Жнец - Нил Шустерман

– Привет, Ситра. Рад тебя видеть.

– Привет, Роуэн.

– Прошу кандидатов воздержаться от посторонних разговоров перед лицом конклава, – произнес Ксенократ.

Шепоток, поднявшийся было из рядов зала, стих, как только Ситра и Роуэн повернулись к жнецам лицом. Никогда еще такая тишина не поражала зал конклава. Роуэн слегка улыбнулся – улыбкой не радости, а удовлетворения. Стоя бок о бок, они, Ситра и Роуэн, смогли заставить замолчать три сотни жнецов. Да, ничего более серьезного здесь никогда не происходило. И что бы ни случилось сегодня, одного этого Роуэну будет достаточно, чтобы сказать себе, что жизнь прожил он не зря.

Ситра стояла, не позволяя волнению хоть как-то отразиться на ее лице.

– Лицензионный комитет рассмотрел результаты вашего ученичества, – провозгласил жнец Мандела, обращаясь к ним, но имея в виду весь конклав. – Мы оценили результаты, показанные вами во всех трех испытаниях, первые два из которых вы провалили, хотя оба раза у вас были смягчающие обстоятельства. Ваш инстинкт заставлял вас защищать друг друга, хотя первой задачей для всех нас является защита сообщества жнецов. Любой ценой.

– Правильно! – крикнул какой-то жнец из последнего ряда.

– Решение, принятое нами, было не из легких, – продолжал Мандела. – Знайте, что мы старались рассмотреть ваши дела как можно более полно и справедливо.

Затем Мандела возвысил голос и задал вопрос:

– Кандидаты в члены сообщества жнецов, готовы ли вы принять решение лицензионного комитета Мидмерики?

Как будто это решение можно было бы и не принимать!

– Да, Ваша честь! – ответила Ситра.

– Согласен, Ваша честь! – произнес Роуэн.

– Да станет всем известно, – провозгласил жнец Мандела, – что отныне и вовеки… Ситра Терранова будет носить кольцо жнеца, равно как и бремя тех обязанностей, что связаны с его ношением.

Зал взорвался радостными криками. Кричали не только те, кто поддерживал Ситру, но и почти все остальные. Даже жнецы, бывшие на стороне Роуэна, одобрили решение комитета, потому что, в конце-то концов, какую реальную поддержку в сообществе имел Роуэн? Те, кто восхищался Годдардом, Роуэна недолюбливали, а те, кого по его поводу терзали сомнения, уже поддержали Ситру. Только теперь стало ясно, что посвящение Ситры в сан жнеца осуществилось в тот момент, когда Годдард и его свита сгинули в пламени пожара.

– Поздравляю, Ситра, – сказал Роуэн сквозь рев толпы. – Я знал, что у тебя получится.

Она вдруг почувствовала, что не может ответить ему, не может даже поднять глаз.

Жнец Мандела вновь обратился к Ситре:

– Вы избрали себе имя? Имя Покровителя или Покровительницы?

– Да, Ваша честь.

– Тогда возьмите кольцо, которое я держу в руке, наденьте его себе на палец и объявите сообществу Мид-мериканских жнецов, кем вы… явились… миру… сейчас… и навеки!

Руки Ситры дрожали так, что она едва не выронила кольцо. Надела его на палец – подошло идеально. Тяжелое кольцо, золотая оправа. Кольцо быстро нагрелось теплом ее тела. Она подняла руку с кольцом – как это делали до нее другие посвященные жнецы.

– Меня зовут жнец Анастасия, – воскликнула Ситра. – В честь младшей дочери семьи Романовых.

Собравшиеся в зале жнецы поворачивались друг к другу, обсуждая меж собой сделанный выбор.

– Мисс Терранова, – сказал Ксенократ, недовольный происходящим, – я не могу признать это удачным выбором. Российские цари известны скорее своей любовью ко всяческим излишествам, чем своим вкладом в цивилизацию, а Анастасия Романова за свою короткую жизнь не сделала ничего значительного.