Дайсё-ян. Книга первая. - Лер

Это именно Арни. Те же, узнаваемые черты лица, которые запомнились миллионам мальчишек, на моей Земле, благодаря фильмам с его участием. Включая меня. – «Вот это встреча!».

«Терминатор», тем временем, находится в замешательстве. Видимо, соображая, каким образом связаны он, корейская девушка, её пижама с котиками и мотоцикл. И нужно ли это расценивать как обвинение в сексуальных домогательствах. На всякий случай он улыбается: «Хы–ы»

– Ой, простите! – говорю я скалящемуся мужику. – Меня зовут ЮнМи. Я творческая личность и много фантазирую. Когда я Вас увидела, мне сразу пришел в голову сюжет фантастического фильма, в котором Вам бы подошла главная роль. Вы ведь актёр?

– Нет, – отвисает мужик, а я, в этот момент, подмечаю что голос тоже его – Я не актёр. Я физкультуру преподаю, в старшей школе.

Он протягивает мне свою лапищу для рукопожатия.

– Арнольд!

– Приятно познакомится! – пожимаю я его руку.

– А что это было, про байк? – немного нервно спрашивает он. – «Неужели, не всё так гладко в Датском королевстве?» – приходит мне ум неожиданная мысль. – «На больную мозоль наступил?»

– Это одна из сцен в моём фильме, – берусь я за объяснение. – В нём, главный герой – это киборг, который прибывает из будущего совершенно голым. Заходит в ближайший бар и конфискует одежду и мотоцикл у встреченного там бандита.

Вижу, как Арни с явным облегчением выдыхает.

– Ясно! Я хотел бы сыграть в таком фильме! – отвечает он. – Алекс, – обращается он уже к Алексею, – у мисс Лёр своя киностудия. Может, она захочет экранизировать этот сюжет? Классная, ведь, идея для фильма!

– Да, идея хорошая, – сделав кислую физиономию, отзывается Алексей. – Я спрошу у неё.

А я, тем временем, «кую железо, не отходя от кассы»

– Арнольд, Вы не могли бы оставить номер своего телефона? Вдруг, нам с Вами, удастся добавить, к моим «Грэмми» и «Хьюго», еще и «Оскара»? – невинно хлопаю я глазами.

– Грэмми? У тебя есть Грэмми? – выражает он крайнюю степень удивления.

– Да. И Хьюго. Я – талантливая девушка.

– Ты не шутишь?

– Она не шутит, – влезает в разговор Алексей. – У неё, действительно есть эти премии. А Мария заинтересована в сотрудничестве с ней. Поэтому, пригласила ЮнМи в гости.

«Во, заливает!» – усмехаюсь про себя. – «Пригласила, напоила, в пижаму нарядила. Осталось только спать уложить!»

– Как ты говоришь, тебя зовут?

– Пак ЮнМи. – отвечаю ему. – Так что, насчёт телефона, дадите?

– Алекс, – пристально смотря на меня, говорит Арнольд, – Дай, пожалуйста, ручку и на чём можно записать номер для девушки.

Сижу, разглядываю номер, небрежно записанный на салфетке.

«Вот это поворот» – думаю я. – «Кого ещё занесёт нелёгкая в наши пенаты? Джеймса Кэмерона? – было бы неплохо!

Если удастся задействовать на главную роль Арни, может получиться совсем по канону. Его «живая» мимика лучше всего подходит для отыгрыша смертельной машины. А срежиссировать я и сам смогу, если с Машей договорюсь. Покажу ей фильм, когда телами с её парнем поменяюсь, пусть оценит.

Что там за студия у неё? Часом не «Crest Animation»? Вот будет хохма!

Помнится, у «Hemdale Film», снявшей «Терминатора», на моей Земле, были финансовые проблемы, из–за чего она обанкротилась. А потом, её купил Дисней и переименовал в «Crest Animation». А что в этой реальности?»

Озвучиваю вопрос Алексею.

– Прости, что ты сказал? – переспрашивает он меня.

Поднимаю на него взгляд. Пытаюсь сфокусироваться. Оказывается, я уже какое–то время неподвижно сижу за стойкой, свесив голову, и кажется, даже подрёмываю.

– Что за студия у Маши? – стараясь чётко выговаривать слова, повторяю вопрос. Почему–то, язык становится ватным и плохо слушается. – «Ч–чёрт!»

– Я владею «Warner Brothers», – внезапно раздаётся сердитый голос. – Лёша, ты зачем мне девушку спаиваешь?

Поворачиваюсь на голос, и чуть не сваливаюсь со стула от настигшего меня «вертолёта». Судорожно вцепляюсь в барную стойку, пытаясь удержать равновесие, но не рассчитываю высоту. Руки, оказавшиеся выше столешницы, не находят опору и съезжают вперёд, сметая на Алексея два недопитых бокала и тарелку с остатками картошки. А мой подбородок встречается со стойкой.

– А–аа! – издаю я полный боли и страдания вопль, чуть не откусив себе, при ударе, язык. Ощущаю солоноватый привкус – это кровь из прокушенного языка, смешиваясь со слюной, наполняет рот. Пытаюсь слезть со стула, в надежде добежать до ближайшего туалета, но запутываюсь в его ножках, окончательно теряю равновесие и лечу на пол.

В самый последний момент успеваю кое–как сгруппироваться, поэтому, частично приземляюсь на руки. К счастью. Ибо, всё, что они не самортизировали, приходится на мою многострадальную физиономию.

– У–уу! – продолжаю я свой «кошачий концерт», крепко приложившись об пол губами и носом. – «Кажется зубу хана» – мелькает запоздалая мысль, когда языком дотрагиваюсь до обломка переднего резца.

Чувствую, как меня переворачивают заботливые руки. Это Маша. Фокусирую на ней взгляд. Её красивые, изумрудные глаза наполнены гневом и страхом. Пытаюсь улыбнуться разбитыми губами, но лишь пускаю струйку кровавой слюны.

Не говоря ни слова, Маша подхватывает на руки враз обмякшее, худосочное тельце ЮнМи, и несет его к лифту. Посетители в зале провожают нас сочувствующими взглядами.

Не сопротивляюсь. Когда ещё выпадет случай, чтобы тебя девушка на заботливых руках несла? Обычно, их приходится таскать.

– Карл, на мой этаж, – произносит девушка, занося меня в распахнутые двери лифта. Поднимаемся.

Замечаю на Машином, белоснежном платье какие–то тёмные пятна. Присматриваюсь.

«Кровь!» – соображаю я. – «Моя кровь! Маша вынесла меня на руках с поля боя. Раненого. Сейчас привезёт в санчасть, станет лечить» – чувствую, как от драматизма момента, перехватывает дыхание, а глаза наполняются слезами.

– Маша, я ведь не умру? – повергаю я девушку в ступор идиотским вопросом.

– Умрёшь, – отмерев, отвечает она. – Я сама тебя добью.

– Маша, у меня был о–очень длинный день, – оправдываюсь я, шмыгая разбитым носом, из которого, неспешной струйкой, льётся, стекающая на подбородок и шею, кровь. – Тридцать шесть часов – это большая нагрузка на мой растущий организм. Без операции по снятию стресса было никак не обойтись!

Маша, молча, смотрит на меня. А я, беззастенчиво разглядываю оказавшееся так близко лицо девушки. Плотно сжатые губы, сердитый, и