Туда, не знаю куда - Анна Ахрем

Когда кузнец, хлопнув себя по коленям, стал медленно подниматься с лавки, я поежился. Только бы пронесло, Великий Омм, только бы пронесло!

Фигушки!

— Гномастый гном! — рявкнула бородатая рожа. — Я вызываю на бой тебя!

Глава 29

Бой

На арену выходил на полусогнутых, про себя надеясь на удачу и Бога Омма. Я, конечно, вроде как «подготовился» к бою, но мой план, чем больше я думал о нем, тем больше попахивал откровенным идиотизмом. Получится ли?.. А если нет, то чего я буду делать?

Кузнец, похрустывая костяшками пальцев, не спеша выдвигался в круг арены, под бурные аплодисменты родичей.

Я же, пару раз резко вздохнув и выдохнув, также подбежал и стал напротив соперника. Ну что ж… Надеюсь, моя задумка сработает…

Итак, начинаем!

Как только Могучий Бурдюк махнул рукой, объявляя о начале боя, я, резко присев на корточки, кувыркнулся в сторону.

Да! Чуйка меня не подвела! Кулак кузнеца уже впечатывался в землю там, где я только что стоял. Однако, быстрый староста! При его то комплекции…

Хотя… Как раз кузнецу хорошая реакция нужна. Без нее кузнец со временем рискует превратиться в обузу для своей семьи.

Не медля, пока кузнец не успел очухаться, забежал ему за спину и, резко сжав ноги в коленях, запрыгнул ему на плечи.

Расчет был до банального прост. Руна баланса… Именно ее я вчера тщательно корябал на подошве своих ботинок.

Что мне помогло придумать мой дурацкий план? Наблюдательность и куча братьев… Некоторые из них, хоть и младше меня, но плечистее в разы. Воины, одно слово… Тот же Горр, к примеру, все свободное время проводит в зале с оружием для тренировок. В этом же зале я давно приметил странную штуку — бревно, обитое мягким войлоком.

Ребята на тренировках к нему периодически подбегали для того, чтобы почесать спину между лопатками. Именно там, как правило, у самых плечистых и здоровых слепая зона, куда им ну никак не достать.

Об этой штуке я вспомнил сразу, когда задумался о целости своей шкуры. Что бы там староста деревни не удумал, как бы бой ни шел — я должен обеспечить себе безопасность. Ради своей цели! Ради Пангеи!

Ну а там уже, оказавшись в безопасности, можно будет легонько чем-нибудь поцарапать кузнеца и быстро с этой «первой кровью» окончить бой, и тихо мирно разойтись.

Именно так как-то думал я, царапая на ботинках руну баланса в надежде на то, что она поможет мне удержаться на широкой спине кузнеца.

Радужные мечты, радужный план, радужный я…

Реальность оказалась смешнее планов в разы. Нет, я удержался на спине! Более того, прекрасно удержался! Усиленные кровью руны — это действительно чудо!

Но вот кузнец… Как только он почуял тяжесть гнома, взгромоздившегося ему на плечи, будто взбесился!

— А-А-А-А-Ы-Ы-Ы-А-А-А!!! — кричал кузнец, пытаясь сбросить меня со спины.

— А-А-А-А-Ы-Ы-Ы-А-А-А!!! — кричал я, пытаясь удержаться на спине кузнеца, который сразу начал брыкаться и дергаться.

— Не выбегать за круг арены! Не выбегать! — орал Бурдюк, пытаясь вернуть разум взбесившемуся старосте деревни.

Ах ты ж! Кузнец, остановись ты хоть на минутку! Ща я тебя чем-нибудь поцарапаю и мы быстренько закончим этот бой!

Фигушки…

Кузнец не прекращал носиться, как угорелый, ну а я — само собой — сосредоточил все силы на том, чтобы удержаться. Кажется, для этого мне пришлось вцепиться руками в его густую шевелюру на голове.

Публика настолько ошалела от увиденного, что некоторые начали вскакивать со своих мест. Кто-то просто для того, чтобы лучше увидеть происходящую на арене дичь, кто-то чтобы поорать что-то позабористее из разряда: «Ого-го, чёй ентот гном вытворяить, то!».

Я в этот момент «вытворял» единственное, на что был способен — просто крепко держался за кузнеца, про себя который раз убеждаясь в том, что скачка вот вообще не гномье дело. Ни на лошадях, ни на кузнецах…

Староста деревни, кстати, запыхавшись остановился на минуту и, ехидно вскрикнув что-то, стал заваливаться на бок. Ах ты ж, Великий Омм! Он сейчас начнет по арене на спине кататься! Догадался, таки, подлец, как вражину со спины скинуть! Надо отпрыгнуть в сторону! Скорее! Пока есть время!

Спружинив коленями, что есть мочи оттолкнулся от спины соперника и отпрыгнул в сторону подальше. Спаси и сохрани, Великий Омм! Вот теперь кузнец меня точно убьет! Он в бешенстве просто!

Ожидая худшего, я приготовился к лобовой атаке соперника, но над ареной разнесся крик Могучего Бурдюка:

— Первая кро-о-о-о-о-вь! И у нас новый победитель!

Публика бесновалась. Я же, хватая ртом воздух, вообще не соображал, что происходит вокруг меня. Понимание происходящего пришло, когда взгляд упал на мою руку. Клок черных курчавых волос кузнеца. Хм… Предположительно борода… Кажется, я в нервной запарке забыл разжать пальцы, когда отпрыгивал в сторону…

Извиняющимся взглядом посмотрел на соперникм, который с недоумением вытирал платком с лица небольшое пятно крови.

Забористо выругавшись, староста деревни достал пару медяков из кармана и кинул в руки бодро подбежавшему Пенделю.

Я же, под бурные аплодисменты, удалился в глубину шатра, где уже отдыхал от боя с тетушкой Капустой изможденный и заплаканный Сила Кашля. По правилам цирка, если боец уже сражался, он имеет право отдыхать. Нет, если бы мне очень хотелось, я бы мог вернутся к ребятам и встать опять перед лицом публики, ожидая нового вызова. Но мне не хотелось. Вообще…

Глянул на клок курчавых волос в руках. Победа победой, но мне, как гному, было немного совестно и неловко. Борода — это же святое! Нельзя ее трогать! Я не должен был! Как вообще так получилось?!

На арене цирка шли бои и дальше, но я уже не следил за ними. Решительно разжал второй рукой скрюченные пальцы, в которых у меня остался кусь бороды кузнеца. Что с ним делать-то? Выкинуть? Вернуть?…

Почесав нос, свернул клок волос и положил в карман. Как-нибудь на досуге надо будет сварганить нагрудный медальон. Буду носить там эту штуку себе в напоминание! Чтобы эта ерунда больше никогда не повторялась!

Цирковое представление, кстати, длилось еще пару часов. Странное дело, но угрюмые недружелюбные крестьяне за эти пару часов полностью поменяли свое отношение к «Девкам и грибной запеканке».

Из шатра все выходили розовощекие, разгоряченные и веселые. Кое-кто даже дружелюбно похлопывал по плечу провожающих их Бурдюка и Пенделя.

Нашел взглядом кузнеца. Даже он, кажись, был весел. Изначальный