Любовь по наследству, или Сундук неизвестного - Анастасия Енодина

Я вернула снимок Эрику и подошла к окну, разглядывая пыльные занавески.

- Лучше бы спросил, зачем он так со мной, - тихо ответила я парню, но он не услышал.

- Может, он дезертир? - предположил Эрик, и я резко обернулась на него, поскольку версия оказалась неожиданной и бестолковой.

- При чём тут это? - не поняла я. - Как может быть взаимосвязан мой будущий сундук с тем, что Константин - дезертир? И с чего вообще такие мысли?

Эрик подошёл ко мне широкими шагами, которых потребовалось всего два, чтобы добраться до окна, у которого я стояла, опершись руками о подоконник.

- Смотри, он побрит налысо, - он положил на подоконник известную мне фотографию.

Я нехотя вновь взглянула на Константина.

- Ну да, лысый, - признала очевидное, - но что с того? Многие лысыми ходят, весна же на фотке, жарко... Перед летом это нормально, что он лыс. Как вот вообще можно предполагать такой бред, а? - поразилась я течениям мыслей Эрика. - Если лысый - то сразу дезертир! - я фыркнула от негодования и уставилась на парня, чтобы тот пояснил мне происхождение своих глупых догадок.

- Он покончил с собой, - напомнил Эрик. - Значит, на то были причины. На фотке он ловит рыбу - мирное занятие... Я и подумал, что его могли призвать в армию, он решил не идти, или психанул там и вернулся сюда, в глушь, самовольно, сфоткался на рыбалке, а затем что-то натолкнуло его на мысли о самоубийстве.

Я запустила пальцы в волосы, зачёсывая их назад, и тяжело вздохнула:

- Пожалуйста, избавь меня от поиска причин самоубийства незнакомого мне парня, - с чувством попросила я. - Это мне не интересно.

Это было неправдой. Потому что узнать, почему парень свёл счёты с жизнью - это было очень интересно. Поскольку могло бы прояснить, что вообще происходит и при чём тут я. Являлся ли Константин неуравновешенным всегда или это было спонтанное решение? Если спонтанное, то из-за чего?

Я заметила, что мы с Эриком смотрим друг другу в глаза всё время, пока я размышляю.

- Мне тоже очень интересно узнать о нём, Ксюша... - тихо проговорил парень.

Кажется, задумчивость моя оказалась излишне красноречивой. Смутившись, я небрежным движением руки отбросила фотографию на дальний край подоконника и уставилась в пол.

- Да, было бы неплохо всё узнать, но... - я не знала, как помягче объяснить, что нахождение в этом доме да ещё и с Эриком - это не самые лучшие условия для меня. - Но я чувствую, что нам лучше не влезать в чужие дела... - вот это уже было сущей правдой: интуиция почти кричала, что стоит просто посмотреть, что в сундуке, и всё!

- А я - наоборот, - улыбнулся Эрик. - Я чувствую, что это неспроста, что мы оказались здесь. Словно это - наша задача, узнать причины, побудившие Константина покончить с собой.

Я покачала головой, усмехаясь невесело и нервно:

- Ещё предположи, что его убили и предложи найти убийцу!

- Почему бы и нет? - рассмеялся  в ответ Эрик. - Ладно, давай не будем об этом пока...

- Что значит "пока"?! - насторожилась я. - Ты хоть понимаешь, что пугаешь меня?

- Прости, - стал серьёзным парень. - Пугать не хотел. Но, поверь, ситуация интригующая. Ты ведь не утаишь от меня, что в сундуке?  - в его голосе прозвучала тревожная надежда, и я ещё больше напряглась.

Посмотрела в серые глаза, взволнованно дыша. Что, если он мошенник? Мы познакомились после того, как я узнала о наследстве. Познакомились очень подозрительно, надо признать. Что, если ему известно о содержимом сундука, и там на самом деле сокровища или что-то ценное? А Эрик просто познакомился со мной, втёрся в доверие к Мише и теперь стоит напротив меня и выжидает, когда я приведу его к сундуку?

В следующий миг мысли мои оборвались, поскольку вдруг почудилось, что всё это я говорю вслух. По крайней мере взгляд Эрика никак иначе объяснить я не могла: он смотрел на меня, ужасаясь и обижаясь. Я по-детски прижала ладонь к губам.

О, чёрт! А если мои мысли верны? Что теперь будет? Разоблачённый преступник - это очень, очень опасно!

Но взгляд Эрика не походил на взгляд разоблачённого преступника. Он скорее напоминал выражение глаз недоумевающего, оскорблённого в лучших чувствах человека. Я нервно сглотнула: не люблю, когда на меня так смотрят и не люблю расстраивать людей зря.

- Я это вслух всё говорила, да? - затравленно спросила я.

Эрик неотрывно смотрел на меня, едва заметно кивнул, отвечая на вопрос:

- Наверно...

Я отняла ладонь от лица и глубоко безнадёжно вздохнула.

Было страшно. Ужасно страшно, что сейчас он обидится и уедет прочь, а я останусь здесь одна. В этом доме, на этом берегу... Хотя нет! Если он решит уехать, я уеду с ним! К чертям сундук!

- Я познакомился с тобой случайно, - решил рассказать подробности Эрик. - Просто поддержал девушку на улице... Но потом пошёл за тобой - не хотел опускать, не знаю, почему... И мне всё ещё кажется, что я где-то видел тебя... И потому что ты мне понравилась... А теперь ещё мне кажется, что мы должны узнать, что случилось с твоим родственником...

- Он мне не родственник! - зачем-то прицепилась к словам я, смущённая откровением Эрика, а потом, раз уж мы заговорили честно, решилась спросить: - Ты теперь не уедешь только из-за того, что хочешь узнать подробности его смерти?

- Брось, я не обиделся! - улыбнулся парень, дотрагиваясь пальцами до моего подбородка и приподнимая мне голову, чтобы я посмотрела ему в лицо.

- А я видела, что обиделся, - парировала я.

- Врать не буду: в первый миг неприятно, когда тебя принимают за жулика, но я же понимаю, что у тебя стресс. Ты напугана и растеряна. Глупо обижаться на тебя за твои мысли...

Что-то в последней фразе меня насторожило. "Глупо обижаться на тебя за твои мысли..." - про себя повторила я. Вроде бы нормальная фраза, но что-то в ней не то.

- Всё нормально, правда, - уверял меня Эрик, думая, что я