Полюбить тебя заново - Майя Невская

— Ничего не могу с собой поделать, — проговорила я под нос и крепче прижала к себе коробку с подарком.

Мы вошли в отдельный зал, где проходило торжество. Здесь было довольно многолюдно. Мы сразу подошли к небольшой компании людей, что стояли неподалеку и разговаривали.

— Мам, пап, — произнес Артем.

Все обернулись на нас.

— Артем, — воскликнула женщина, — Соня. Наконец-то, — она сразу притянула меня в свои объятия и негромко произнесла, чтобы не слышали остальные:

— Сонечка, доченька, я так рада тебя видеть, — проговорила Тамара Михайловна, мама Артема.

У меня слезы на глазах навернулись от ее слов. Уже очень давно никто не называл меня доченькой. Мне порой очень не хватало моей мамы и сейчас такие нежные слова и объятия мамы Артема заставили меня расчувствоваться. Она выпустила меня из объятий, и я увидела, что и ее глаза на мокром месте. Я глубоко вдохнула, пытаясь взять себя в руки.

— Так женщины, а ну отставить, — проговорил отец Артема, улыбаясь. — Здравствуй, Соня.

— Здравствуйте, — проговорила я и прижалась к Артему.

Родителей Артема я, конечно, видела раньше, когда приходила с Димой к нему в гости, но помнила их не очень хорошо.

— Мама, я и Соня поздравляем тебя, — Артем протянул матери цветы и обнял, целуя в щеку.

— Поздравляю, — я улыбнулась и протянула коробку, — небольшой подарок от нас.

Она улыбнулась и, отдав цветы мужу, взяла у меня коробку, которая была завернута в подарочную бумагу с логотипом антикварного магазина.

— Ох, Соня, это то, что я думаю?

Я пожала плечами.

— В вашу коллекцию, — сказала я, улыбнувшись.

— Скоро нам понадобиться отдельный дом для твоей коллекции, милая, — проговорил отец Артема, обнимая жену за талию.

— Не преувеличивай, — улыбнулась она, — проходите, дети, — и, обняв меня одной рукой, повела в зал.

Здесь было несколько круглых столов, за которыми находились люди небольшими группами. Мы сидели рядом с родителями Артема.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍ Я обвела глазами зал и наткнулась взглядом на высокую брюнетку лет двадцати пяти в ярко-красном платье, чересчур не скромном для подобного праздника. Она стояла у окна и смотрела прямо на нас. На Артема, если быть точнее. Просто пожирала его глазами, улыбаясь слишком призывно. Какого черта?

— Соня, — Артем прошептал мне на ухо, — ты такая красивая.

Я посмотрела на него и улыбнулась.

Праздник продолжался. Люди шутили, смеялись, поздравляли маму Артема, говорили тосты.

— Артем, здравствуй, — к нам подошел мужчина лет сорока, — у меня к тебе вопрос есть по твоей сфере деятельности. Не уделишь мне пару минут?

— Конечно, Владимир Петрович, — проговорил Артем, вставая.

— Соня, малыш, — Артем наклонился к моему уху, — я скоро вернусь, хорошо?

Мне не хотелось оставаться здесь, где я почти никого не знаю, без него, но я кивнула.

— Хорошо.

Я проводила Артема взглядом. Он вышел на балкон. Мне стало неуютно без него. Я не знала, куда себя деть.

— Сонечка, — мама Артема улыбалась мне, — как у тебя дела? Очень переживала за тебя. И за Артема тоже, — она грустно улыбнулась. — Как ты? Справляешься?

— Стараюсь, — я улыбнулась. — Артем очень помогает.

Виктор Владимирович, отец Артема, приобнял жену одной рукой.

— Ты воспитала прекрасного сына, дорогая, — сказал он.

Она посмотрела на мужа.

— Не я одна.

— Я все время пропадал на работе, — проговорил отец Артема, улыбаясь и глядя на меня.

— Как там Дима? — Спросила она, — я приглашала его, но он сказал, что прийти не сможет. Позвонил только сегодня, поздравил.

— Да, он по работе уехал. У него все хорошо, — я улыбнулась.

— Фотографии тут недавно рассматривала, где ты еще ребенок совсем, лет пять тебе было, может шесть, ты там футбольный мяч к себе прижимаешь и слезы в глазах. Твоя мама пришла к нам в гости с тобой и Димой. Мальчишки не захотели тогда играть с тобой. Ты была для них слишком маленькой, — она улыбалась, рассказывая это. — Милая фотография вышла. Кто фотографировал, Вить, ты не помнишь?

— Так Артем и сфотографировал, — он улыбнулся, — мы же ему тогда подарили фотоаппарат на день рождения и он снимал все, что видел.

— Я этого совсем не помню, — проговорила я, тоже улыбаясь, — помню, мы часто с Димой бывали у вас в гостях, но подобное не отложилось у меня в памяти.

— Да, кто бы мог подумать тогда, что ты и Артем поженитесь, — протянула мама Артема.

Понимаю. Я сама не могу это осознать до сих пор.

— Виктор, — к столу подошел мужчина, — разреши, приглашу на танец твою жену.

— Разрешаю, Вадим, разрешаю, — улыбнулся отец Артема, — но только на пять минут.

Вышеназванный Вадим галантно предложил руку маме Артема, и они ушли танцевать.

Я обвела зал взглядом и увидела, что мужчина, с которым Артем вышел, уже вернулся и сидел сейчас за соседним столом.

Почему Артем до сих пор не здесь?

— Пойду Артема поищу, — сказала я Виктору Владимировичу, вставая.

Я пошла к балкону. Там было несколько людей. Кто-то курил, кто-то просто разговаривал друг с другом. Я сделала пару шагов в сторону, чтобы подойти к ограждению и увидела Артема. Рядом с ним стояла та самая брюнетка в красном платье и улыбалась ему. Они разговаривали. Не слишком ли близко она стоит к нему? Почему он позволяет ей так близко стоять?

Я будто приросла к полу, наблюдая за ними. Не могла пошевелиться. Картинка перед глазами вызвала во мне что-то колючее, неприятное. Вдруг девушка подняла руку и медленно погладила Артема по предплечью, чересчур интимно, и, придвинувшись к нему вплотную так, что теперь ее грудь касалась Артема, дотянулась до его уха и что-то прошептала.

Нужно уйти. Я не хочу на это смотреть, но меня будто приклеили к этому месту.

Артем сбросил с себя ее руку и, повернув голову, заметил меня и, тут же отойдя от нее, двинулся ко мне. С меня же будто оцепенение слетело, я развернулась и пошла обратно в зал.

— Соня, подожди, — Артем быстро догнал меня и взял за руку. Я вырвала свою руку и продолжила идти. Меня трясло.

Я прошла по всему залу, не останавливаясь, вышла в фойе, обняла себя руками и прикрыла глаза.

— Соня, — Артем обнял меня, притянув к своей груди.

— Пусти, — проговорила я в его грудь и попыталась отстраниться, но Артем не позволил.

— Сонь, у меня ничего с ней нет, — я зажмурилась, а он продолжил, — и никогда не было.

Казалось, его слова должны меня успокоить, но они почему-то не успокаивали.

— Почему она думает, что может прикасаться к тебе?

Он вздохнул.

— Сонь, малыш, посмотри