Братство - Алексей Рудаков

Сейчас в кают-компании был собран весь экипаж — все двадцать четыре человека, что сам по себе было беспрецедентным случаем — на моей памяти что здесь, что ранее, такого не было, особенно учитывая, что мы не стояли в доке, а висели в пространстве безымянной номерной звезды, ожидая завершения накачки прыжковых накопителей энергией для следующего прыжка.

— Вы все помните, что несколько месяцев назад нам удалось получить удачный фрахт. Правда, большая часть оплаты ушла десантникам, но зато мы получили высокий рейтинг в компании… Впрочем, её название вам ничего не скажет — главное, что мы исполнили тот контракт строго в соответствии с договорённостями, оставив нашего нанимателя довольным.

На несколько секунд в отсеке зародился шум — все помнили тот рейс в основном благодаря морским пехотинцам, которые маясь от безделья, лазили по всему кораблю, путаясь у нас под ногами.

— Так вот, — Лосев повысил голос и шум быстро стих — все ждали сути его речи. — Вы безусловно заметили, что мы покинули станцию с задержкой. Сейчас я могу сообщить вам её причину — мы ждали новый груз от этой же компании. И, благодаря нашей репутации — мы получили новый фрахт.

По кают-компании прокатился одобрительный гул.

— Ещё минуточку. Потерпите немного и да — Жак, я понимаю, что водка греется и выдыхается, но — ещё буквально один момент. Совсем коротко — у нас сейчас полный трюм их техники. Оплата за этот рейс такая, — он позволил себе победно улыбнуться. — Что после его окончания каждый из вас получит премию, равную вашим двум годовым доходам.

— Ура! Капитану — ура! — вскочил со своего места один из парковщиков, но Лосев движением руки отправил его на место. — Самое последнее. Как это не печально, друзья, но я принял решение закончить свою карьеру капитана. После разгрузки наш Бубалюс будет продан. Выручка — разделена между всеми. Я уже провёл предварительные переговоры и могу сказать — после этого рейса вы все станете весьма обеспеченными людьми. Ваше здоровье, друзья! — Он поднёс рюмку к губам и прежде чем её опрокинул весело подмигнул нам.

Мы дружно последовали его примеру.

— Что ж. — Капитан сел на своё место во главе стола. — Приятного аппетита.

В помещении сразу стало шумно — звякали приборы, разросся и повис гул голосов — всем не терпелось обсудить с товарищами последние новости.

— Здорово! Вот уж не ожидал такого! — ко мне повернулся сидевший рядом Павел. — А что ты думаешь, а, Семён?

— Конечно… — рассеяно ковыряясь вилкой в тарелке, невпопад ответил ему я. Есть не хотелось — я нахватался кусочков, пока готовил, да и после таких новостей лично мне кусок в горло не лез. Решение капитана сильно перечёркивало мои планы.

Нет, я не был против получения приличной суммы, это было совсем не лишним, но вот мои планы, его решение перечёркивало полностью. Работая на борту Бубалюса я надеялся постепенно дойти до пилота, получая практическое обучение, ради чего весь год старательно откармливал Второго Пилота, балуя его различными вариантами копчёностей, до которых он был большой охотник и получая взамен возможность практиковаться в управлении нашего грузовичка. Под его присмотром и только в пустом пространстве, разумеется. Ещё полгода такой практики — благо всё фиксировалось в бортовом журнале и моей карте, и я мог бы попробовать сдать экзамен на оператора маневровых, от которого открывалась прямая дорога к должности помощника Второго Пилота и далее — к креслу Первого.

— Что конечно? — непонимающе переспросил поварёнок, но тут же переключился на более важный для себя вопрос. — Ты как думаешь — нам за корабль, я про свою долю, сколько обломится?

— Средний грузовоз, класс Вол, — я неопределённо покачал головой. — Новый, со стапелей, лимонов так сорок пять — полста потянет.

— А наш?

— Не менее тридцатки.

— Ух ты ж… — Он быстро прикинул в уме. — Это, наверное, больше миллиона монет каждому, да?

— Ну где-то так, — я кивнул головой, разглядывая собравшихся. В основном народ веселился, во всю налегая на подаренное Вильямом спиртное. Среди всеобщего веселья островками спокойствия и даже немного какой-то отстранённости, выделялись трое — сам Лосев, который просто глушил свой коньяк стопками, игнорируя закуски, Самарин, который меланхолично крутил в руках пустую вилку, уставившись неподвижным взглядом в стоящую перед ним полную рюмку и, к моему удивлению — Виль. Кок так же не пил, предпочитая налегать на мясо. Зато его он поглощал с завидной скоростью, не забывая пополнять свою тарелку, стоило ей опустеть. Я понимающе кивнул — сладкая парочка оказалась за столом впервые за долгое время и что самое плохое — они сидели точно друг напротив друга, старательно избегая встречаться взглядами.

— Коллеги! — Старик встал и постучал вилкой по пустому стакану для воды, стоявшему рядом с ним. — Я вас покину, дела ждут, но вас прошу не обращать на это внимания. По контракту мы должны доставить груз послезавтра, но благодаря нашему штурману мы немного срезали путь и сейчас находимся в одном переходе от конечной точки. Прошу сильно не набираться, особенно это касается пилотов, — он посмотрел на хорошо поднабравшихся парковщиков. — Завтра вам придётся поработать. Так что… — Он поднял рюмку. — Спасибо вам, мужики! Спасибо и удачи!

Опрокинув рюмку, он коротко поклонился и вышел из кают-компании.

— Слышь… Это… Семё…ик…оон, — мой подшефный, после ухода Лосева, окосел просто моментально, дав мне повод подумать о роли личности капитана в плане дисциплины и придания сил экипажу.

— Ой… Что-то мне… — Он явно позеленел и я, подхватив его под мышки и поволок в сортир под смешки более крепких товарищей.

Уложив его в койку я некоторое время колебался — вернуться в кают-компанию или пойти на камбуз и посидеть там в тишине, прикидывая планы на будущее. Сам я пьяным, даже выпившим не был — моя бутылка так и осталась стоять в нише над вытяжкой — я про неё просто забыл, а выходить из отсека после того как капитан начал свою речь было бы по крайней мере бестактно, так что, всё это время, я пробавлялся яблочным соком, надеясь, что никто не попросит пробовать моего типа вина. Так, собственно, и произошло — народ принялся активно потреблять свои напитки, не обращая никакого внимания на состояние стаканов соседей.

Вернуться? Захватить пузырь и присоединиться к общему веселью?

— Что скучаешь? — Со мной поравнялся куда-то спешащий Самарин и я прижался спиной к переборке, пропуская его. Странно, но от него спиртным и не пахло.

— Да вот думаю — возвращаться или нет.

— Понятно. Как Павел?

— Да что ему будет… Спать уложил — к утру проспится.

— Молодёжь… Совсем пить не умеет. Ты бы поторопился, народ там сейчас всё подряд добивает, смотри — опоздаешь, безо всего останешься. А выпить надо, всё же такое раз в жизни бывает. — Он махнул рукой в сторону кают-компании, откуда, сквозь приоткрытую дверь доносились пьяные выкрики — народ точно пошёл в разнос.