Алекс-Сандра - Елена Кароль

И пускай на горизонте не было видно ни хозяина, ни начохра, ни незнакомца с пока ещё неизвестными намерениями, расслабляться Лекс не торопился. Наверняка им попытаются подстроить драку через час, другой; либо заявить права на Алису; а может и вовсе встретить на выходе.

Но это всё будет далеко не сразу. А пока…

– Лисена, а ну покажи, как должна двигаться моя девушка!

Алкоголь сделал своё коварное дело и, расслабившись, волчица отдалась во власть ночи и безумства. Нынешние ритмы не предусматривали изысканных и вычурных па, но даже под клубную музыку Алиса умудрялась двигаться легко и женственно. Она любила танцевать и теперь, зная, что в случае непредвиденных ситуаций ей на помощь всегда придет её Альфа, не стеснялась показывать своё мастерство.

И оно было оценено по достоинству многими, кто так или иначе обращал на неё своё внимание. Тонкая, изящная, стильно одетая и профессионально накрашенная девушка веселилась от души, и её неподдельное веселье искрилось в лучистых синих глазах и мерцающей пыльцой золотилось по коже. Она была живым энергетиком для окружающих инкубов и, не один из них уже поскрипывал зубами, отмечая, что девушка не одна, а с сопровождением. Да с каким…

Переходить высшему вампиру дорогу? Проще утопиться в ближайшем пруде заранее.

И лишь трое из больше чем трёх сотен отдыхающих были настолько внимательными и опытными, что смогли заметить – эта пара не совсем пара. А значит, шанс есть.

Первым спустя полтора часа рискнул незнакомый Лексу блондин, подойдя идеально с началом медленной композиции:

– Могу я украсть внимание вашей девушки на несколько последующих минут? – обратившись не к Алисе, а к Лексу, который ещё не успел обнять волчицу, но уже держал её за руку, мужчина лет двадцати пяти выглядел достаточно располагающе, да и одежда на нём была достаточно дорогих и известных вампиру марок.

Немного смазливее, чем нравилось самому Лексу, но тут уже выбирать было не ему.

– Лисён? – Лекс предпочел уточнить у Алисы, на что девушка неопределенно пожала плечами. – Развлекайся, солнце, я буду неподалёку.

– Хорошо, – настроение волчицы было настолько благодушным, что она без сомнений вручила свою ладошку в руку незнакомца.

Вот только спустя четыре с половиной минуты она уже не была так рада постороннему вниманию. Алкоголь невероятно обострил эмпатические способности девушки, и последние секунды она держалась лишь на одной силе воли. Этот… этот мудак уже поимел её в десяти различных позах, причем не слишком скрывая возбужденный блеск своих серых глаз, хотя в разговоре ни словом, ни намеком не дал понять о своих планах, предпочитая забрасывать разнообразными комплиментами о внешности, от которых под конец танца уже подташнивало.

И ладно бы она ему просто нравилась и он желал бы продолжить знакомство и ухаживания! Так нет, буквально на последних секундах он намекнул, что у него дома имеются не политые цветочки, совсем зачахшие без женской ручки, и не будет ли столь мила Алиса составить ему компанию и поухаживать за бедолагами.

– Не буду, – поджав губы, волчица предпочла ответить честно: – Анатолий, я не желаю составлять вам компанию у вас дома, у меня имеются дела поинтереснее. Желаю найти более сговорчивую девушку.

На скулах демона обозначились желваки и только он открыл рот, чтобы ответить в том же тоне, как по плечу его хлопнул бдительный вампир.

– Братишка, свободен. Рекомендую выполнить пожелание моего солнца и свалить с нашего горизонта.

И всё бы ничего, Анатолий тоже был не хилым парнем, но фамилия Энсом… Точнее представителей этой фамилии демон знал не понаслышке. И предпочел «свалить с горизонта», тем более ночь была в самом разгаре, и можно было ещё закадрить кого-нибудь другого. Подумаешь, эту не получилось. Кого-нибудь точно получится!

– Ну, как тебе местная прослойка пикаперов?

– Убого… – презрительно фыркнув, Алиса тихо призналась: – Я услышала все его эмоции до единой. Поверь, большей пошлости я ещё ни разу не чуяла. И что за предложение – «домой, цветочки полить»? Я что, похожа на давалку?

– Нет, солнце, не похожа. Это он такой убогий, – согласившись с волчицей, Лекс усмехнулся. – Поверь, если бы я хотел тебя соблазнить, я бы действовал тоньше.

– Как?

– Для начала я бы ни слова не стал говорить о твоей внешности и сексуальности, предпочтя проехаться по уму и очарованию голоса. Выяснил бы твои любимые вещи: музыку, поэтов, художников, фильмы. Узнал бы, что ты любишь мелодрамы со счастливым концом и обязательно предложил бы сходить в кино. Там я бы нежно держал тебя за руку, не позволяя себе большего, потому что ты у нас девушка, тонко чувствующая мир и романтику. После мы бы погуляли по набережной и я рассказал бы тебе свою историю о несчастной любви и вероломной коварной деве, которая разбила мне сердце и теперь я никак не могу поверить в чистоту помыслов окружающих. Там ты бы обязательно прониклась ко мне сочувствием, капелькой жалости и подумала бы, что такой милый и романтичный красавчик заслуживает если не любви, то твоей заботы и поддержки точно… Мне продолжать?

– Спасибо, достаточно, – фыркнув, Алиска покачала головой. – Да ты мастер съёма, милый!

– Относительно. Всё очень просто солнце – женщины устроены так, что предпочтут пожалеть брошенного бедолагу и даже согласиться «излечить» его от последствий разбитого сердца, чем согласиться на ежеминутный секс с ним же без данной прелюдии. Всё дело в грамотной подаче. Ну и естественно тебе будет льстить, что я потрудился хотя бы немного узнать о тебе и потратить на тебя своё время, прежде чем завести разговор о вещах столь низменных, как банальный трах.

– Фу!

– Прости, секс. – Алиска закатила глаза и Лекс со смехом правился: – Хорошо, любовь. Но любовь, милая моя, дана далеко не каждому. И любовь прежде всего это не секс, а то самое единение душ и нежность, которую хочется дарить вопреки здравому смыслу. Это молчание и романтичные прогулки под луной, это совместное приготовление ужина и поездка на край света по одному лишь предложению, это общие дети и совместная старость, когда у него уже не стоит, а у тебя вставная челюсть. Но он всё равно нежно целует тебя по утрам, а ты готовишь ему его любимые блинчики с малиновым вареньем.

Вокруг них грохотала музыка, в бешеном ритме двигались тела, а Алиска стояла и заворожено слушала такие простые, но такие красивые откровения своего Альфы.

И в какой-то момент она поняла, что это все не просто слова, а искреннее желание самого Лекса. Он так