Алекс-Сандра - Елена Кароль

– А ты? Ты веришь в такую любовь?

– Конечно, – уверенно кивнув, парень склонился так низко, что касался своим носом носа Алисы. – Я ж псих. Я даже в это верю.

– Ай, ну тебя! – фыркнув, когда Лекс громко расхохотался, она предпочла больше не лезть в душу вампиру. Всё равно правду не скажет, а если скажет, то в ней будет столько ехидства и сарказма, что замучаешься отделять зёрна от плевел. – Так, сколько времени?

– Около четырех. Мы тут до шести, так что не куксись – развлекайся. Кстати, я пожалуй немного передохну, что-то в горле пересохло. Если что, я там. – Махнув рукой в сторону барной стойки, Лекс подмигнул согласно кивнувшей Алисе, вошедшей во вкус, и покинул волчицу.

На самом деле парень преследовал не одну цель, а сразу несколько. Минералка для себя – раз, возможность остальным страждущим подкатить к девушке – два и желание получше оценить возможные пути отхода и грядущее западло, чей аромат уже витал в воздухе – три.

И с барного стула все эти цели выполнялись намного удачнее, чем непосредственно на танцполе.

Следующий час прошел достаточно нейтрально – Алиску ещё три раза приглашали на медленные танцы, но судя по тому, как она каждый раз отправляла своих кавалеров прочь, ни один из них капризульку не зацепил. Хотя со стороны и не скажешь, что к ней подкатывала шантропа – мужчины были как на подбор. Но видимо что-то в их мыслях не устраивало Алису, раз она вела себя настолько избирательно.

Что ж, отрицательный результат – тоже результат. И наверное, так даже лучше, что местные демоны не скрывают своих мыслей, даже не догадываясь, что их желания волчица читает, как раскрытую книгу и не находит в этом ни толики очарования. Вообще-то да, животная страсть инкуба далеко не деликатес, особенно для такой неискушенно девушки, как Алиса.

И, наверное, он ошибся, когда рискнул предположить, что инкуб подойдет ей лучше, чем кто-либо другой. Что ж… Кто там следующий по списку? Ведьмаки? Отличный вариант. Через пару неделек наведаются и в их клуб.

А пока пора бы отлить…

На подходе к туалетам его и взяли в «коробочку».

– Ну, хоть не у писсуара… – хмыкнув себе под нос, вампир краем глаза оценил движение сзади и скользнул в сторону, чтобы кулак первого нападающего прошел мимо. – Парни, вы чего?

Парни отвечать не торопились, предпочитая действовать молча, но несколько угрюмо.

– Трое против одного? Вам папы не говорили, что так не честно? – ускоряться и менять ипостась Лекс не торопился, понимая, что тогда демоны загремят в лазарет надолго. А ему в Питере ещё четыре с лишним года учиться. Ещё один рывок и кулак едва не дотягивается до его ребёр. – Видимо, нет… Ладно, выбираем способ смерти. Лысый, хочешь узнать, каково это – питаться кашкой ближайшие полгода?

Озадаченное удивление на лице лысого, который стоял ближе, уже через секунду сменилось надсадным воем, когда кастет, образованный кольцами, соприкоснулся с его носом и верхней челюстью. Судя по звукам, сейчас он пытался сглотнуть как минимум три своих верхних зуба, и заодно вернуть вмятый нос наружу.

– Следующий? О, Анатолий! – к бойцам присоединился припозднившийся участник столкновения и Лекс кровожадно ощерился: – А ты у нас отправишься поливать цветочки. На собственную могилку. Ближе, мальчик, ближе. Покажи мне крепость своих яиц, я не прочь их пощупать.

– Гр-р-р!

Ничто так не выводит из себя любого мужика, как насмешка во время драки. Почти любого мужика. К сожалению, ребятки, подкупленные хозяином, чтобы проучить одного зарвавшегося выскочку, были не очень сдержанными в эмоциях, да и напряжение ожидания сказывалось, так что сейчас они налетали на вампира, матерясь и обещая превратить того в кровавое месиво.

– Тю-ю-ю… пацаны, много вас таких было.

Да, немало. Особенно таких, кто уже после пары минут драки валялись вдоль стеночки, собирая зубы и держась за расквашенные носы и яйца. Лекс бил минимально по затраченным усилиям, но максимально по болевым ощущениям и не собирался изменять своим принципам. Зачем, если противник и сам не слишком благороден?

Всего через несколько минут они остались один на один – вампир в распахнутой черной рубашке и более осторожный, чем приятели, демон, сейчас судорожно оценивающий свои шансы. Шансы были не слишком велики и демон поступил максимально умно по своему мнению – отпрыгнул назад и вынул пистолет.

– Герой, ты понимаешь, что сейчас делаешь? – Пугаться или отступать Лекс не собирался. Ещё чего? Подумаешь, пистолет…

– Прекрасно понимаю, – инкуб ощерился в неприятной усмешке и повел дулом пистолета, направляя его то на ноги, то в район паха. – Не переживай, кашку будет чем есть. Но вот баб у тебя больше не будет.

– Спорим, ты не настолько ювелирно владеешь оружием, как хочешь думать? Ты же не надеешься, что сумеешь отстрелить мне яйца и при этом не задеть иные органы? Ты кстати в курсе, что за убийство высшего вампира тебе светит вышка? А затем мой клан вырежет весь твой клан…

Хохотнув, когда рука демона дрогнула, Лекс был как натянутая струна, понимая, что его аргументы не доходят до мозга, задурманенного не только алкоголем, но и дурью. Он уже давно умел различать даже малейшие оттенки состояния противника и сейчас прекрасно видел, что боец адекватен лишь процентов на сорок. Как раз, чтобы понимать, кого нужно бить.

И всё-таки он не успел.

С точностью до миллисекунды отследив момент, когда демон начал жать на спусковой крючок, Лекс метнулся в сторону и вперед, вырубая незадачливого стрелка чудовищным ударом в челюсть, при этом стараясь не шипеть от жгучей боли в бедре. Пуля вошла очень удачно – не задела ни одного крупного сосуда, ни кости, прочно засев в мышце, но теперь стоило покинуть не слишком гостеприимное к вампирам заведение, пока на достаточно громкий выстрел не прибежала подмога.

– А вот кстати и она… – Лекс успел лишь отойти к стене, чтобы оценить полученный урон, как в конце коридора показался начохр с парой бравых помощников. – Интересно, меня за компанию вязать будут или наоборот, как главного нарушителя местного спокойствия?

– Что здесь произошло? – изображая полное отсутствие каких-либо знаний, мощный инкуб, как и Лекс, одетый во всё черное, не торопился помогать пострадавшим, предпочитая подойти к единственному, кто стоял на ногах. – Дебоширим, уважаемый?

– Да, что вы! Да ни в жизнь! Пошел отлить, смотрю – лежат… отдыхают, кажись. Да и немудрено, утро же. Притомились, бедолаги… У вас нет службы