Путь к свободе - Анна Одинцова

Размахнувшись, запустила в сторону берега огрызок яблока. Он описал красивую дугу и плюхнулся в воду, не преодолев и половины расстояния до земли.

Пейзаж здесь однообразен. По обеим сторонам берега заросли камышом, деревья тут другие — тоньше, изящнее, с длинными веточками и листьями нежного зеленого цвета. О близости населенных пунктов ясно говорили одинокие пристани или реже пирсы, которые в вечнозеленом царстве выглядели словно из другого мира.

— Смотрите, смотрите! Там люди! — к периллам подбежала девушка и ткнула пальцем в левый берег. Пришлось спешно вскакивать и отходить подальше. Перилла не выглядят очень надежными, вряд ли выдержат, если вся толпа навалится на них разом.

— Что происходит?

Я обернулась. За спиной стоял Фрид и всматривался в даль. Парень зевал и чесал пятерней затылок.

М-да, у него волосы длиннее моих. И сейчас на голове не прическа, а гнездо. Обрадовать, что ли?

— Не знаю. Эти всполошились чего-то, — пожав плечами, я всё же указала на «прическу», — Знатное зрелище.

Фарат попробовал вытянуть пальцы, застрял в спутанных волосах и выдал длинную тираду на неизвестном языке. Я усмехнулась и направилась к сумкам за вторым яблоком, когда услышала истошный крик:

— Магия! Это магия!

Не сговариваясь, мы с Фридом кинулись к периллам. Изо всех сил напрягая зрение, я увидела крошечные фигурки людей. Одна застыла у самой воды с воздетыми к небу руками.

А прямо на нас летел шар цвета багрового пламени. Он едва-едва касался волн и размерами мог поспорить с хорошим амбаром.

Внутри всё похолодело. Шар врежется в судно примерно через две минуты.

Повернувшись, я увидела исказившиеся в ужасе лица. Кто-то упал на колени и стал молиться. Выскочил капитан. Заметил шар, побледнел и упал без чувств.

Магия… Тут я бесполезна. Зато знаю, кто может помочь.

— Фрид, сделай что-нибудь! — я вцепилась в руку фарата.

Парень опустил на меня взгляд, поджал бескровные губы и как в бреду зашептал:

— Я не умею… Я не смогу… Не смогу растянуть щит так сильно… Не смогу отбить…

— Фрид!

Он вздрогнул, посмотрел на свои трясущиеся руки и кивнул.

Всё произошло за доли секунды. Вот фарат подбегает к краю, вскидывает руки и сияющий словно алое солнце шар замирает.

Паром заваливается на бок. Порыв ветра отшвыривает всех, я едва успеваю зацепиться за почти вырванную доску палубы. Пламя ревет, жар стягивает кожу.

Кто-то кричит и следом тишина. Секунда, две. Открываю глаза, встаю с пола и оглядываюсь.

Паром знатно потрепало. Края оплавились, часть людей попадала за борт, самые ловкие успели уцепиться за перилла с правой стороны.

Фрид стоял у края. На миг парень обернулся, посмотрел сначала на меня, затем на свои окровавленные руки, улыбнулся и, покачнувшись, рухнул в воду.

Я подбежала к оплавленному краю, глянула вниз. На поверхности воды расходились круги.

Пассажиры парома не виноваты, наемники — только моя проблема. Похоже, другого выхода нет.

Подхватив обе сумки, я прыгнула следом за фаратом.

Вода оказалась черной и довольно прохладной. Я открыла глаза, но почти ничего не было видно. Сотни пузырьков стайкой окружали меня. Спустя секунд десять удалось разглядеть плавно идущую ко дну бесформенную тень.

За пару ударов сердца я доплыла до парня и схватила его за шкирку. Плащ и в этот раз не отстегнулся, но сейчас так даже лучше, можно держаться за него и не бояться случайно спасти плащ, а не фарата.

Мерцающий потолок показывал, что я двигаюсь в верном направлении. Вода, бывшая чуть теплой, стала холоднее льда. Фрид непосильным грузом оттягивал руку, оружие и одежда тянули вниз.

Гребок свободной рукой, резкий толчок ногами и вот толща воды разорвалась над головой. Я огляделась, выискивая обломки. Вокруг одни щепки… Чего я ожидала, с моим-то везением?

Фарат не пришел в себя, речная вода упрямо отказывалась его удерживать, отчего парень ежесекундно норовил уйти на дно. Левой рукой я расстегнула свой плащ, затем сбросила сапоги, перекрутила ремешок сумки на спину, а вторую сумку с вещами отпустила. Надо бы избавиться от оружия, но я скорее сама стану кормом для рыб, чем брошу меч.

Воздух пах гарью и дымом. На пароме суетились люди. Зато на берегу наемники развели бурную деятельность. Фрид не уничтожил шар магии, он лишь отправил его обратно. Удар оторвал кусок суши, деревья и камыши полыхали.

У меня есть немного времени, прежде чем погоня продолжится. К счастью, лодки тоже вспыхнули, потому наемникам ещё придется хорошенько подумать, как перебраться через реку.

Стараясь дышать как можно ровнее, я поплыла вперед. Течение сносило нас в сторону, и скоро паром остался позади.

Руки и ноги налились тяжестью, гребки становились все слабее и слабее, легкие горели. Я порядком нахлебалась, стараясь сделать так, чтобы Фрид не уходил под воду по самую макушку. Удерживать его — задача не из простых.

От холода стучали зубы. Гребок рукой, резкий толчок ногами — четыре раза я погружалась с головой и четыре раза всплывала, чтобы глотнуть хоть каплю воздуха. Пальцы, сжимавшие плащ, скользили по ткани…

Когда ноги коснулись дна, я была на грани обморока. Без сил свалилась на песок и обхватила руками дрожащие плечи.

Доплыла! Боги, неужели доплыла?

Борясь с тошнотой, встала и посмотрела на фарата. Он не шевелился. Лицо сильно обгорело, а кожа на руках вздулась волдырями. Хорошо, что я не бросила сумку с зельями…

Ручейки стекали с одежды. Солнце палило по-прежнему, однако от реки веяло прохладой и меня вновь била дрожь.

Сумка осталась на спине, раненого же я сначала попробовала придерживать за талию, однако он всё норовил сползти. Плюнув на тщетные попытки, я ухватила его за шкирку и поволокла так.

Впереди маячил лес. Только бы дойти, скрыться под густыми кронами и переплетением ветвей. Перед глазами темнело, в желудке плескалась мутная речная вода, отчего с каждым шагом к горлу подкатывала тошнота.

Сглотнув кислую слюну, я вытерла губы тыльной стороной ладони и бросила последний взгляд на реку, прежде чем шагнуть под лесную сень.

Ни лодок, ни парома. И вроде берег выглядел иначе…

А, ладно. У меня нет времени любоваться природой.

Быстро идти не получалось. Даже две пары носков не замена нормальным сапогам. Сжав зубы, я старалась если не бежать, то хотя бы передвигаться быстрым шагом.

Фрид очнулся примерно через полчаса. Покрутил головой, что-то пробормотал про себя и, заметив, что я на него смотрю, ткнул пальцем в разросшийся куст.

— Туда…

Сказав это, он снова отрубился. Пришлось поднапрячь память