Братство - Алексей Рудаков

— Ну, более-менее умею. Пока никто не умирал от моей стряпни.

— Ключевое слово — пока. — Карта легла на стол. — И последний — Джастин Игореф. Механик, специализация — системы отвода тепла.

— Охладители что ли?

— Они самые. Знакомо?

— Нет, — признался я. — Только на уровне пользователя, не более.

— Тогда отпадает. — Карта Джастина отправилась к своим товарищам.

— Что ж… — Док поднял со стола идентификатор Семёна. — Придётся с этим работать.

— Подделывать будешь?

— Зачем? Карта подлинная, все проверки прошла и пройдёт.

— А как тогда? Я же не он.

— Ты не он, зато я — это я. — Доктор позволил себе ухмыльнуться. — Забыл? Я же корабельный врач.

— И что?

— А то, Семён, что ты мог, нет, не мог — ты обгорел, так?

— Ну да.

— Значит надо ввести новые данные по твоей внешности. Сядь сюда. — он показал мне на какой-то прибор с небольшим сиденьем, сильно похожим не велосипедное.

— Не дёргайся….

Прибор коротко прожужжал и Док довольно усмехнулся. — Да, Сёма. Обгорел ты конкретно — никто не узнает. А кто виноват?

— Кто? Я?

— Нет. Бюджет Флота. Было бы финансирование нормальное, не пришлось бы тебе лицо в полевых условиях, из подручных материалов лепить. Так и запишем. — он воткнул карту в щель на торце столешницы и выдвинув из-под неё клавиатуру с небольшим экранчиком что-то быстро набрал.

— Сейчас добавим тебе деталей в историю болезни. Тепловые ожоги ног, груди. Химические — лица. Восстановление зрения — реконструкция яблок. Всё. — Откинувшись в своём стуле доктор вытащил карточку и протянул мне.

— Что ж Семён. Понимаю, это тяжело, но теперь тебе с этой внешностью жить. Извини.

— А что не так? С моей внешностью? — С поверхности карты на меня смотрела объёмная проекция моей головы.

— Можно было б из тебя красавца сделать, но увы — фонды, — он с сожалением развёл руками.

— Меня и эта устраивает.

— И это — правильно. Дай сюда карту.

— Зачем? — я вернул ему кусочек пластика. — И что с телом будет? С настоящим Семёном?

— Да ничего особенного. Похороним в общей могиле — как неопознанного. Не отвлекай, дай подумать.

Пока он думал, я успел выкурить ещё одну сигарету и добить свой коньяк.

— Значит так, — он взял мой стакан, который я протянул ему в надежде получить новую порцию и поставил его на стол. — Ты был ранен в бою. Да?

— Ээээ…. Ну да.

— Это капля. Бой в космосе — капля со звёздочкой.

— Чего?

— Не отвлекай. Дальше. Получив мед помощь, ты отправился на боевой пост и исполнял свои обязанности в боевой обстановке, несмотря на ранения. Было дело?

— Да.

— Долг. Сколько целей поразил?

Я пожал плечами. — Не помню. Три первых помню, а потом такое началось… Налей, а?

— Запишем одиннадцать. Чуть, на одну больше минималки — за это вам, господин Светодаров, положен глаз. Серебряный.

— Док! Налей и переведи!

— Медали это. Медали и знаки отличия. В принципе, по совокупности всего, тебе орден положен. Как же! Раненый, в бою, пошёл на боевой пост и спас корабль!

— Так я же не один был?

— Это нам сейчас не важно. Мы про тебя говорим. Солнечный диск за такое требовать надо — как минимум. Орден такой. Но! — Док назидательно поднял вверх палец. — Его вручает Сам. — Он несколько раз ткнул пальцем в подволок своей каюты. — А тебе туда, по крайней мере сейчас — нельзя.

— Ясно дело. — Я кивнул, будучи полностью с ним согласным. — А эти все, ну — глаза, капли? Это что?

— Капля — это медаль за ранение. Похожа на капельку крови. Было бы дело на планете, на поверхности — она лежала бы на круглой основе, а раз в космосе ранение было, то звёздочка с капелькой крови по центру. Глаз — это знак такой, прицел.

— Квадратный? Как при стрельбе из ПМК?

— Ага. И глаз по центру. Долг — медаль. Обычная, круглая. Без ленты.

— А что? У вас тут ещё и ленты есть? К медалям?

— Есть, — он снова воткнул карту в щель стола и принялся стучать по клавишам. — И ленты есть и банты, и прочая мишура. Не отвлекай. Я тебе представление к наградам делаю.

— А кто подписать должен?

— Деменьтьев. Он сейчас за старшего.

— Подпишет?

— А куда он денется? Я уже завизировал.

— Ты же врач?

— Эх, Семён… Семён. — Доктор вытащил карту и перекинул её мне. — Ты ещё не понял?

— А что я должен был понять? — поймав её я сунул пластиковый прямоугольник в нагрудный карман.

— Я — особист на этом корабле.

— Ты… То есть — Вы, Док? Но… Вы же врач?!

— А кому, как не врачу или священнику быть особистом? Я же всё про всех знаю. Кто где был, что ел, с кем спал. Любого могу вызвать на осмотр, все как на ладони. Кстати — карту дай. Забыл кое-что.

— Держите. И вы меня не арестуете?

— Да расслабься ты. — Он, в очередной раз, загнал её в считыватель. — Амнезию забыл тебе указать. Это оправдает твоё незнание наших реалий. Вот… Местная амнезия, вследствие травмы головы. Готово! — вытащив карту, он поднял голову и посмотрел на меня.

— Ты не шпион. Это видно даже новичку. А вот кто ты — это, брат, загадка. Но — безобидная и не опасная для Империи. Неудачник, случайно попавший к нам, путешественник ты или исследователь — да какая разница. Вреда от тебя не будет — я бы иначе почувствовал бы. А ты и сам — напуган произошедшим. Может ты и беглец от наказания, но у нас ты пока дел не натворил, так что — претензий к тебе нет. Не нарушай и не будет. — Встав из-за стола, Док подошёл ко мне.

— Господин Светозаров, — начал он официальным тоном, и я вскочил, сдерживаясь, чтобы не вытянуться по стойке смирно.

— От лица Имперского флота и от себя лично благодарю вас за проявленное мужество в ходе боя с силами туманности Конская Голова. Надеюсь, что ваши раны скоро затянутся и вы сможете продолжить службу на благо Империи и нашего, благословлённого, Двадцать Восьмого Императора. Вы представлены к наградам в соответствии с проявленной доблестью и будете вознаграждены по заслугам. Слава Империи! — Док вытянулся по стойке смирно и коротко кивнул.

— Ээээ…. — Что отвечать я не знал и он тихо прошептал. — Говори Слава Императорам…

— Слава Императорам!

— Что ж. — Доктор засунул карточку в мой нагрудной карман. — С официальной частью покончено. Вот теперь и выпить можно.