Сато - Рагим Эльдар оглы Джафаров

Рагим  Эльдар оглы Джафаров

Сато

Глава I

— В чем, говорите, проблема? — Даша посмотрела на обеспокоенных родителей мальчика.

— Он… — отец попытался что-то сказать, но так и не подобрал слов.

— Стал странным, — закончила мама.

— А в чем это выражается?

— Ну…

— Как-то…

— Он ведет себя, как генерал какой-то! — выпалил отец. — Вот посмотрите!

Даша повернулась и посмотрела на Костю. Пятилетний мальчик сидел посреди комнаты, заполненной игрушками, и внимательно, совсем не по-детски изучал игрушечный телефон.

— Что именно вы имеете в виду?

— Я говорю буквально! Его будто подменили! Он вдруг… стал другим!

— Иногда у родителей возникает такое ощущение… — Даша хотела объяснить этот психологический феномен, но увидела удивленные взгляды и обернулась.

Костя разобрал игрушечный телефон и теперь делал из его внутренностей что-то другое. Ловко зачистил провода и теперь скручивал их.

— Хорошо. Я с ним поговорю. Хотя обычная процедура включает предварительное собеседование…

Родители Кости уже рванули прочь. Даша покачала головой. Она прикрыла дверь и посмотрела на мальчика. Тот уже смастерил что-то из телефона. Динамик зашипел.

— К12, как принимаете? — Костя немного подождал и повторил запрос. Ответа, конечно, не последовало.

— Что ты делаешь? — улыбнувшись, поинтересовалась Даша.

Мальчик оценивающе осмотрел ее с ног до головы, будто решая, стоит ли с ней разговаривать, но потом отвернулся.

— К12! Ответьте! — снова безрезультатно. — Усилитель бы…

— Ты не хочешь со мной разговаривать? — поинтересовалась Даша.

— Дело не в тебе, — буркнул Костя. — Без обид.

Дашу его слова несколько удивили, но не более.

— А в чем?

— Мне надо связаться со своими.

— Со своими? А кто они?

— Не могу сказать.

— Это секрет?

— Вроде того.

— Хорошо, — согласилась Даша. — А что-нибудь ты можешь мне рассказать?

— Фамилию, имя, звание и личный номер, — горько усмехнулся Костя.

— Это «положение о военнопленных» из Женевской конвенции?

— Что такое Женевская конвенция? — заинтересовался мальчик.

Даша стала объяснять, внимательно следя за его реакцией. Цепкий взгляд, отличная координация, невероятно сфокусированное для ребенка внимание.

— Отставить, — приказал Костя и вернулся к своей самодельной рации. — Неважно. К12, как принимаете?

— Ну так что? Расскажешь мне о своем звании?

Мальчик снова посмотрел на Дашу. Совсем не по-детски нахмурился, а затем кивнул.

— Контр-адмирал Сато. Командующий карательным корпусом «Ишимура». Личный номер СУ 388588.

Даша кивнула в ответ, будто каждый день слышала такое от детей.

— Почему ты решил, что ты пленный?

Костя вдруг задумался. И задумался надолго.

— Моя свобода ограничена. Я не имею права покидать место заключения, не имею права выйти на связь со своими подразделениями. Живу по установленному распорядку дня. Ограничен в выборе еды. Продолжать?

— А как ты оказался в плену? — поинтересовалась Даша.

— Во время высадки на Тау-6 мы попали под шквальный огонь, и мой носитель был уничтожен. А потом… Сигнал от чипа, — Костя указал себе на затылок, — был перехвачен. Так я оказался в этом теле. Это обычная практика. Правда, я не знаю, откуда у сепаратистов наши ключи шифрования…

— И зачем тебя держат в плену?

— Чтобы получить информацию о планах карательного корпуса, — развел руками Костя.

— А ты ее не выдаешь?

— Пока нет, — посерьезнел мальчик. — Но рано или поздно я сломаюсь.

— Но тебя же не пытают? — улыбнулась Даша.

— Физически нет. Тут более тонкое воздействие. Психологическое. Заставить офицера носить колготки… Это болезненно, но… Или брокколи… Ути-пути, за маму… — Костя буквально заскрипел зубами. — Но мы посмотрим, кто кого…

— Ты думаешь, что они специально воздействуют на тебя?

— А можно нечаянно нарядить человека в колготки? Можно нечаянно разговаривать с человеком, как с умственно отсталым? Вырастешь — поймешь. Серьезно? Можно подчеркивать двойные стандарты? Тут все понятно. Ну и брокколи, конечно. Брокколи, между прочим, запрещена как средство пытки. Даже мы ее не применяем.

— Согласна, незавидная участь.

Примерно через час родители странного ребенка вернулись. Сам того не заметив, Костя долго и обстоятельно рассказывал о методах воздействия, применяемых врагами, и способах защиты от них. Он замкнулся, только когда в дверь постучали. Снова стал собранным и хмурым. Вернулся к своему телефону, уже доработанному.

Даша открыла дверь и пригласила родителей войти, но те так и не переступили порог.

— Ну что? — поинтересовался отец.

— Что «что»?! — Даша тут же успокоила себя.

— Он… Ну…

— Прекрасный ребенок, — кивнула Даша.

— А… Он… — пыталась что-то сказать мать.

— Он почему-то думает, что находится в плену. Ничего страшного, но нужно работать. Такое сразу не изменишь.

— Думает, что в плену?! — ужаснулся отец.

Даша обернулась и посмотрела на Костю, монотонно запрашивающего какого-то К12 в свою радиостанцию. Радиостанция вдруг ответила:

— К12, принимаю очень плохо, назовите себя.

Даша почувствовала, как по позвоночнику пробежал жуткий холодок.

— Я контр-адмирал Сато! — обрадованно закричал Костя. — Прием!

— Контр… Сектор… От… — обрывки речи потонули в шуме. Мальчик зло швырнул радиостанцию в стену, отчего та разлетелась на составляющие.

— Что там? — отец заглянул через Дашино плечо. Даша прикрыла дверь и глуповато улыбнулась:

— Он… Играет… Во флот… Космический, кажется.

Глава II

— Я вообще не понимаю, к чему этот разговор! Просто сделайте… ну, что вы там должны делать? Вы же психолог! — возмутился мужчина.

— Саша! — одернула его жена.

— А что «Саша»?!

— Подождите, — Даша подняла руки, призывая к спокойствию. — Я понимаю ваше возмущение.

— Вот видишь! — обрадовался глава семейства и победно посмотрел на жену.

— Что «видишь»?! — всплеснула та руками. — Наш пятилетний сын считает себя адмиралом из космоса! А ты решил тут повыпендриваться?!

— Контр-адмиралом… — уточнил зачем-то Александр.

— Да какая разница?

— Большая!

Даша на секунду прикрыла глаза и подумала, что этой семье, возможно, не помешал бы какой-нибудь военный.

— Давайте вернемся к теме разговора. К сожалению, пока я не могу дать полную оценку происходящему…

— А когда сможете?

— Саша, не перебивай доктора!

Даша помолчала несколько секунд — ровно до тех пор, пока тишина не стала несколько неловкой — и продолжила:

— Ваш сын играет в контр-адмирала космического флота, по какому-то трагическому стечению обстоятельств оказавшегося в плену. Само по себе это не плохо, но, как я поняла, иногда он заигрывается. Это приводит к тому, что он действует, исходя из этой роли, понимаете? И, естественно, окружающим это кажется некорректным.

— Во время тихого часа в детском саду он заявил, что нарушители дисциплины должны быть уничтожены во имя Бога-Императора! — снова вставил реплику Александр. — Это вы называете некорректным?

— Это тоже, — спокойно согласилась Даша.

— Это он от твоей мамы понабрался! — вставила шпильку Марина.

«Вечно она со своей религией…» — подумал Александр. Но вслух сказал:

— Она христианка! А