Темный Лекарь 9 - Вай Нот

Это заставило задуматься многих вассалов поменьше и послабее.

Если Демаре никто за большую угрозу не считал, то Сирены, особенно при поддержке Веласко, у многих вызывали уже серьёзные опасения. И это, если оставить за скобками возможное участие Рихтеров.

О нашем сотрудничестве с Веласко было известно многим, как и об их интересе к Коста-Сирене. Любой кто умел складывать два и два мог задуматься, стоит ли ему сталкиваться с магом, поставившим точку в жизненном пути Катарины Вийон.

Южане поняли, что они оказываются между молотом и наковальней.

С одной стороны Арман Салазар, с другой — пока до конца неясные, но весьма грозные силы.

Даже Матео к концу совета поумерил пыл. Так что, задачу можно было считать выполненной. И, после недолгого личного разговора с Альваро, я вернулся в Коста-Сирену, где сразу же отправился на склад.

Там, в один из залов, по моему приказу, уже доставили целую кучу материала.

И почти весь день я потратил на создание новой транспортной химеры. На этот раз подводной.

В конце концов, получилось что-то вроде глубоководного удильщика. Туловище-пузырь, в котором с комфортом могли уместиться примерно три человека, большая лампа-фонарь над головой, чтобы лучше видеть под толщей воды. И, конечно же, огромная зубастая пасть, на случай, если придётся вступить в бой.

Разумеется, я позаботился и о запасе кислорода. В состоянии «ложной смерти» мне он почти не нужен, но не обязательно все пассажиры будут некромантами.

Так что мой своеобразный батискаф сможет безвылазно провести под водой почти сутки.

Ну а когда я закончил с химерой и спустил её на воду, то до Коста Сирены добралась моя будущая попутчица.

Октавия в легкомысленном воздушном платье тут же бросилась ко мне на шею.

— Я в таком предвкушении, Макс! — воскликнула она, — нас ведь ждёт новое приключение? Или ты просто соскучился и хочешь провести со мной день на море? — кокетливо закончила она.

— День на море? Можно сказать и так, — хмыкнул я, но потом всё-таки ввёл её в курс дела.

— Ты серьёзно? — удивилась она, — это… ох… знаешь, это не просто приключение. Это настоящий переворот.

— Боишься? — подразнил я её.

— Нет, — замотала она головой, но теперь отвечала гораздо серьёзней чем раньше, — конечно нет. Я помогу тебе.

После этих слов, Октавия на какое-то время замолчала. Похоже, пыталась уложить в голове мой план, но затем просияла и воскликнула:

— Ещё бы я такое пропустила! Мы отплываем сегодня? А Сирены будут? Мы же отправимся на косатках?

Ведьмочка буквально засыпала меня вопросами, но я лишь многозначительно молчал.

Не хотелось раньше времени разрушать интригу и портить сюрприз. И действительно, когда она, наконец, увидела моего удильщика, то пришла в настоящий восторг.

— Вот это да! — захлопала она в ладоши словно ребёнок, — химеры потрясающие! Никогда не перестану удивляться тому, какие они классные!

Она сбросила с ног босоножки и мигом забежала в воду, чтобы потрогать удильщика и осмотреть его со всех сторон, пока он ещё не полностью был в воде.

— Лампа просто великолепна! — продолжала восхищаться она, — такая изящная и в то же время словно настоящая. Кстати, — обернулась она ко мне, — ты знаешь, что я начала посещать уроки Алины вместе со студентами?

— Знаю, — кивнул я, — Лифэнь сказала.

Октавия шутливо цокнула языком.

— Ничего от неё не скроешь! Но честно… я восхищена этим предметом. Это немного похоже на артефакторику и создание кукол. Но в то же время — нечто совершенно другое. И меня впечатляет как быстро Алина сумела достичь в своём деле таких успехов.

— Ты тоже так сможешь, — подбодрил её я.

И я действительно бы в этом уверен. В том что касается прикладных искусств, Октавия настоящий гений. И если у многих магов руки явно растут из неправильных мест, то у ведьмочки они, наоборот, золотые.

— Единственное о чём я сейчас жалею, что скорее всего пропущу несколько уроков, — сказала она, — ну и разумеется, артефакторику тоже придётся поставить на паузу. Наверняка дети будут скучать. Как и я по ним.

— Ты что же, — уточнил я, — успела привязаться к ученикам?

— Немного, — призналась она, — среди них очень много по-настоящему способных. И мне нравится видеть, как они стараются и усваивают предметы. Это так мило.

* * *

Тем временем, в академии Рихтеров

— Вы слышали⁈ Октавия куда-то уехала, и несколько дней у нас не будет артефакторики! — воскликнул Виктор, залетая в класс.

— Серьёзно? Совсем не будет или её заменят?

— Совсем! — радостно подтвердил вестник.

По классу прокатился вздох облегчения. То, как их муштровала Октавия не снилось ни одному другому преподавателю. Даже строгая Ольга на фоне ведьмы Сципион казалась просто душкой.

А после случая с Каролиной, на уроке артефакторики никто и не думал халявить. И, как бы студентам не хотелось сачкануть, но каждый зубрил домашку, которую задавала Октавия, так, словно от этого зависит их жизнь. А может так оно и было.

Так что новость о небольшой передышке встретили самым настоящим гулом неприкрытого счастья!

— Ура! Артефакторику отменили!

* * *

— Обожаю подводный мир, — болтала Октавия, пока мы плыли в глубине и разглядывали окружение через полупрозрачную кожу удильщика.

Я специально сделал таким образом небольшую её часть, чтобы можно было следить за всем своими глазами, а не только через разведчиков.

Рядом с нами плыли Сирены обратившиеся в косаток, у которых к плавникам были привязаны небольшие сумки.

Но время от времени они останавливались и превращались обратно в людей, доставали из сумок инструменты и делали замеры магического фона.

И мы с Октавией потом сверяли их со своими собственными ощущениями.

Да, я умел хорошо чувствовать магические потоки, но в современном мире появилось слишком много помех, которые мешали природному чутью.

Поэтому и появились специальные инструменты. И Сирены, как никто другой, умели ими отлично пользоваться. Ведь это был едва ли не единственный современный клан, кто совсем не использовал силу скверны.

Ну а искали мы такое же пересечение силовых линий, как на месте моего бывшего замка в Рихтерберге.

Ну или хотя бы просто достаточно мощное.

И дело это было не из простых.

В конце концов, даже Октавия успела немного приуныть. Когда