Полюбить тебя заново - Майя Невская

— Соня, скажи-ка мне, сколько тебе лет? — Спросил доктор.

Я недоверчиво посмотрела на него, но прошептала:

— Семнадцать.

Исполнилось три недели назад.

Артем резко выдохнул, схватился за спинку кровати, что была у меня в ногах, и опустил голову.

Что происходит?

— Что-то не так? — Прошептала я.

— Соня, тот твой день рождения с фейерверками был пять лет назад, — убитым голосом проговорил Артем, посмотрев на меня. — Тебе двадцать два сейчас, — а дальше произнес совсем невероятное, — я твой муж.

Я уставилась на него, не моргая. Он шутит сейчас? Зачем он это говорит? Какой муж? Я не могу быть замужем. Я еще даже школу не закончила. Нет. Нет. Я сплю! Я все еще сплю. Мне надо проснуться…

— Таня, один кубик феназепама, — произнес доктор.

Медсестра выбежала из палаты.

Артем в два шага подскочил ко мне и прижал к себе, пытаясь успокоить.

— Соня! Соня, все будет хорошо. Ты слышишь меня? — Он обхватил мое лицо ладонями, заставляя посмотреть на него. — Все будет хорошо, Сонь. Я тебе обещаю!

Я попыталась мотнуть головой, но Артем крепко держал меня. Его лицо стало расплываться из-за слез, что градом полились из моих глаз.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍ Не будет. Как ты не понимаешь? Не будет хорошо. У меня кусок жизни забрали. Господи…

Артем продолжал обнимать меня, гладил по волосам, целовал в висок. Странно, но его объятия успокаивали меня, дарили ощущение безопасности. Я почувствовала укол в плечо, но даже не дернулась.

Доктор стоял рядом и что-то записывал в историю болезни.

— Сделаем сегодня МРТ головы. — Проговорил он и посмотрел на Артема, — нужно ваше согласие, — он протянул ему бумаги и ручку. Продолжая обнимать меня одной рукой, второй он взял бумаги, положил их на мою постель и чиркнул подпись там, где указал доктор.

Будь мне все еще семнадцать, документы бы сейчас за меня подписывал Дима, как мой попечитель. Наша мама умерла, когда мне было тринадцать, а Диме двадцать. Отец ушел, когда я родилась. Дима немного помнит его. Я нет. Поскольку Дима на момент смерти мамы был совершеннолетним, он оформил опеку надо мной и никому не позволил меня забрать. Устроился на работу и сам содержал нас.

И теперь, глядя на то, как Артем подписывает документы, которые, будь я в сознании или в адекватном состоянии, подписывала сама, я стала медленно осознавать случившееся.

Пятилетний кусок из жизни просто стерся из моей памяти. Я замужем. Замужем. За лучшим другом моего брата. Как вообще подобное могло произойти?

Открылась дверь, в палату вошел Дима и сразу направился ко мне. Доктора уже не было, я даже не заметила, как он ушел.

— Соня, — Дима тут же притянул меня в свои объятия, и Артему пришлось отпустить меня. — Ты так напугала меня, Соня, — я снова расплакалась, а Дима сильнее прижал меня к себе. Я чувствовала, как подрагивают его руки. — Так долго не просыпалась. Думал, с ума сойду, — он поцеловал меня в макушку.

Дима тоже изменился. Язык сейчас не повернется назвать его парнем. Мужчина. Взрослый мужчина. В моей памяти ему и Артему по двадцать четыре. А теперь мне двадцать два, а им уже по двадцать девять. Сколько всего я просто забыла. Я закрыла глаза, чтобы сморгнуть слезы.

— Прости, — прошептала я.

Артем сел на стул, что стоял около моей кровати и уперевшись в нее локтями, сложил руки в замок под подбородком. Мое внимание привлекла татуировка на его руке в виде кардиограммы, одна из волн которой затейливо превращалась в сердце, а потом вновь становилась обычным рисунком сердечного ритма.

— Ты Андрея Владимировича видел? — Спросил Артем у Димы.

— Нет, сразу сюда прибежал.

Артем посмотрел на меня и взял на себя обязанность рассказать Диме новость.

— Когда Соня пришла в себя, — он сглотнул, — выяснилось, что она не помнит последние пять лет своей жизни. — Воцарилась тишина на мгновение. — Док МРТ назначил. Чуть позже должны сделать.

Дима оторвал меня от себя, но из рук не выпустил, посмотрел мне в глаза.

— Мы тебя настолько достали, что ты нас забыть решила? — Улыбаясь, спросил он. Конечно, никому здесь было не до смеха. Просто Дима он такой, всегда пытается разрядить обстановку. — Сонь, ну не плачь, — он стал вытирать мои слезы, — все наладится. Вот увидишь.

Я в этом сомневалась…

В палату вновь вошел доктор.

— О, теперь в полном составе, — он улыбнулся и уже глядя на меня продолжил, — всех медсестер мне тут на уши поставили. Никак их не выгнать было, особенно этого, — он указал кивком головы на Артема, — приемные часы не для них. Ну, может хоть теперь вздохнем спокойно всем отделением.

— Я бы не рассчитывал, док, — произнес Дима. — Я-то может и уйду на пару часов, а этого, — он отзеркалил движение доктора, — мы отсюда вряд ли выгоним.

Доктор снова улыбнулся, отчего морщины у его глаз стали еще заметнее. Сам он был почти весь седой и производил впечатление большого профессионала. Может виной тому были его очки, а может возраст, на вид ему было около шестидесяти пяти лет, плюс-минус.

— Нарушаете мне тут порядок. — Андрей Владимирович обратился ко мне, — ну как ты, Соня, успокоилась? — Он взял меня за запястье и посмотрел на свои наручные часы, считая мой пульс.

— Вроде того, — просипела я. Голос потихоньку возвращался.

— Вот и хорошо. Сейчас отвезем тебя на МРТ, — и будто подтверждая слова доктора, в палату вошла медсестра, которую я уже видела раньше, толкая впереди себя кресло на колесах.

— Давай попробуем встать, Соня, — проговорила медсестра.

Я свесила ноги с кровати. Артем вмиг оказался рядом, придерживая меня за талию. Я оперлась на его руки и опустила ноги на пол, вставая. Ступни сразу, будто тысяча иголок заколола, ноги подкосились. Артем сильнее обхватил меня за талию, а я вцепилась в его руку.

— Я не дам тебе упасть, — прошептал он.

Я сделала пару шагов. Ноги меня, конечно, слушались, просто из-за долгого лежания немного ослабли. Медсестра подкатила ко мне кресло, и Артем усадил меня в него.

— Ну поехали, — сказала медсестра, — на экскурсию.

Уже по виду палаты я поняла, что лежу не в обычной больнице, а коридор и лифт, на котором мы спустились в кабинет МРТ, и вовсе развеяли мои сомнения.

Я, конечно, не знаю, как сейчас обстоят дела у Димы, но пять лет назад мы с ним не шиковали. Да, он обеспечивал меня всем необходимым, и я была ему благодарна. Сразу