для расшифровки значений букетов существовали целые альбомы – владеть искусством составлять послания и понимать их смысл было важным светским навыком. В общих чертах смысл цветочного натюрморта (картинка выше) сводится к бренности бытия и краткосрочности земной жизни. На нем художник соединяет вместе едва распустившиеся бутоны, засохшие листья и опавшие лепестки. Еще закрытые бутоны рядом с распустившимся ярко-красным махровым маком. Полевые цветы (фиалки, незабудки) носят значение добродетели. Иногда символика картин может быть амбивалентной, например фрукты – символ жертвы Христа, но фрукты с гнилью или червоточинами – символ греховности. Изображение рыбы – символ Христа, устрица – намек на плотские утехи, мясо – символ чревоугодия, и т. д.[222]

https://upload.wikimedia.org/wikipedia/commons/thumb/4/4e/Jan_Davidsz_de_Heem_002.jpg/1280px-Jan_Davidsz_de_Heem_002.jpg

Ян де Хем. Натюрморт с цветочной вазой. Ок. 1645. Национальная галерея искусства. Вашингтон

https://upload.wikimedia.org/wikipedia/commons/thumb/1/1e/Canestra_di_frutta_%28Caravaggio%29.jpg/350px-Canestra_di_frutta_%28Caravaggio%29.jpg

Караваджо, Корзина с фруктами. 1596

Таким образом, каждый предмет имеет свое значение и должен быть изображен чрезвычайно точно для его сохранения. Понимая все это, давайте вернемся к началу главы и ответим на вопросы: сколько же фантазии в картинах художников тех времен? Можем ли мы полагать, что предметы изображены с максимальной точностью?

И историки с искусствоведами отвечают нам – да. Можем. Но что же тогда не так с пресловутыми арбузами?

Если выстроить картины в хронологическом порядке, можно заметить, как меняются на них одни и те же объекты, становясь все более похожими на те, что привычны нам.

Давайте рассмотрим «Натюрморт с фруктами, овощами и сценой ужина в Эммаусе» Флориса Герритса ван Схотена. Попробуйте отыскать на ней морковь. Подсказка: бледные корешки за спиной у девушки – это вовсе не она. Скорее всего это корни пастернака или петрушки. Морковь же здесь (возле правой руки героини) фиолетовая! Да, сейчас нам намного более привычна ярко-оранжевая. Мы даже говорим «морковный цвет» и всем сразу понятно, что это вовсе не фиолетовый. Но только благодаря тому, что такой выбор за нас много лет назад сделали селекционеры, предпочитая разводить ее гораздо чаще. Фиолетовые сорта не утеряны, и вы сможете без больших усилий найти их семена в интернете. Но массовый рынок XX и начала XXI века принадлежит рыжебокой красотке безраздельно[223].

https://upload.wikimedia.org/wikipedia/commons/2/21/Stilleven_met_vruchten_en_groenten_met_op_de_achtergrond_Christus_en_de_Emmaüsgangers_Rijksmuseum_Amsterdam_SK-A-2058.jpg

Флорис Герритс ван Схотен. Натюрморт с фруктами, овощами и сценой ужина в Эммаусе. 1651, Амстердам, Гос. музей

С детства я очень любила читать. Особенно разные приключения отважных мушкетеров, путешественников и пиратов, разворачивающиеся лет 200–300 назад. Разумеется, в тех романах было немало прекрасных дам. И неизменно кожа у них была «как свежий персик». Это сравнение заставляло меня искренне недоумевать: перед глазами представали хорошо знакомые образы персиков – шершавые, желтоватые (а то и вовсе ярко-желтые) с отчетливо красными боками. Ну нет, представить себе такую кожу у королевы, за подвесками для которой отважно отправились мушкетеры, у меня совершенно не выходило! Но взгляните на «Натюрморт с артишоками, редисом, спаржей, сливами и персиками в корзине» Якоба ван Хюльсдонка – и вы увидите их! Мелкие, на вид гладкие, бледно-розовые. Вот такой кожу возлюбленной отважного пирата представить мне значительно проще. Кстати, с артишоками на картине что-то тоже не так. Впрочем, как и с редисом (да, это кривые длинные белые корешки, торчащие из корзины).

https://3.404content.com/resize/730x-/1/91/C5/2125479235341780049/fullsize.jpg

Флорис Герритс ван Схотен. Сцена на рынке с двумя торговками овощами и фруктами. До 1655, Амстердам (здесь еще более розовые персики)

https://arthive.net/res/media/img/oy800/work/855/372105.jpg

Якоб ван Хюльсдонк. Натюрморт с артишоками, редисом, спаржей, сливами, черешней и персиками в корзине. XVII век. Частная коллекция

Вот еще пример, натюрморт Vanitas Марии ван Остервейк. Посмотрите на этот скромный початок кукурузы и жиденькие, по современным меркам, колоски пшеницы. Разве сравнится это с тем, что мы привыкли видеть?

https://upload.wikimedia.org/wikipedia/commons/b/b3/Maria_van_Oosterwijck%2C_Kunsthistorisches_Museum_Wien%2C_Gemäldegalerie_-_Vanitas-Stilleben_-_GG_5714.jpg

Мария ван Остервейк. Vanitas. 1668. Вена

Даже погружаясь в пучину